Имя моё - любовь

Глава 50

— Вот где ты должна быть, Севия! — я указала на малышей, лежащих в корзинах на улице.

За мое отсутствие в замке добавилось с десяток младенцев и детей от пяти до десяти лет. Младенцев отдавали матери. А вот те, что постарше, оказывались без родителей, и их продавали тетки, соседи или вовсе старшие братья и сестры.

— Я нужна леди Ильзе, Либи. Ты не заставишь меня возиться с этими, — Севия за последний год изменилась не в лучшую сторону. Если раньше она и правда была кем-то вроде старшей няньки, то теперь просто просиживала юбку рядом со старой своенравной леди.

— Ты будешь заниматься ими или детьми постарше. Вон те, — я указала на пятилеток, с которыми возились Торри и Луиза. — Тебе будет полезно осмотреться и помочь девочкам. Детей мало просто кормить и держать в относительно чистой одежде.

— Ты не больше чем подстилка лорда, а строишь из себя хозяйку замка. Как только он наиграется, ты вылетишь из замка, как любая другая его девка, — Севия, наконец, не сдержалась и выпалила все, что думала обо мне. Только вот за своим криком и застилающей глаза ненавистью она не услышала, как позади нее появился лорд.

Он вышел из-за конюшни и прекрасно расслышал все сказанное Севией. А самым прекрасным подарком для меня оказалось то, что рядом с лордом стояла леди Ильза.

— Ты прямо сейчас покинешь замок. Я уже говорил леди Ильзе, что Либи занимается детьми, и вам следует к ней прислушиваться, — сдерживая гнев, проговорил хозяин замка.

— Алиф, — позвал лорд, и тот появился из-за конюшни вместе с Торри. Девушка моментально обошла лорда и вернулась к детям, которым Луиза рассказывала очередную сказку, где добро и труд побеждают злых людей.

— Да, лорд, — Алиф встал перед ним, готовый выполнить любой приказ.

— Вышвырните эту девку из замка и предупреди стражу, чтобы ее и на шаг к воротам не подпускали, — прошипел со злостью лорд. То ли он так пекся о своей персоне и о том, что думают о нем слуги, то ли просто решил избавиться от хамки.

Алифу не пришлось подталкивать понуро бредущую Севию. Она уже поняла, что назад пути нет.

— Леди Ильза, вы уже предлагали свою помощь Либи? Я понимаю, что трудиться вам в вашем возрасте непросто, но учить детей читать и писать вы могли бы. Либи предложила обучать взрослых девочек, а они уже займутся маленькими детьми. Так ведь вам предложила наша Либи? — лорд повернулся к леди, которая замерла и стояла сейчас как соляной столб.

— Да, лорд. Я уже предложила Либи свои услуги, ведь все, что она здесь делает… — леди с трудом сглотнула и не смогла продолжить.

— Вот и хорошо. Я вижу и слышу теперь во дворе довольных детей, и меня радует их смех. Так было в моем старом замке, когда детьми занималась моя матушка. Вы очень похожи на нее, леди, — лорд улыбнулся мне и, повернувшись, направился к замку.

Леди Ильза, привыкшая к иному обращению, к спокойной жизни, где она была если не полностью, но хозяйкой положения, хотя бы среди нянек, вдруг поникла.

— Идемте, леди. Солнце очень уж печет. Я просто расскажу вам о том, чем мы занимаемся. Лорд очень хорошо отзывался о вас. И для нас большая честь, что теперь вы с нами, — я подала ей руку, чтобы она могла опереться о мой локоть.

Да, то, что произошло сейчас с ней, могло ее просто-напросто сломать. Мне не нужны были в замке враги, но и терять таких людей я не хотела. Она знала и умела так много, что мне пришлось бы также прожить здесь лет до шестидесяти, чтобы накопить такой опыт.

— Леди, этим детям от пяти до семи, — указала я на кучу-малу, устроенную детьми из-за дележа игрушек. — Пока они здесь дерутся и не доходит до серьезного, мы не вмешиваемся. Им самим надоест, когда Торри начнет рассказывать сказки. Но этого мало, им нужно научиться читать. Потом мы научим их какому-то ремеслу, и в замке будут хорошие, верные мастера, — я говорила кротко, не пялясь на ее лицо, соблюдая субординацию, потому что сейчас в голове этой пожилой, но очень нужной мне женщины проходила перестройка. Она или умрет каким-то утром от сердечного приступа, так и не приняв перемен, или ее ум по чуть переменится.

— Троих девочек я смогу обучить чтению и письму, но они долго еще и сами будут путаться, Либи, — наконец ответила она.

— Я тоже позанимаюсь, потому что плохо читаю. А писать не умею вовсе, — ответила я. — Мне нравится ваш голос, ваши манеры. Я хотела бы перенять ваши знания, — ответила я, заметив, что Торри уже разняла дерущихся, и виновные уже получили по заслугам: задир расставили к углам конюшни и огорчили известием, что сегодня сказки для них не будет.

Такое наказание для местных детей было особенно жестоким. Для них это как в мое время лишиться вечернего просмотра любимого фильма или даже запрет на «Дисней по пятницам». Я улыбнулась, заметив на лицах наказанных наворачивающиеся слезы.

— Тогда начнем завтра утром в моем зале. Алиф проводит вас. Мы будем заниматься до обеда, а потом вы сами повторите то, чему я вас научила. Вечером мы можем продолжить, — леди озвучила график, встала с нашей, совсем не предназначенной для леди лавочки и, за неимением напарницы, опираясь на трость, медленно пошла к замку.

«Ну и отлично. Мне тоже нужно было научиться писать хорошо. Какая же я тут заведующая, если ни читать, ни писать особо не умею», — подумала я.

Я с трудом понимала буквы, а написать могла что-то только примерно. Марта читала записки, и потом я смотрела на них, сверяя с тем, что она говорила.

До вечера я сделала столько всего, что когда пришла пора искать Алифа, ноги не держали. Я стояла у центральных ворот, а Торри и Луиза пытались разыскать моего главного помощника.

— Либи, Либи, — голос Торри вывел меня из задумчивости.

— Не кричи, сюда выходят окна лорда. Вдруг он или леди Ильза отдыхают, — зашипела я на Торри.

— Я узнала, что Алиф увез охотников в домик. Они поехали вместе с Бортом. А остальные телеги сейчас на полях: люди там ночуют, а днем заготавливают сено, — Торри все еще не отдышалась и говорила достаточно громко.

— Ничего. Я пойду пешком, — я похлопала девчушку по плечу.

— Нет, ты что? Это долго. Ты придешь в деревню затемно. Мало ли чего случится по дороге? Либи, ночуй у нас, — не сдавалась Торри.

— Нет. Мои мальчики будут плохо спать, если я не обниму их ночью, — я чувствовала вину за то, что оставила их, не взяла с собой.

— Либи, девочка права: бродить по лесу прямо перед закатом — плохая идея. Давай я отвезу тебя на карете. Мастер вчера привез новую, и я ее еще не опробовал, — лорд вышел из главного входа и направлялся к нам. Его слуга, видимо быстро поняв, что от него требуется, моментально развернулся и побежал на конюшню.

— Лорд, не стоит. Я люблю ходить, — попыталась я уйти от его соблазнительного предложения.

— Да, я уже видел: вы прекрасно бродите по лесу и отлично выбираете место для ночлега, — он засмеялся, но как-то не обидно, не укоряя.

— Да, видимо, это мое. Если вам нужно будет избавиться от врагов, вы просто предложите мне с ними прогуляться до леса, — ответила я, и он засмеялся еще громче.

Я хотела рассказать о якобы герое, которого зовут Сусанин, но решила не будить лихо и не нарываться на большое количество вопросов. Все же девушка моего ранга не должна была знать так много. Да, мне мог рассказать ее погибший муж. Но коли я вспомню о нем, лорд может заинтересоваться и этими подробностями.

Карету подали очень быстро. И да, она была очень красивой: синий и зеленый бархат внутри, обожжённые доски на полу, все еще пахнущие костром. Пухлые диваны, набитые шерстью, специальная решетка в ногах для ведра с углем. Я читала о таких. Их использовали для обогрева в дороге. Над ведром устанавливалась труба. И так вот весело, с дымком карета могла покорять снежные дороги зимой. Конечно, жарко в ней не было, да и светло особо тоже. Стенки и дверцу кареты на зиму утепляли той же шерстью. Именно для нее на стенах были уже сейчас набиты маленькими гвоздиками бархатные кармашки. В них шерсть и набивалась. И зимой карета изнутри походила на палату буйного больного — стены были мягкими.

Лорд позволил мне подняться на подножку первой, а когда я присела, поднялся сам и устроился напротив.

— Очень красиво, — оценила я.

Но потом опомнилась: ведь я, как Либи, должна была быть на седьмом небе от счастья, прикоснувшись к такому. Это как для меня прежней, оказаться в каком-нибудь Бэнтли.

— Посмотрим, как эта красота будет вести себя в деле, — лорд стукнул по стенке у себя за спиной, и мы тронулись.

Да, я ездила на телегах, на санях, но на каретах прокатиться еще не сподобилась. И мне не пришлось особенно прикидываться, потому что ощущения и правда были очень необычными: каждый камешек, попавший под колесо, чувствовался и кренил карету на бок. В телеге, где нет стен и крыши, ты это не особо чувствуешь, а здесь есть ощущение, что ты в коробке, и она вот-вот перевернется.

— Лорд, это удивительно, но я не думала, что карета так наклоняется, — молчать было можно, но мне хотелось сообщить ему о простом решении использовать кожаные ремни вместо рессор. В тот самый момент, когда я решалась выдать ему очередную прогрессорскую тайну, карета подпрыгнула, и лорд, перескочив через эту самую решетку для ведра с углями, оказался на мне.

Мы свалились с дивана, но поскольку трясти продолжало нещадно, было ощущение, что подняться у нас получится только тогда, когда карета остановится.

Я видела, как лежащий на мне лорд уже было открыл рот, чтобы закричать кучеру об остановке, но вдруг посмотрел на меня и, опершись на одну руку, улыбнулся, а потом наклонился и… очень осторожно поцеловал меня в губы.

Солнце уже зашло за горизонт, и тоненькая малиновая полоса заката делала мир вокруг удивительно красивым: розовым и каким-то сияющим, торжественным. Полоса света на его лице скакала, делая этот момент очень кинематографичным.

Поняв, что я не шокирована и не отталкиваю его, лорд поцеловал меня уже куда серьезнее: его губы то впивались в мои, то отпускали, давая несколько секунд, чтобы отдышаться. В моменты, когда мужчина отстранялся, он смотрел мне в глаза, а потом целовал щеки, лоб, снова возвращался к губам и опускался к шее.

Я чувствовала внутри не просто пожар. Это был самый настоящий взрыв! Сердце готово было разорваться на мельчайшие звенящие осколки, а легкие горели, и грудь вздымалась, как кузнечные меха.

— Подъезжаем, лорд, — голос кучера нарушил это чудо, а розовая полоса света спустилась за горизонт и больше не делала картинку такой великолепной.

Это предупреждение опустило меня на землю с такой высоты, что если бы я и правда падала, то сгорела бы где-то в верхних слоях атмосферы. Никогда в жизни я не чувствовала ничего хоть отдаленно похожего на пережитое мной сейчас. Это была не похоть, а огромное обволакивающее ощущение нежности, радости, защищенности и покоя одновременно. А еще… счастья. Безграничного и бесспорного.

Лорд помог мне подняться, сел рядом и сжал мою ладонь. В голове у меня гремели колокола, и звон их складывался в какую-то узнаваемую мелодию. Я силилась вспомнить ее, но никак не могла.

— Спасибо вам, господин. Никогда даже не верила, что проедусь в карете лорда, — сухими губами прошептала я и почувствовала, как он сжал мою становящуюся влажной ладонь.