Хозяйка своей судьбы

Глава 53

Это было так неожиданно, что я даже не успела испугаться. И удивиться. За всё прошедшее время я привыкла к звукам боевого рога и потому больше не подскакивала в страхе, мечась и не зная, что делать. Разбуженные громким сигналом тревоги, мы с Беатрис спешно, но аккуратно оделись и спустились.

Внизу также не было суеты. Каждый уже знал, что делать: женщины и дети уходили в подвалы, рыцари занимали места на стене, простой люд помогал как мог.

— Или бывший маркиз Равенхолл не так умён, — к нам со спины подошёл виконт Ретфорд. — Или у него заканчивается время.

Несмотря на утро, начавшее слишком рано и с тревожных вестей, он выглядел бодрым и собранным. И улыбался со странной кровожадностью, словно уже предвкушал поражение Роберта.

— Отчего вы так думаете? — я действительно заинтересовалась и повернулась к нему.

— Ну, миледи, всё очень просто, — мужчина снисходительно улыбнулся, но я даже не стала реагировать. — Не может же он думать, что несколько недель осады нас сломили? Если думает, значит, первостатейный глупец. А если нет, то как ещё объяснить эту необдуманную атаку? Только спешкой. С чем она связана — это уже другой интересный вопрос.

Помедлив, я кивнула. Виконт Вильям казался таким расслабленным, словно заранее знал исход сегодняшней схватки. Неужели так верил в барона Стэнли? Или — скорее — не верил в Роберта?..

Чуть в стороне раздались громкие голоса, между рыцарей прошёл ропот, и во дворе появился Ричард.

На нём был боевой доспех: тёмная, начищенная до тусклого блеска сталь, кольчужный воротник, наплечники с выгравированными узорами, широкие латные рукавицы. На поясе сверкал длинный меч.

Он шагал тяжело и размеренно. Шлем с опущенным забралом он нёс в руке, и потому его лицо было открыто. Суровое, сосредоточенное, с усталостью, что проступала в морщинах вокруг глаз, но в то же время властное и спокойное.

Барон Стэнли заметил меня почти сразу и, не сбавляя шага, подошёл. Вблизи доспехи казались ещё массивнее, и я вдруг осознала, какой тяжёлый груз он несёт — и в прямом, и в переносном смысле.

— Людям не стоит бояться, — сказал Ричард, обращаясь не только ко мне. — Замку ничего не грозит.

Я торопливо кивнула. Как бы я ни убеждала себя, как бы ни храбрилась, но в глубине души притаился страх. Теперь я переживала не только за себя, но и за тех, кто стал дорог.

— Мы знаем, что в надёжных руках, — произнёс виконт, прежде чем я нашлась с ответом.

— Отрадно это слышать, — сказал барон без улыбки и бросил на меня быстрый взгляд. — Оставайтесь внутри, миледи, — строго велел он. — Не покидайте замка и не приближайтесь к стене.

— Не волнуйтесь, Ричард. Я присмотрю за леди Элеонор.

Наверное, виконт желал добра, но его обещание барону Стэнли не понравилось. Он смерил его тяжёлым, немигающим взглядом и не сказал ничего лишь потому, что со стены донёсся очередной зов рога, и он поспешил к лестницам.

Невольно я подалась следом, сделала шаг, не отводя взгляда от его спины, прежде чем опомнилась и остановилась. Я так и замерла по центру двора, наблюдая, как барон Стэнли уходит.

Когда он скрылся из вида, я поспешила в замок. Каждый шаг давался с трудом, потому что позади я оставляла частичку себя. Мне показалось, двери закрылись с оглушительным грохотом. Внутри меня охватило странное оцепенение. Воздух был тяжёлым, пропитанным чужим страхом.

Не всем хватало места в подвалах, и потому многие скрывались в главном зале Равенхолла.

Люди ждали. Женщины и старики сбились в кучу у очага. Они сидели, ссутулившись, и одними губами, вполголоса молились.

Я тоже ждала, и время тянулось мучительно долго. Я вглядывалась в узкие проёмы окон, словно могла разглядеть там исход битвы. Но за стенами стояла лишь промозглая серость, ветер шуршал сухими листьями, надрывно каркало вороньё, и ничто не говорило о том, что там, снаружи — целое войско.

А потом я услышала это.

Сначала — низкий гул, как будто земля застонала под тяжестью множества ног. Он шёл откуда-то издалека и постепенно становился ближе, тяжелей, плотней. Потом к нему примешались резкие крики, гулкие удары, звон железа о железо.

Я вздрогнула, и люди вокруг тоже ожили, будто этот звук прорвал тишину, опустившуюся на замок. Следом за звуками почти сразу пришёл запах дыма. Сперва неразличимый, как если бы где-то развели костер. Но он усиливался с каждой минутой, как усиливался гул, становился плотнее, резче. Кажется, войско Роберта пустило огненные стрелы по нашим крышам.

— Живо, живо! — голос кастеляна Вильяма донёсся до меня, словно сквозь вату.

Из толпы стариков и женщин он выбирал тех, что покрепче, и отправлял наружу. Пожары нужно было тушить, иначе огонь в одно мгновение охватит хозяйственные постройки, и мы все задохнёмся в дыму.

Не успев толком подумать, я поднялась со скамьи и направилась к виконту, слыша за собой торопливые шаги Беатрис.

— Мы будем помогать, — шепнула я ей на бегу.

— Лорд Стэнли этого не одобрит, Элеонор, — она прикусила губу, но возражать или отказываться не стала.

Мы подбежали к кастеляну, когда он уже направил часть людей в нужную сторону. Но стрелы продолжали лететь, пусть и единицы достигали цели, не погаснув, их хватало, чтобы занялись крыши: наиболее уязвимые места.

Наблюдая, как женщины и старики бежали к бочкам, я воскликнула.

— Не только водой! Носите землю, чтобы задушить огонь!

Чёрный, едкий дым валил столбом, но первые языки пламени нам удалось прибить. Пока мы справились. Но в груди холодком сидела мысль: это только начало.

Стрелы не заканчивались довольно долго. Я помнила, что снаружи замок окружён рвом, и войско не могло подобраться к нему без полноценного штурма. Для которого нужны тараны, чтобы пробить ворота, лестницы, верёвки и люди, готовые погибнуть первыми.

Чего-то из этого у Роберта не было, и потому его атаку нельзя было назвать полноценным штурмом замка. Наверное, поджечь Равенхолл ему подсказала леди Маргарет, это ведь её излюбленный приём...

Даже когда поток стрел начал иссякать, мы не останавливались: продолжали носить в вёдрах землю и засыпать островки, которые ещё тлели. Неиспользованную часть мы ссыпали в кучу у стены, чтобы всегда была под рукой. Я и Беатрис ходили с вёдрами вместе со всеми, и виконт Ретфорд участвовал с нами наравне, притаскивая по три-четыре ведра за раз.

Время от времени я поднимала голову, надеясь разглядеть где-нибудь на стене барона Стэнли, но всё без толку. Дым слепил, из-за серого неба все рыцари сливались в одно сплошное, неразличимое пятно, и угадать, где кто, было невозможно. Но порой я замечала юрко сновавшего по стене Эдрика: среди всех он выделялся ростом. И чувствовала, как в груди разливалось облегчение: если оруженосец на стене, значит, где-то рядом должен быть и Ричард.

Утро и день пролетели в одно мгновение. Но атака Роберта не закончилась даже с наступлением вечера, когда на землю опустилась темнота. В сумерках горящие стрелы казались падающими звёздами: так и тянуло остановиться и загадать желание.

Только в отличие от звёзд они несли с собой смерть.

Появились первые раненые, и для лекаря Хью нашлась работа. С замиранием сердца я вглядывалась в лица мужчин, которых приносили в главный зал замка, боясь увидеть знакомые черты. И, никого не узнав, испытывала одновременно облегчение и горечь.

Ричарда я впервые увидела уже поздним вечером. Он спустился во двор и вошёл в замок, созвав рыцарей на совет, и, конечно же, я присоединилась, чтобы послушать. Без шлемов, что скрывали усталость, мужчины выглядели изнурёнными, а неровный свет факелов только усиливал впечатление, накладывая на их лица глубокие, мечущиеся тени.

Мы вошли вдвоём с виконтом, и он сразу прошёл к столу, на котором лежала развёрнутая карта Равенхолла и окрестностей, а я остановилась у дверей, наблюдая сбоку.

Не знаю, был ли это приказ Ричарда, или так сложилось, но даже маркиз Нотвуд участвовал в отражении атаки. Как и все, он был облачён в тяжёлый доспех, и морщины ещё резче обозначились на его лице из-за усталости.

—... наши запасы, увы, конечны... — до меня долетел обрывок фразы барона Стэнли.

Он что-то объяснял, указывая пальцем разные места на карте. Эдрик стоял позади него и выглядел ничуть не лучше мужчин.

—... не хватит воды... тушения... смола...

— Мы закидывали огонь землёй, — виконт Ретфорд стоял ко мне ближе, потому я слышала его лучше.

— Я знаю, — барон кивнул и резко повернулся в мою сторону, опалив взглядом. — И это похвально, — кажется, намеренно заговорил громче. — Но не всякий огонь получится так закидать.

— Мы можем удержать замок, — ему кто-то возразил. — Выстоим и завтра, и через два дня.

— Но какой ценой? Пока, защищаясь, мы затратили больше сил, чем войско Роберта.

— Тогда, быть может, вам стоит что-то поменять в защите?..

Я не сводила взгляда с Ричарда и потому не увидела, кто произнёс эту колкую, обвиняющую реплику. Внутри вскипел удушающий гнев, а вот барон Стэнли лишь усмехнулся.

— Потому, милорды, я и созвал вас. Я хочу пройти подземными ходами и атаковать оставленный Робертом лагерь.

Его слова вызвали целую бурю. Разом заговорили все, даже те, кто до этого молчал. Советы, несогласие, замечания полетели со всех сторон, в них запросто можно было утонуть. Кто-то называл задумку безумной, кто-то предрекал, что Ричард напрасно пожертвует рыцарями, кто-то, наоборот, восхищался смелостью и смекалкой...

Я молчала, не вмешиваясь в обсуждение, и чувствовала в груди болезненное покалывание. Почему-то я была уверена, что даже несогласие половины мужчин барона Стэнли не остановит.

Так и случилось.

Когда все накричались и замолчали, выдохшись, он обвёл их взглядом и пожал плечами.

— Значит, так тому и быть, — сказал спокойно. — Но нужно спешить, ночь скоро закончится.

Но подготовка заняла какое-то время: он отобрал отряд из нескольких десятков человек, которому предстояло спуститься в подвалы и пройти путём, который уже использовал барон Стэнли при захвате Равенхолла. Некоторые ходы были завалены камнями, и их требовалось разобрать. Где-то установили ловушки, которые нужно было отключить.

Вопрос, кто возглавит эту безумную вылазку, даже не возникал. Ричард отправлялся и оставлял в замке оруженосца, и я стала невольным свидетелем их разговора, когда Эдрик буквально умолял взять его, но барон Стэнли был непреклонен.

Небо на востоке уже начало светлеть, когда всё, наконец, было готово, и рыцари сперва вошли в большой зал, а затем длинными коридорами двинулась вглубь замка. Мы пошли их проводить.

Я не могла ничего сказать, не могла ничего сделать: нас окружало множество людей. Оставалось только смотреть, надеясь, что глаза смогут передать хотя бы малую часть того, что я чувствовала, когда смотрела, как Ричард уходил, чтобы предпринять безрассудную вылазку, чтобы рискнуть и отбить Равенхолл малой кровью.

Я удивилась, но он подошёл сам. Наверное, не мог вынести мысль, что уйдёт, так и не простившись.

— Пожелайте мне удачи, миледи, — попросил барон, по-прежнему держа шлем в руке.

— Возвращайтесь живым, милорд, — тихо сказала я.

Мужчина улыбнулся мне — одними глазами, потом шагнул назад и подозвал угрюмого Эдрика.

— Леди Элеонор остаётся на твоём попечении, — произнёс строго. — Это приказ.

— Да, милорд, — буркнул оруженосец, смотря в другую сторону.

Кажется, мальчишка обижался. Может, думал, что его не берут, чтобы наказать. Глупыш не понимал, что барон его спасал.

Ричард ушёл, и, проводив сюзерена тоскливым взглядом, Эдрик горестно вздохнул. Немного он напоминал покинутого хозяином щенка.

И не только он...

Следующие два дня были невероятно мучительными. Под стенами Равенхолла стояло войско, которое по-прежнему испытывало оборону замка на прочность, а от барона Стэнли, конечно же, не было никаких вестей.

А потом всё изменилось.