Идеальная для космического босса

46.

Дэйн

Я замираю на пороге, как только вижу, что на экране лицо Моэна. Губы искривлены в хищной улыбке, с явным удовольствием. Глаза прищурены, взгляд направлен прямо в камеру. Прямо на Сашу.

Она сидит, укутавшись в плед, бледная, с застывшим лицом. Не мигая смотрит в экран. Плечи опущены. Скулы напряжены. Так бывает, когда изо всех сил пытаешься не плакать. Саша раздавлена.

— Саша… — выдыхаю и подхожу ближе. Она не смотрит на меня. Только плотно сжимает губы. Давит эмоции, чтобы не сорваться на крик.

Я опускаюсь рядом на пол, обхватываю её ладони. Холодные. Влажные. Дрожат.

— Ты знал. — Голос у неё глухой, будто она говорит из подземного туннеля.

— Знал, — хрипло отвечаю я. — Узнал, пока мы откачивали тебя от яда.

Она переводит на меня остекленевший взгляд.

— Почему ты не сказал мне? — спрашивает, слегка кривясь от подступивших слез. — Почему ты молчал, Дэйн?

Я вздыхаю.

— Потому что правда не принесла бы тебе ничего, кроме боли, — говорю совестливо. — Я скрывал правду, чтобы не ранить тебя. От этого ты не стала кем-то другим.

— А ложь должна была принести утешение? — срывается Саша. По щекам скатываются первые слезы. — Я жила с тобой, смотрела в глаза, целовала, спала в одной постели… Всё это время ты знал, что я подделка!

— Ты не подделка! — возражаю, сжимая её ладони. — Ты — моя женщина. И это останется неизменным.

— Ты уклоняешься от ответа! — рычит она.

Пытается встать, но я не позволяю ей сорваться с места. Мягко поднимаюсь и подаю руку.

— Пойдем, Синтия сделает тебе чай, а я тебе все расскажу, — говорю ласково. Мне нужно дать Саше опору. Это не только про утешение. Это про точку отсчета.

Она подчиняется. Не берет мою руку, но мы вместе идем в столовую, садимся на диван. Саша пока отстраняется, сидит у подлокотника и на самом краешке. Очень неуютно себя чувствует.

А у меня сердце кровью обливается от это картинки. Оттого, что она не знает, как ей себя чувствовать.

— Ты не уверена в том, что чувствуешь ко мне? Твои ли это чувства? — спрашиваю после того, как Синтия выкатывает две источающие пар кружки.

— Я не уверена, что то, что я вижу, правда, Дэйн, — скрипит она. — Кто этот человек, который представился Эйваром?

— Это… мой бывший партнер, — начинаю, делая глоток обжигающего чая. Я должен рассказать ей все, как бы тяжело ни было. — Он бредил реплицированием человека, а я был против и прикрыл его проект. Эти исследования неэтичны, я не мог допустить такого под своим именем.

Я рассказываю Саше все с самого начала. Не умалчивая ни единой детали. И о том, как в прошлый раз покончил с Моэном, и о том, что он исчез с радаров. И как подстроил свою смерть. Про сигма-код, генетический анализ, имплант. В этот момент Саша настораживается.

— Моэн шпионил за тобой? — говорит она, почти шепчет, — Через меня.

Я киваю. Не спорю.

— Через имплант, который мы извлекли из тебя, — поправляю. — После извлечения Моэн понял, что инструмент больше не работает. Этим вечером он взорвал смотровую капсулу. И связался с тобой.

— Зачем он это делает? — шепчет она ошарашенно.

— Он пытается причинить мне боль, — отвечаю, старательно не пуская рык в голос, не хочу напугать свою девочку. — Смотровая капсула была мне очень дорога. Но дороже всего мне ты. Только этот гад и до тебя добрался.

Хочется стиснуть кулаки, но я держу Сашины ладони и не позволяю себе убрать руки. Саша поворачивается ко мне. В её глазах слёзы и ужас.

— Я же все время была его оружием против тебя, — говорит настолько шокированно, что я даже замираю на мгновение.

— Он хотел, чтобы ты была им, — отвечаю мягко. — Но ты не стала. И это всё, что имеет значение.

— Но это ведь из-за меня он уничтожил твою капсулу, да? Ту самую, где было… где ты… — Она сглатывает. — Это всё моя вина.

Внутри взрывается бомба. Я резко выпрямляюсь, беру её за плечи. Не больно, но крепко. Чтобы она почувствовала, что я рядом. Что я держу.

Вот уж Саше точно не за что себя винить. Мерзавец Моэн вредит ей, даже не имея доступа. Ублюдок!

— Нет, Саша. Слушай меня. Ты. Не. Виновата! — с трудом не позволяю себе сорваться на резкий тон. — Это вина Моэна. Только он виновен. Он создал тебя, вложил в тебя ложь. Но ты не стала его марионеткой. Ты моя. Слышишь?

Она отводит взгляд, пытается вырваться, но я не отпускаю. Напротив, поднимаюсь вместе с ней, притягиваю к себе, кладу ладонь на затылок и прижимаю её лоб к своему плечу.

— Мне нельзя жить, — шепчет она. — Я — фальшивка. Я… ненастоящая.

— Нет! Не смей так говорить! — Я поднимаю её голову за подбородок, заглядываю в глаза, в которых сейчас только горькая пустота. — Ты моя. Я тебя никуда не отпущу и никому не отдам. Ты моя.

Её губы приоткрываются. Взгляд влажный, растерянный.

— Ты не… злишься? — выдыхает она с искренним изумлением.

Я на миг закрываю глаза. Делаю медленный выдох.

— Злился, — отвечаю жестко. Это честно. И эмоции держать все сложнее. — Сильно злился. Когда Тэй сделал генный анализ. Но смотрел на тебя в криокамере и понимал, что уже не смогу без тебя. Что даже если бы ты была голограммой, я всё равно бы остался с тобой. Потому что ты нужна мне. Такая, какая есть. Даже если тебя создал он, не ты выбрала это.

Саша всхлипывает. Наконец сама прижимается ко мне, стискивает мою рубашку. Смотрит вдоль моего тела в стену.

— И что дальше? — спрашивает с нервным смешком. — В этой сказке разве может быть «долго и счастливо»?

— Да. — Я провожу ладонью по её волосам. — Долго. И счастливо. Навсегда. Но сначала… я должен уничтожить Моэна.

В груди поднимается яростная решимость мир наизнанку вывернуть, но добраться до Моэна любой ценой.

В этот момент в кармане начинает вибрировать мой коммуникатор.

Я вздыхаю, целую Сашу в висок, достаю гаджет. Звонок от Касса.

— Что? — резко бросаю.

— Зейн, — говорит он с торжеством. — Сам на нас вышел. Позвонил на горячую линию. Сказал, что даст информацию по Моэну… если мы гарантируем ему защиту.

Я смотрю на Сашу. Она глядит на меня выжидающе, не задаёт вопросов — просто ждет. В её глазах всё ещё боль, но уже без пустоты. Появилась осмысленность, будто она позволила себе жить дальше.

— Я вылетаю, — отвечаю Кассу. — Только теперь мы делаем это не просто ради расследования. Мы делаем это ради неё.

Я обнимаю Сашу крепче.

— Ты солгал Кассу, — тихо говорит она и поднимает на меня взгляд.

Я в легком замешательстве.

— И в чем я солгал? — спрашиваю, уже фантазируя, что она собирается отвлечь меня амурными делами, и я не вылечу сразу.

— Не ты вылетаешь, — она смотрит на меня совершенно серьезно. — Мы. Мы вылетаем. Ты возьмешь меня с собой. Я хочу все знать. Ты больше не будешь от меня ничего скрывать.