Измена. Отпусти меня (СИ)

18

Стас

Вечерний воздух не освежал, а скорее давил на меня, пока я возвращался домой. Слова Эли все еще звучали в моей голове. Раз за разом прокручивал те резкие фразы, которыми мы с ней обменялись. Теперь я сожалел о всем сказанном. А уж тем более о выпитом. Всё же стоило быть более сдержанным. Но, черт, меня сразу накрывало стоило ей лишь заикнуться о нашем разводе.

Уже оказавшись дома, обнаружил, что Ромка уехал. Чертыхнувшись, взял початую бутылку и поднялся на второй этаж. Пошел в комнату, которую до этого боялся посещать.

Детская встретила меня нежным полумраком и почти стерильной тишиной. В центре стояла колыбель, изящно украшенная кремовыми лентами. Мы же до последнего не знали с Элькой пол ребенка, поэтому выбрали нейтральный цвет.

Дочь... Крошечный комочек невинности и надежды, вошла в нашу жизнь, связав нас вместе так, как я никогда не мог себе представить. Я же присутствовал в момент ее появления на свет. Впервые посмотрел на маленькое личико, влюбившись в нее раз и навсегда.

Не собирался я расставаться с ними. Чего бы Элька там не напридумывала. Во мне начали просыпаться проблески оптимизма. Сейчас жена на эмоциях, но когда ее выпишут, она смягчится. Иначе и быть не могло. Конечно, любовь, которая нас связывала, в сочетании с малышкой, за будущее которой нам предстоит бороться, поможет преодолеть нам все.

А еще такое зло взяло на самого себя и на дуру Ритку. Это же надо было такое сочинить, а я, как лох, повелся. Теперь руки чесались, как сильно хотелось с ней увидеться и придушить гадюку. Я даже достал телефон, в намерении позвонить ей, даже набрал номер… но в последний момент остановился. Не зачем ей знать, что снаряд попал точно в цель. Пусть считает, что я не поверил ей.

Сделав пару больших глотков, желая забыть сегодняшний день, так и уснул в детской на маленьком диване. В спальне без Эльки было тоскливо, а в гостевой, казалось, всё пропахло Риткой.

Когда первые лучи утреннего света начали проникать сквозь шторы, в дверь позвонили. На пороге стояла теща. Наталья Дмитриевна, была женщиной мягкой и всегда питала ко мне симпатию. Правда, сегодня ее лицо было непроницаемым, а в руках она держала большой кожаный чемодан.

— Доброе утро, — сухо поприветствовала она, коротко кивнув и перешагнув порог, как будто это был её собственный дом.

Я попятился на шаг. От моего помятого вида она недовольно скривилась.

Теперь я сожалел, что выпил перед сном, но иначе бы точно не смог отбросить роящиеся в голове мысли.

— Доброе, — сумел пробормотать я.

В тоне моем сквозило удивление. Не уж-то, Эля вчера не блефовала?

— Я за вещами Эли, — произнесла она холодно, стараясь не смотреть на меня.

Меня охватило смятение, но я собрался с мыслями и ответил:

— Думаю, это... преждевременно.

Наталья Дмитриевна сузила глаза, и прервала меня с ноткой сарказма:

О, ты думал, что она просто всё забудет? Сотрёт из памяти твои «ошибки», как неудачную строчку? Подумаешь, споткнулся на подруге жены, с кем не бывает, да? — голос её был хлестким. — Она, видимо, должна была улыбнуться и налить тебе чаю, когда ты вернулся от этой… Риты! Тоже мне, нашел с кем связаться!

— Я люблю Элю и нашу дочь, — закипая проговорил напряженно. — Я был пьян и ничего не помню. В здравом уме я бы в жизни не предал бы жену...

Выражение лица тещи смягчилось, и я почувствовал проблеск сочувствия под ее гневом.

— Любви недостаточно, Стасик, — сказала она тише. — Доверие и верность — это фундамент, на котором стоит брак. Ты разрушил его, и поэтому она приняла такое трудное решение. Но всегда можно всё исправить. Было бы желание.

У меня в горле образовался горький ком, и я изо всех сил старался сохранить самообладание.

— Какое ещё решение?! Куда она собралась? Что за абсурд? Хотя бы вы с ней поговорите по-нормальному. Зачем из-за ерунды все рушить?!

Наталья Дмитриевна вздохнула, устало сжав губы.

— Она хочет переехать ко мне. Ей нужно время, чтобы всё обдумать. Пока она и слушать меня не хочет, — пояснила она мрачным голосом.

— В однушку? — усмехнулся я зло, с трудом сдерживая сарказм. — Прекрасный план. А жить она на что собралась?

— На алименты, — вскинув брови произнесла теща. — Или я ошиблась в тебе, зятек?

— Алиментов не будет, — бросил холодно. — Как и развода. Хочет поиграть в сильную и независимую? Пожалуйста. Пусть поживет у вас без официального расторжения брака. Посмотрит, каково это тащить все на себе. Думаю, ей очень быстро захочется обратно.

— Если будешь щеки дуть и ждать у моря погоды, поверь, не захочется, — усмехнулась теща. — Я свою дочь знаю. Она упертая. Вся в отца.

Я поморщился, руки сжались в кулаки.

— И что вы предлагаете? Коленями пол протирать в больнице? — изумился такой перспективе. Как бы я не был виноват, но до подобного точно не опустился бы.

— Зачем же? Какой от этого толк? — покачала на мою несообразительность головой, Наталья Дмитриевна. — Палату ей продли, чтобы с дочерью не расставалась. Врачей нужных найди. Психолога ей организуй. Только грамотного, чтобы настроил на сохранение семьи. Цветы, вкусности, подарки, опять же. Действуй хитростью. Любая мать за своего ребенка многое отдаст и простит. Особенно, если рядом будет тот, кто готов меняться, а не качать права.

— Думаете? — нахмурился, соглашаясь мысленно с ее доводами.

— Если она увидит раскаянье, твое участие и помощь? Да я даю тебе сто процентов, что Эля переступит через себя, — всплеснула она руками.

— Хорошо, — кивнул, уже строя планы на будущее.

Пока Наталья Дмитриевна собирала вещи Эльвиры, я созвонился с роддомом и продлил палату жены. После набрал в лучший в нашем городе перинатальный центр и договорился о встречи с хорошим неонатологом. А еще отыскал вычурную бабу с дипломом психолога, которая вела свой блог и яро защищала мужиков и их измены. Так погрузился в дела, что вздрогнул, когда хлопнула входная дверь, извещая об уходе тещи.

Но не прошло и десяти минут, как ожил интерком. Я подумал, что женщина что-то забыла, но стоило увидеть на экране счастливую рожу Риты, как во мне поднялась волна гнева. И зачем она приперлась?!