Это был конец! Это конец! Конец!
Паника отражалась в глазах, в дрожащих губах!
Что он предпримет теперь, зная правду? Убьет?! Ведь говорил же, что не отпустит.
Чертов Эрих Нойман будто мысли её читал!
— Думаешь, я тебя убью? — Продавливает смешок. — За жизнь опасаешься? Как же плохо вы меня знаете, госпожа Коваль.
Женщина молчала. Он заглядывал ей в глаза, и (так ей казалось) чего-то ждал. София не знала, чего именно, и это пугало.
— Поцелуй меня! — ухмыльнулся. — Давай же, София, Марка целовала, и меня сможешь.
Не дожидаясь ответа, мужчина притянул её к себе, и принялся целовать.
Его рука погладила её спину, затем полезла под кофту. Все, что ей оставалось — терпеть.
Он целовал напористо, властно, а она … отвечала. Не до конца понимая, почему это делает. Страх? Рефлекс? Чувство самосохранения?
София не вкладывала в поцелуй эмоций. Она всего лишь поддавалась более сильному противнику. А в голове билась примитивная мысль: смягчит ли его этот поцелуй? Передумает ли он причинять ей боль?
В какой-то момент Нойман резко её от себя оттолкнул.
Женщина стукнулась об дверцу машины и пораженно затихла. Она не понимала, почему он так себя вел. Быть может, оскорблен, что она не горит желанием его целовать? А чего он ожидал?! Она старается его не злить, чего еще он от неё хочет?!
— Надоело! — прохрипел Нойман, его пальцы бездумно обхватили руль. — Твой защитник уже почти на месте, пора наконец-то во всем разобраться.
— Кто?! — Сердце, казалось, рухнуло в пятки.
— Догадайся, Софийка, — и кривая ухмылка. — Вижу, что догадалась.
У нее перехватило дыхание.
— Эрих, что происходит. Что бы задумал?
— Вот и увидишь! — Пауза, а следом еще одна кривая ухмылка. — За него переживаешь? Правильно делаешь, тебе есть о чем переживать.
Она оглянулась, в заднем окне открывалось прекрасное обозрение безлюдной трасы. А затем… на её глазах из-под земли полез туман. Такой густой, казалось, и не туман это вовсе, а теплое парное молоко.
Следом из тумана вынырнуло знакомое авто.
— А вот и непрошенный гость.
Какое-то время Эрих задумчиво разглядывал пассажирку, затем вышел из машины, обошел авто, открыл дверцу с другой стороны, и вытащил Софию из автомобиля. Схватил её за плечо.
— Эрих, что ты…
— Не дергайся! — приказал, с кривой ухмылкой наблюдая, как из притормозившей машины выходит Марк.
София бросила взгляд в его сторону. Марк был напряжен, его сосредоточенный взгляд бегал от старшего брата — к ней, и обратно. Никогда еще не доводилось ей видеть Марка… паникующим.
«Нет, это не паника… Он растерян! И он боится своего брата. Что ж, дела действительно плохи».