Идеальная для космического босса

15.

Саша

Ресторанной тишиной проплывают фразы на общем языке. Ровные, официозные, будто прописанные в протоколе. Стол между нами и Вейнами залит мягким светом, посуда безукоризненно отполирована, за стеклом станции — орбита и фиолетовая планета Ориссан.

Орвен как удав. Как всегда. Словно всё происходит по его сценарию. Он сидит в полоборота, пальцы на стакане с прозрачным напитком, взгляд ровный и опасно спокойный.

— Итак, — говорит старший из Вейнов, представившийся ксинтом Ринталом. Голос — как лёд по металлу. — Удивительно, что вы пришли на встречу лично, ксинт Орвен. Не ожидали, что вы всё ещё сами занимаетесь продажей… устройств.

Слово «устройств» он пренебрежительно тянет, будто это не высокая технология, а побочный продукт. Мусор, от которого Орвен из вежливости решил избавиться.

— Некоторые из них требуют особого отношения, — спокойно отвечает Орвен. — Особенно лерион.

На этом слове вейны переглядываются. Я замечаю, как у младшего из них подрагивает уголок губ.

— А. Лерион, — с ленцой повторяет тот, который помоложе, ксинт Сервин. — Вы про… контейнер с предиктивным ядром на временных резонансах, да?

— Это не «контейнер», — твёрдо говорит Орвен. — Это полевая нейроплатформа с адаптивным доступом к гравитонной памяти. Он запоминает не только действия, но и интенции.

— Звучит… забавно, — хмыкает Ринтал. — Впрочем, как вы знаете, большинству вейнианцев такие игрушки не слишком интересны. Наши соплеменники предпочитают прямое управление.

— Или прямые подарки? — с безупречной вежливостью парирует Орвен.

Тут уже и я чувствую, что атмосфера начинает звенеть. Пахнет конфликтом. Пахнет тем, что никто из них не уважает моего мужа. Они не хамят напрямую — но открыто демонстрируют пренебрежение к технологии, которую хотят купить. Сбивают цену? Или это расовая неприязнь к Вексам?

Мы переходим к обсуждению условий. Я перевожу. Если до этого они нарочно говорили на общем языке, словно я тут вообще не нужна, то сейчас используют его лишь частично. Как только речь заходит о характеристиках лериона, переходят на родной. И... там, между техническими терминами, вдруг проскальзывает личное оскорбление Орвену.

«…с ним говорить как с высокочастотным контроллером после перегрузки — разве что искры не летят от его сбитых контактов…»

Я замираю. Перевести — значит повторить эту мерзость вслух. Они только что высмеяли привычную строгую логичность вексианцев. Всего лишь потому что Орвен не уступает им по цене. И они это сделали открыто, Прямо за столом. В присутствии самого Орвена.

У меня вспыхивают щеки. Я стискиваю юбку в мокрых пальцах, не зная, что делать. Я оказалась между молотом и наковальней.

— Саша? — Орвен смотрит на меня. Вежливо. Внимательно. Но я уже вижу по его глазам — он понял.

Я качаю головой.

— Я… извините. Не могу это перевести.

С другой стороны стола проскакивает смешок.

— Ксинта Орвен, не знаете перевода? Вы переводчик или просто красивое дополнение? — тянет молодой Вейн.

Я хочу провалиться сквозь землю, космос, всю Вселенную. Я могу перевести те их слова, достаточно компетентна, но не могу из этических соображений. Эти заносчивые гады отлично понимают, в какое положение меня поставили.

— Что там было? — Орвен не отводит глаз от меня. В голосе сосредотачивается металл.

Я не отвечаю. Лишь качаю головой. В переносице колет от страха и беспомощности. Нельзя тут расплакаться, но ощущение у меня, что я сорвала эти переговоры. Любое мое решение было бы неправильным. Я хотя бы не произнесла оскорбления вслух, гадкие слова в адрес мужа не вылетели из моего рта.

Он поднимается.

Просто. Ровно. Без угрозы. Без скандала. Встает, берет лерион за ручку и бросает на стол несколько купюр:

— Переговоры окончены.

— Какого черта, ксинт Орвен? — вскидывается Ринтал возмущенно. — Что вы…

Я вот не понимаю, на что они рассчитывали. Что будут оскорблять продавца и получат скидку?! Внутренне я улыбаюсь, но внешне все ещё красная.

— Моё время стоит слишком дорого, чтобы сидеть за столом с теми, кто оскорбляет мою жену, — говорит Орвен. — И кто недостаточно умен, чтобы понимать, что именно они сейчас упустили.

Он кивает на лерион.

— На него найдется более достойный покупатель. Вы ведь даже воспользоваться им нормально не сможете.

Я перевожу дыхание. Орвен поворачивается ко мне:

— Идём, Саша.

Я поднимаюсь, ощущая себя не то пламенем, не то пеплом. Мы выходим из ложи под взгляды официантов и шокированных Вейнов, которые все ещё переваривают услышанное.

Орвен выводит меня в коридор, мягко придерживая за локоть. Я иду рядом, пытаясь понять, о чем он думает. Злится ли на меня?

Он молчит. Смотрит перед собой. Наверное, злится, что не продал изобретение.

Я оглядываюсь по сторонам и замечаю небольшой шаттл. Мозг не сразу понимает, что не так, потом доходит. Какого черта шаттл здесь. Двигается вдоль стеклянного коридора, по которому мы идем? Стыковочная зона в самом низу станции, я помню. А этот шаттл будто следит за нами.

Я пытаюсь отогнать эту мысль. Ну бред же. Мы не одни в этом коридоре. Напротив и за нами двигаются такие же богатые и такие же влиятельные люди, как Орвен. С чего я решила, что шаттл прилетел именно за нами?

Но все же мое беспокойство шпарит через край. Я аккуратно дергаю Орвена за рукав, чтобы показать махину, которая скользит в космосе вдоль коридора, но он не придает значения увиденному и тянется во внутренний карман пиджака, откуда вскоре доносится веселый рингтон.

Орвен замедляет шаг, вынимает коммуникатор и снимает трубку. Взглядом мажет по летящему шаттлу, будто не отмечая его как угрозу, и впивается в табло над лифтом.

— Вэйд? — говорит он с неожиданной теплотой. — Привет.

Молчит, слушает.

— Ты, видимо, телепат, Вэйд! Лерион прямо сейчас у меня. Я собирался его продать сегодня, но… переговоры сорвались.

Орвен поворачивается к другой стороне коридора, доходит до металлического поручня. Я бреду следом и стараюсь не смотреть на шаттл. Наверняка я напридумывала себе эти страхи.

— Встретиться? У тебя? На Астронексе? — я снова слышу голос Орвена. — Мы сейчас на «Звезде Ориссана». Ориентировочно прибудем через час. Ждешь? Тогда вылетаем.

Спокойный. Говорит так, будто всё под контролем. Но я оглядываюсь — шаттл всё ещё там. Он завис прямо напротив. Не двигается. Ничего не делает. Просто подруливает то и дело подмигивающими маневровками, контролируя траекторию.

Орвен оборачивается ко мне, смотрит с теплотой. Зажимает коммуникатор ухом и плечом, поднимает руку и аккуратно поправляет загнутый краешек воротника моей рубашки. Кивает с видом «вот теперь безупречно»

— С кем я? — усмехается в трубку. — Скоро узнаешь.

Он завершает разговор.

— У нас поменялись планы, — говорит мне. — Летим в Астронекс, Саша.

И направляется к лифту. Спокойно, размеренно, по-вексиански. Как хозяин жизни.

А я замираю. Шаттл все там же. Он точно за нами. Я остаюсь на месте ещё на несколько мгновений, внимательно рассматриваю его, чтобы запомнить отличительные черты, и глаза обнаруживают название. На крогарском наречии «Война». Сама не знаю, откуда в моей голове эти знания.

И ещё на этом шаттле большая царапина на носу. Будто осталась от неудачного скольжения вдоль астероида.

— Ну ты где там, Саша? — зовёт Орвен уже стоя в лифте.

Я поспешно догоняю его. Встаю в лифт рядом. И только в последний момент, когда двери закрываются, бросаю взгляд туда, где был шаттл «Война», и замечаю, как он уходит в тень станции. Скрывается из виду.

Меня пронзает тревожное предчувствие. Почему-то я просто уверена, что затевается что-то опасное, и остановить это уже нельзя.