Хозяйка своей судьбы

Глава 33

Меня так и тянуло расспросить старого рыцаря поподробнее, что он имел в виду, когда говорил о герцоге и бароне. Но в то же время я прекрасно понимала, что сир Патрик только этого и ждал. Пришлось сжать зубы и задавить порыв неуместного любопытства.

— Вы ничем не лучше. Обрекли на зверство меня — наследницу человека, которому, по вашим словам, были преданы. Но все ваши клятвы — ветер, следы на песке, что смыла вода.

Я чеканила слова, сморя рыцарю в глаза. Он стушевался и первым отвёл взгляд, отвернулся. И тогда я окончательно осознала, что союзником этого человека воспринимать не стоит. И узнавать у него что-либо о замке — тоже. Он, возможно, и не предаст меня вновь, но и помогать от чистого сердца не станет. То, что я помогла мятежному герцогу, как называли Блэкстона, стало для сира Патрика жесточайшим ударом. Он-то считал себя человеком чести...

— Я слышала, что вас отыскали в какой-то замызганной таверне. Топили горе в дешёвом пойле? — я поморщилась. — Вам куда больше нравилось жалеть себя и меня — заточенную в обитель бедняжку. Так куда же делась ваша жалость и чувство вины сейчас?..

Старый рыцарь молчал, упорно избегая встречаться со мной взглядом. Постояв ещё немного, я отошла и дала себе зарок больше никогда не подходить к нему первой и не обращаться ни с какой просьбой. Как кастелян замка, он стал бы мне бесценным союзником, но упаси бог от такого помощника. Случись что — и он первым меня предаст.

Пусть и с запозданием, но войско выдвинулось в путь. Дорога пошла веселее, ведь, наконец, закончился дождь. Под копытами, колёсами и ногами по-прежнему хлюпала и чавкала грязь, но идти стало куда проще.

Ещё утром я заметила, что войско разделилось не так, как обычно. Часть рыцарей — примерно треть — покинула лагерь намного раньше всех остальных. Кажется, они направились другой дорогой. Не то что это время баловало разнообразием дорог, но от основного тракта порой шли ответвления, которые то углублялись в лес, а то вели в противоположном направлении — к морю.

Всё это время мы шли параллельно берегу, но на достаточном от него расстоянии. Вечером же, когда меня неожиданно пригласили к палатке барона Стэнли, я внимательно рассмотрела обозначения на карте. До замка Равенхолл оставалось немного.

Мы вновь собрались под навесом той же компанией — не было лишь сира Патрика. Кажется, в глазах лорда Стэнли старый рыцарь утратил свою ценность... Зато привели оруженосца Гарета. Он выглядел чуть лучше, чем накануне: кто-то поделился с ним чистой одеждой, он умыл лицо, попытался прочесать и пригладить волосы...

— Расскажи, куда направился маркиз Равенхолл после обители, — сурово велел ему барон Стэнли.

Позади него, будто два молчаливых дознавателя, застыли маркиз Нотвуд и виконт Вильям Ретфорд. Гарет, переминаясь с ноги на ногу, хрипло проговорил.

— Он направился на север, милорд. В Лонгдейл.

— В Лонгдейл? — барон нахмурился. — Это же в семи днях пути, в стороне от всех ключевых дорог. Почему не в родовой замок? Почему не к побережью?

— Он сказал, что там безопаснее всего, — хрипло выдавил Гарет, опустив глаза.

В наименованиях я ещё не слишком хорошо ориентировалась, потому немногое понимала в их разговоре.

— Выходит, Равенхолл бежит? — недоверчиво протянул маркиз Нотвуд. — Не могу себе этого представить. Король даровал им земли для защиты страны. И его предшественник весьма неплохо справлялся с этим.

Просто Генрих был жесток, а его брат Роберт — труслив, — подумала я про себя и почувствовала, как ко мне устремились взгляды мужчин.

— Он заточил в обитель женщину, — возразил барон Стэнли.

Формально не он, а его мать. Чем больше я узнавала о Роберте из чужих разговоров, тем сильнее убеждать, что дирижёром моей ссылки выступила леди Маргарет.

— Или же мальчишка врёт. И в замке нас будет дожидаться полный гарнизон, — маркиз довольно расторопно подошёл к Гарету и длинными, узловатыми пальцами схватил за подбородок, заставив поднять голову.

С трудом я убедила себя не вмешиваться. Краем глаза заметила, как недовольно поморщился барон.

— Мы и без мальчишки знаем, что маркиз ушёл на север, — напомнил он. — Отпустите его, лорд Нотвуд.

Старик не торопился исполнять просьбу-приказ и всё усиливал хватку костлявых пальцев.

— Как скажете, лорд-командующий, — бросил он, наконец, и в голосе прозвучала издёвка.

Очень тонкая, но ощутимая, чтобы недовольство на лице барона проступило ярче.

— Что находится в Лонгдейле? — лорд Стэнли шагнул вперёд, и Гарет перевёл на него испуганный взгляд.

— Там… там стоит гарнизон. Основной.

— И почему же твой хозяин держит гарнизон не вблизи родового замка? — вкрадчиво поинтересовался барон.

— Он д-держал, но...

Гарет сглотнул и отвёл взгляд, будто собирался солгать — но потом всё же выдохнул правду:

— К югу от Лонгдейла лежат земли виконта Дарема. Раньше лорд Роберт собирался взять в жёны его дочь. Леди Аделин.

— Раньше?

— Помолвку расторгли, — сказала я, помня вечер, когда Роберт получил письмо, в мельчайших деталях. — Известия застали маркиза на пути в обитель. Он тогда пообещал — я слышала — что виконт жестоко поплатится за выказанное пренебрежение.

Гарет быстро закивал, подтверждая мои слова.

— Уж не хочет ли леди Элеонор сказать, что в то время, как его новым землям грозит опасность, Равенхолл отправился сводить счёты с отцом несостоявшейся жены? — маркиз Нотвуд изогнул брови и скривил губы в желчной ухмылке, показывая, что не доверяет моим словам.

А ведь ещё пару дней назад был невероятно мил.

С трудом я удержала замечание, что не все мужчины так умны, как представляется старику. А в случае с Робертом смекалка идёт в конце списка его добродетелей.

— Твои слова легко проверить, — барон Стэнли с прищуром посмотрел на Гарета.

Тот молча кивнул.

— И лучше тебе не лгать. Потому что если ты ведёшь нас в ловушку... — он понизил голос и склонился к мальчишке, — то помни, что угодишь в неё первым.

— Я не обманываю, милорд, — я удивилась, но оруженосец стойко выдержал и его тяжёлый взгляд, и давление.

— Хорошо, коли так.

Барон Стэнли выпрямился и взмахом руки велел стражнику увести Гарета.

— Интересный он человек, маркиз Равенхолл, — сказал задумчиво, посмотрев в спину мальчишке. — Собственный оруженосец готов предать.

— Полагаете, сто́ит хранить верность недостойному человеку до могилы? Только потому, что однажды очутился у него в услужении? — тихо спросила я.

Лорд Стэнли опалил меня таким взглядом, что захотелось тотчас взять слова обратно. Но я не стала. Он командовал войском человека, который бросил вызов королю — своему сюзерену и брату, к слову. Трудно рассуждать о преданности до гроба в таком случае.

— То, что я полагаю, не имеет значения, — отрезал барон.

И на этом разговор был окончен, и в сопровождении Томаса я отправилась к ставшей уже родной повозке. Пока мы шли, я кое над чем думала. Крутилась на краю сознания, то ускользая, то возвращаясь занятная мысль.

— А что случилось с сестрой барона Стэнли? — и потому я спросила. — Той, которая вышла за герцога Блэкстона?

Вопрос заставил Томаса занервничать. Я уловила это по бегающему взгляду и недовольно дёрнувшимся губам. Но я не отступала, и в конце он всё же нехотя ответил.

— Родильная горячка, миледи.

— Как жаль... — искренне произнесла я. — А ребёнок?

Отведённый взгляд Томаса сказал мне всё, что не было произнесено вслух.

— Давно это было?

— Не так уж, — чуть свободнее отозвался он. — Года два назад.

— И что же теперь герцог Блэкстон? По-прежнему вдовец?

Томас очень странно посмотрел на меня.

— Сейчас — да, — пояснил совсем уж немногословно.

— Что это значит?

Я видела, что ему не хотелось это обсуждать, но не отступала.

— После леди Эбигейл, сестры лорда Стэнли, была ещё одна жена. Она тоже умерла.

Какое-то чёрное поветрие...

— Я пойду, миледи. Ещё нужно кое-что сделать.

Мы как раз дошли до повозки, и Томас поспешил сбежать подо лживым предлогом. А я забралась внутрь, укрылась привычно плащом и задумалась.

Следующие три дня не происходило ничего. Мы монотонно двигались, и меня никуда не приглашали: ни утром, ни вечером.

Но на четвертый к повозке явился лично барон Стэнли.

— Приготовьтесь, миледи, — сказал он. — Сегодня мы отправимся в замок Равенхолл.

Уже?..