Измена. Отпусти меня (СИ)

20

Рита

Это же надо было так всё испортить?! Вот дура! А ведь до этого Стасик был куда сговорчивее… Я же видела, как его ломает. Осталось чуть-чуть — и он бы сдался. Он бы точно сдался!

Чеканила шаг по мощеной дорожке элитного поселка, переполняемая гневом и отчаянием. Потапов выкинул меня из своей жизни, как плешивую кошку. Всё шло не по плану, и теперь он отказывался даже взглянуть на меня. Не то чтобы спать со мной.

Я так рассчитывала на то, что он поругался с Элькой и теперь обиженный на нее, посмотрит на меня другими глазами. Но этой моли удалось вывернуться и убедить его в обратном, еще и накрутила его против меня. Стерва!

Погруженная в свои мысли, я едва заметила приближающийся звук мотоцикла. Рев стал громче, и когда я повернула голову, то замерла на месте. Меня одновременно поразило и заинтриговало увиденное. Навстречу мне ехал Пашка Колокольцев, собственной персоной. И что он только тут делал?!

Этакий хамоватый мужлан. Суровые черты лица, темные опасные глаза, которые сейчас были скрыты под темными солнцезащитными очками. Мускулистые руки легко держали руль мощного мотоцикла.

Кожаная куртка, натянулась на его широкой фигуре, подчеркивая мужскую силу. А темные джинсы, идеально облегали ноги, намекая на его любовь к спортзалу. Грохочущий двигатель мотоцикла, пускал волну мурашек по телу.

Когда наши взгляды пересеклись, на его губах появилась понимающая ухмылка, как будто он видел меня насквозь. Мы с ним так и не виделись после того спонтанного секса, так как я всячески старалась избегать мужчину.

— Ритка-маргаритка, — бросил он хрипло, тормозя возле меня, — и что же ты здесь делаешь?

Нервно улыбнувшись, старалась выглядеть убедительной.

— Привет, — выдавила я. — Да так... к Эльке заезжала.

— А разве она еще не в роддоме? — хмыкнул он, заглушая двигатель и опуская ноги на дорожку.

Дело было дрянь. Не при каких обстоятельствах он не должен был узнать о моих шашнях со Стасом, а тем более — про беременность Это был не тот человек, с которым можно было играть или шутить. По городу ходило много разных историй про него и одна была страшнее другой. Например, его бывшую до сих пор не могли найти после того, как Пашка увидел ее в ресторане в компании с другим мужиком.

— Да, — растянула губы в улыбке, — но я хотела узнать как ее состояние…

— Чего же не позвонила? — усмехнулся он, снимая очки и смотря в мои глаза цепко и недовольно.

— У нее телефон был отключен, — выпалила торопливо.

Он скептически приподнял бровь, явно не веря моим оправданиям. Его пронзительный взгляд заставил меня вздрогнуть, и я отчаянно попыталась восстановить самообладание. Воздух вокруг нас стал тяжелым от напряжения, как будто он знал все мои тайны.

— Это так мило с твоей стороны, — проговорил Пашка наполненным сарказмом тоном. — Но знаешь, Ритусь, мне трудно поверить, что ты проделала весь этот путь только ради того, чтобы навестить ее. Не в твоем это стиле.

Я чувствовала, как на лбу у меня выступили капельки пота, а ладони стали липкими. Мне требовалось срочно исчезнуть и продолжить скрывать правду, которая могла перевернуть всю мою жизнь. Но судьба, казалось, повернулась ко мне задом.

— Я… я соскучилась по ней, — пробормотала я, отчаянно подбирая нужные слова. — И откуда тебе знать, что в моем стиле, а что нет?..

Выражение лица Пашки стало жестким, а взгляд ледяным. Я почти видела, как в его голове вращаются шестеренки, оценивающие каждое мое движение, каждое слово. Он знал, что в моем визите было нечто большее, чем то, что я сказала.

— Понятно, — выдал он низким и опасным голосом. — Ты думаешь, я дурак? Что я не узнаю о твоем феерическом выступлении?

Мое сердце екнуло. Паника прокатилась по моим венам, когда я осознала серьезность ситуации. Откуда он узнал? Кто сдал? От этой мысли у меня по спине пробежала дрожь.

— Я… я не понимаю, о чем ты говоришь, — сумела выдавить я дрожащим голосом.

Он наклонился ближе, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. От него пахло кожей и бензином, а еще животной опасностью.

— Не лги мне, Ритка-маргаритка, — прошептал он, его мятное дыхание обжигало мою щеку. — Я все о тебе знаю. И очень не люблю, когда меня обманывают.

Слезы навернулись на моих глаза. Мне нужно было бежать от этого кошмара. Только как теперь выпутаться?

— Я не вру... Пожалуйста, поверь мне, — умоляла почти шепотом. — Паш, то, что произошло между нами, было ошибкой. Переспали раз, с кем не бывает. Я пойду?

Теперь в его глазах мелькнуло что-то нечитаемое.

— Нет, Ритусь, — твердо сказал он, отстраняясь. — Я отвезу тебя домой. И мы немного поговорим с тобой… о твоих ошибках.

Казалось, у меня сердце оборвалось окончательно. Во рту пересохло.

Переборов себя, оседлала мотоцикл, крепко вцепившись в широкие плечи мужчины, страх грыз изнутри, бушуя, как безжалостный шторм. Двигатель взревел, посылая вибрации по моему телу. Ветер трепал волосы, усиливая хаос творившийся в моей голове.

Как мне избежать этого разговора? Как отделаться от Колокольцева?

Мы остановились у моего подъезда, и Пашка заглушил двигатель. Я бросила нервный взгляд на свои окна, осторожно слезая с железного коня.

Надежда на спасение таяла на глазах. И тут мое внимание привлекла знакомая фигура. Нам навстречу шагала моя пышная и скандальная мамочка.

Ее огненно-рыжие волосы после химии, торчали в разные стороны, делая ее похожей на одуванчик, а глаза сверкали, обрамленные длинными наращенными ресницами. На ней было ярко-красное атласное платье, плотно облегающее фигуру во всех ненужных местах.

Когда она приблизилась, ее заразительный смех наполнил двор, отчего птички спешно покинули близстоящее дерево.

— Пашенька! Дорогой, как я рада вас видеть вместе, — воскликнула она, явно переигрывая.

«Пашенька» поморщился. То ли ему не понравилось обращение, то ли визгливый голос моей мамули.

— Ритка, — шикнула она на меня, — чего встала? Приглашай дорого гостя в дом. Я пирог ливерный испекла.

Я покраснела, чувствуя смесь смущения и облегчения. Надеясь, что сейчас он тактично откажет и уедет.

Ага. Только, «тактичность» и «Пашка» — понятия не совместимые.

— Мамуль... Так может у него дела?

Мамочка только было открыла рот, но была грубо перебита:

— Мои дела на сегодня — ты, — припечатал Колокольцев, посмотрев на меня выразительно. — Так что, с удовольствием, попробую вашу стряпню. Может поможете дочери с рассказом, — усмехнулся Пашка и под нашими испуганными взглядами, направился к подъезду.

— Мам... — пропищала я тоненько.

— Заткнись! — шикнула она на меня, — Говорить буду я. Поняла?

— Да, — закивала покладисто.

— «Да», — передразнила она меня рассерженно. — Дура!

— Мне долго ждать? — вздрогнули с мамулей от недовольного тона Колокольцева.

Он уже стоял у двери.

— Что ты, Пашенька! Идем, — пропела елейно мама, хватая меня за руку и ведя, будто овцу, к подъезду.

Мы с мамой бестолково суетились возле кухонного гарнитура. Я доставала чашки, а она грела пирог. Так как помещение очень маленькое, мы постоянно сталкивались и больше мешали друг другу, чем помогали. Колокольцев сидел за столом и со скучающим видом наблюдал за нами.

— Пашенька, — щебетала мамуля, — я так рада, что вы с Риточкой теперь вместе! Тебе чай или кофе?

— Мы не вместе, — холодно бросил Пашка.

Мы с ней, словно по команде, замерли. Мама медленно повернулась и спросила недоуменно:

— Как же?

— Так. У меня к «Риточке» только один вопрос, — проговорил ровно он. — От кого она беременна?

В комнате повисла удушающая тишина. Я не поворачивалась, боясь выдать творящийся у меня в душе хаос.

— Риточка? — бестолково переспросила мамочка.

Я же поняла, что нужно срочно спасать положение, пока все не зашло слишком далеко. Собрав всю волю в кулак, нацепила на лицо улыбку и повернулась к Колокольцеву.

— А с чего ты вообще взял, что я беременна? — удивилась я, как по мне, очень правдоподобно.

— А разве не это ты заявила Потапову? — вздернул вверх бровь Пашка.

И какая сволочь успела ему уже все донести?!

— Да, — не стала отрицать очевидное. — Но я обманула.

— Зачем? — допытывался мужчина.

— Пашенька, да она пошутила... — попыталась влезть мамуля, но была грубо перебита.

— Я задал вопрос Рите.

Она сразу же потухла, а на лице ее отразился страх. Мамочка, по всей видимости, мысленно прощалась со мной.

— Мы с Потаповым давно тайно встречались, — врала напропалую от безысходности. — А он все завтраками кормил. Подожди да подожди, я всё расскажу Эльке. Она беременная, ей нервничать нельзя. Меня это достало. Вот я и брякнула, чтоб наверняка.

— То есть, по-твоему, видео было недостаточно? — хмыкнул Пашка.

— Видео она могла бы и простить, — пожала я плечами.

— А ко мне зачем тогда приходила? — не унимался он.

— Хотела ему отомстить. Он же с женой спит... — еле слышно пробормотала, опуская голову и боясь его реакции.

— Допустим, — проговорил Колокольцев, подозрительно спокойно, — я поверил. Но только если выяснится, что ты моего ребенка хочешь на другого повесить... Отвечать вместе с мамашей будешь.

— Да, что ты, Пашенька... — всплеснула руками, оживившись мама.

— Для вас, Павел Сергеевич, — поправил он ее. — И с этого месяца аренда вдвое выше.

— Но... — хотела было возмутиться она, однако натолкнувшись на его недовольный взгляд, торопливо добавила: — Хорошо, Павел Сергеевич.

Больше Колокольцев не душил нас своим присутствием и, наконец-то, покинул квартиру.

— Пиз... Спасибо, доченька! — выплюнула в сердцах мамочка, бросая в меня полотенце.

— А что я должна была говорить? — возмутилась в ответ. — Что сама не знаю, от кого беременна? Чтоб он меня придушил, а завтра о моем обмане еще и Потапов узнал?

— Ладно, — махнула она на меня рукой. — Что со Стасом? Получилось?

— Нет, — выдохнула сокрушенно. — Послал он меня. Сказал видеть больше не хочет.

— И что делать будем? — уперев руки в бока, спросила с наездом мамуля.

— Тест, — выдала уверенно. — Если Потапов отец, то уже не отвертится. Я по судам пойду. Такой шум подниму, — проговорила с предвкушением. — А если нет, то хотя бы узнаю это заранее и одна.

— Если нет, чего-нибудь придумаем, — закивала мама. — На аборт пойдешь. Только бы Пашка раньше времени не прознал!

На том и порешили. До назначенного срока время пролетело быстро. Я из дома носа не показывала. Лежала, ела, спала. Даже пару килограммов набрала от такой жизни.

Клинику выбрала другую. Не стала светиться в той, куда меня Стас возил. Конечно, обошлось мне это дороже, так как материал был нестандартный. Еще в ту ночь, я спрятала себе в сумочку трусы Потапова. Всё же боялась, что видео могло не записаться или еще какой форс-мажор получится. И они очень удачно пригодились.

Получив результаты, с замиранием сердца, смотрела на данные, не веря своим глазам.