Хозяйка своей судьбы

Глава 36

Оставшуюся световую часть дня мы потратили на возвращение в основной лагерь. Верхом я ехала одна. Барон Стэнли, оговорившись необходимостью обсудить что-то со старым маркизом Нотвудом, попросту сбежал вместе с гнедым жеребцом, а меня пересадили на тихую кобылку, которую вёл под уздцы один из солдат.

С бароном или без, а прогулка верхом не доставляли мне ни малейшего удовольствия. К счастью, мы ехали шагом, рысь я бы просто не выдержала. И так сидела, вцепившись в луку седла до сведённых пальцев, и боялась лишний раз вздохнуть, наблюдая, как покачивалась под ногами земля.

Уж лучше кататься в скрипящей и подпрыгивающей на нервностях повозке!

Едва мы добрались до лагеря, лорд Стэнли велел следовать к его шатру. Больше всего хотелось вытянуть затёкшие ноги и почувствовать спиной твёрдую поверхность. Ездить в седле боком было невыносимо и неудобно.

Интересно, если я предложу надевать брюки для прогулок верхом, меня сразу сожгут на костре как ведьму или хотя бы выслушают?..

К шатру барона привели и сира Патрика с оруженосцем Гаретом. Там же нас встретил и виконт Вильям Ретфорд.

— Прекрасно выглядите, миледи, — сказал он. — Родовые сапфиры вам к лицу.

Раздосадованная, я поняла, что в спешке забыла снять колье. Рука дёрнулась натянуть повыше плащ, потому что взгляд виконта мне не понравился, но волевым усилием я сдержалась и вежливо улыбнулась.

— Это не танцы во дворце, ваши украшения не к месту, — барон, конечно же, не мог не нагрубить.

— Вы разве не заметили, что они произвели на леди Маргарет неизгладимое впечатление? — я невинно заморгала.

— Неизгладимое впечатление на неё произвели вы, — сурово отрезал он и без заминки крутанулся на каблуках, обращаясь уже к сиру Патрику. — Что можете рассказать о новом кастеляне замка?

Я думала, старый рыцарь промолчит, но он пожал плечами и нехотя ответил.

— Толковый малый. Не дурак.

— Тем лучше для нас, — в голосе барона прозвучало сытое удовлетворение.

— Ваша милость... — оруженосец Гарет осмелился заговорить.

Он стушевался, когда барон посмотрел на него, но всё же сумел сказать.

— Сэр Роджер Харроуби и леди Маргарет... они... сэр Роджер часто навещал её спальню по вечерам...

Пунцовый от смущения Гарет взглянул на барона с мольбой, чтобы тот не заставил его произнести страшное слово «любовники».

— А старуха не промах! — восхитился виконт.

— Вы говорите о знатной женщине. Попридержите язык, — сделал ему замечание барон Стэнли.

С глубокой задумчивостью он смотрел на бывшего оруженосца.

— Откуда тебе это известно? И учти, что тем, кто распространяет ложь, в наказание полагается отрезать языки.

— Слуги болтали на кухни... горничные рассказывали, что приносили в комнаты леди Маргарет ужин на двоих, и сэр Роджер был там... в одном исподнем...

Бедный Гарет покрылся еще более жгучим румянцем.

— Давно началась... их связь? — скривился барон Стэнли.

— Не могу сказать, Ваша милость... лорд Роберт вернулся в Равенхолл лишь год назад, чтобы помогать с делами, пока лорд Генрих воевал... и уже в наш первый день в замке я услышал разговоры... — бесконечно запинаясь, поведал Гарет.

Вот как.

Я не сдержала усмешки. Кажется, леди Маргарет была уверена, что её пасынок с войны не вернётся, иначе не осмелилась бы на греховную связь — как именовали её барон.

Мы с ним переглянулись, и, к моему удивлению, оказалось, что думали мы об одном.

— Вашего мужа убил я, — сказал лорд Стэнли, словно в ответ на мои размышления.

«Я, а не леди Маргарет», — вот как это звучало.

Она могла кого-то подкупить. Необязательно действовать топорно, словно мясник. О, нет. Женское коварство — и коварство леди Маргарет — было куда тоньше, искуснее.

— Ну, а вы что скажете, честный сир? — когда барон заговорил со старым рыцарем, в его голосе отчётливо послышались пренебрежение и насмешка.

— Скажу, что не верю сплетням глупых куриц, — с вызовом ответил сир Патрик, выпятив квадратный подбородок с отросшей и весьма неаккуратной седой бородой.

— Можно пообещать кастеляну пощадить полюбовницу, — предложил маркиз Нотвуд.

— Нет, — барон Стэнли тяжело покачал головой. — Пока леди Маргарет остаётся в замке, мира на землях не будет.

Догадка — простая, как и всё гениальное — пришла на ум сама собой.

— Нет для вдовы лучше места, чем обитель святой Катарины, — потупив очи долу, нараспев произнесла я.

Стало очень-очень тихо. Затем раздался смешок и осуждающее цыканье. Подняв взгляд, я увидела, что виконт бесшумно мне аплодирует.

— А вам палец в рот не клади, да, леди Элеонор? — с каким-то холодным весельем спросил он.

Маркиз Нотвуд задумчиво покачивал головой, а вот барон Стэнли смотрел с прохладным прищуром. Могу только представить, что за мысли бродили в его голове...

— Сперва нам нужно занять замок, — обрубил он все дальнейшие обсуждения. — Милорды, отдайте приказ войску готовиться к выступлению.

— Вы не станете ждать?

— Думаю, открывающийся со стены вид на армию поможет кастеляну принять верное решение, — хмыкнул барон Стэнли.

На следующее утро лагерь вновь зашумел подобно пчелиному рою: мы снимались с места, чтобы перейти и встать под стенами замка — насколько позволяли его защитные сооружения.

Возможно, барон Стэнли был прав, и надвигающееся войско действительно ускорит сэра Роджера.

Однако, по мере того как армия приближалась к Равенхоллу, становилось очевидно: внутри готовились к долгой осаде. На стенах замка уже горели факелы, даже несмотря на то, что солнце ещё не зашло. По бойницам мелькали силуэты лучников и арбалетчиков, проверявших тетивы и выставлявших колчаны. В нескольких местах, прямо над воротами, можно было различить бочки и тюки — наверняка с камнями и смолой, готовыми для сброса на головы врагов.

С башен доносился звон молотов: кузнецы, не прекращая, чинили и перековывали оружие. Густыми чёрными клубами поднимался дым. Особенно тревожил ров: кое-где прямо на наших глазах солдаты сгружали в него длинные колья, превращая подступы в смертельную западню.

Я кусала губы, наблюдая за приготовлениями. Выходило, долгая осада и битва неминуемы, как и жертвы... Погибнут люди, в земли Равенхолл придут разорение и голод. Я уже начала думать о них, как о своих, полностью сроднившись с Элеонор и приняв её судьбу. И действительно чувствовала ответственность за жителей замка и всего маркизата, прекрасно понимая, что не они выбрали путь осады и битвы.

И неминуемого поражения, ведь без войска, возглавляемого Робертом, замок не выстоит.

Эта мысль так зацепила меня, что я набралась храбрости и на третий день бесполезного ожидания подошла к барону. Как я поняла, он намеревался сдержать слово и выждать ровно столько, сколько обещал. А уже затем что-то предпринимать.

Лорд Стэнли встретил меня угрюмым взглядом и молчанием. За прошедшие дни мы не виделись. На военные советы меня больше не приглашали, утренние тренировки также не возобновились. Теперь же, глядя на барона, я понимала, что ему не хватало времени на простой сон, какие уж тренировки. Впервые на моей памяти к середине дня он по-прежнему не был чисто выбрит, на подбородке чернела колючая щетина...

— Леди Элеонор, — устало поприветствовал он. — Что вам угодно?

За моей спиной совершенно счастливая Беатрис чирикала о чём-то с Томасом. Я взяла её, чтобы не гулять по лагерю в одиночества. Надеялась, дура, это смягчит барона Стэнли — я ведь прислушалась к его словам. Но, кажется, ему было наплевать.

— Позвольте мне ещё раз встретиться с кастеляном замка. Или с начальником стражи. Кем угодно. Позвольте ещё раз поговорить.

На лице барона залегли глубокие морщины, свидетельствовавшие об усталости. Пока я не подошла, он сидел и любовно полировал мягкой тряпкой меч. Но, едва увидев меня, поднялся и отложил оружие в сторону. Он выглядел таким удовлетворённым тогда... чистка лезвия как форма медитации.

— Я не вижу в этом смысла, — без обиняков сказал он. — Скоро истекут отведённые им для размышления дни. Мы не можем медлить и ждать.

— Но погибнут люди...

— Они всё равно погибнут, — лорд Стэнли пожал плечами. — И, простите за честность, миледи, я предпочту, чтобы погиб гарнизон замка, а не мои рыцари.

Он был прав, конечно, но...

— Всего лишь одна попытка. Что вам стоит?

Барон смерил меня задумчивым взглядом, а потом пожал плечами и вздохнул.

— Не хотите заняться рукоделием? Как любая добрая женщина?

«Добрая» для него означала «нормальная».

— Что вы так печётесь? Герцог Блэкстон подберёт вам мужа. Не сейчас, так через два года. И земли станут печалью нового маркиза.

Ну, это мы ещё посмотрим, — мрачно подумала я, а вслух произнесла.

— Последняя попытка. Даю слово, что никогда больше не заикнусь, если не получится.

Барон Стэнли какое-то время молчал, обдумывал мои слова. Его взгляд потяжелел, и я сглотнула, приготовившись услышать отказ. Несколько долгих ударов сердца он ещё смотрел на меня, а затем резко выдохнул и махнул рукой, будто отгоняя собственное сомнение.

— Хорошо. Вы получите свою последнюю попытку. Последнюю, миледи. А затем мы начнём осаду. Вчера пришло донесение: маркиз Равенхолл покинул северные земли. Он направляется на помощь матери, а я не намерен допустить, чтобы моё войско взяли в кольцо.