Утром София выходила на пробежку. Слушала свое дыхание, любовалась озером, пересчитывала трухлявые пеньки вдоль вытоптанной лесной дороги. Каждый раз София пробегала мимо старой постройки, где, как она уже знала, содержалась Эльза.
Об Эльзе пока думать не хотелось. Софии было немного жаль эту женщину, но считать её жертвой язык не поворачивался. Много натворила, хоть и платит за это непомерную цену!
София также не могла не думать о том, что Эльза — это яркий пример темной стороны Эриха.
«Как бы самой в подобной клетке не оказаться», думала она, глядя себе под ноги, апатично наблюдая, как её новые светло-синие кроссовки смело противостоят лесной грязи.
Она не знала, что испытывает к Эриху Нойману. Ей с ним было… недурно. Немец делал ей хорошо в постели, сполна удовлетворяя недавно проснувшуюся в ней любительницу экспериментов.
Он мог разбудить её утром, деликатно раззадорить, возбудить, перевернуть на спину, затем схватить за щиколотки, и раздвинуть ноги. Как правило, после этого он бесстыдно ухмылялся, рукой лаская ей промежность, а затем он наклонялся к ней, его язык делал вещи, которые вгоняли её в краску весь следующий день.
И, каждый раз будучи на пике, она выкрикивала его имя. А затем благодарила, долго и с удовольствием, заставляя его руку сжиматься в кулак у неё в волосах и на выдохе, из последних сил шептать её имя.
Софии нравился его член и та беспомощность, которую этот сильный мужчина временами перед ней испытывал.
Ночью она могла проснуться от осторожных прикосновений. Его шаловливые руки знали свое дело.
Он никогда не принуждал, он терпеливо ждал, пока её тело не откликнеться, пока она не застонет, и лишь затем София ощущала мягко давление на ягодицы… и толчки, что пьянили и доводили до исступления.
…
Вернувшись c пробежки, она увидела у ворот незнакомую машину, из которой в тот момент как раз выходила женщина.
Рядом с незнакомкой стоял Марк, он как раз подавал черноволосой женщине руку.
А затем он увидел её, Софию, и в глазах мужчины вспыхнула ярость.
«Он знает! Марк знает, что за время его отсутствия моё отношение к Эриху изменилось» …
София попятилась назад, к воротам. Впервые за все это время, именно Марк вызвал в ней чувство опасения.
«Вспомни, что он с тобой сделал», — прошептала Сафрон у неё в голове. «Вспомни, что они оба с тобой сделали».