Курсанты – 2

Глава 16. Диана Белозерова

– До сих пор не верится, что мы сдали зачет по уголовке. Боже, да я в страшном сне не могла представить, что…

– Ты хотела сказать, в лучшем? Все же получилось отлично.

Покосилась на Настю и Фальцеву. Постепенно у нас стирались границы. Вон и Алена рядом стоит. Только Копылова в стороне тихонько препирается по телефону. Нетрудно догадаться с кем.

– Но Максим, нет, я не могу, ты же знаешь. Да, зачет сдала, мне автомат поставили.

Последнее она сказала, едва ли не плача, словно речь шла не о зачете автоматом, а о чем-то постыдном. Но дело было в том, что этот жест скорее был извинением кафедры за издевательства. Миловидная женщина вызвала всех участников видео и поставила им зачеты автоматом. Демонстративно.

Смешно, но ту, которая это видео сняла, оставили без бонуса. Вика вообще никак не отреагировала. Она вообще очень изменилась с момента, как совершила демарш.

– Волобуева выделилась, да. Теперь о ней не очень хорошая молва в институте. Раз уж даже до меня дошла.

Это мне отец сказал. Как он выразился, раз коллеги обсуждают с ним наглую однокурсницу дочери, что посмела записать преподавателя… И плевать они хотели на то, в каких обстоятельствах это видео было сделано.

Это для нас она своеобразная героиня, а для других просто наглая курсантка, которая не видит берегов. Вот такая вот ирония судьбы.

– Макс, ну что ты обижаешься. Я же сказала, что должна поехать, и менять билеты не буду. Ты можешь поехать со мной, но… Как дежурить поставили? Но Макс!

Дальше, судя по всему, Литвин бросил трубку. Потому что Маша растерянно уставилась на телефон, словно это самое странное, что есть в ее жизни. Глаза девушки опасно повлажнели, но она тут же отвернулась к окну и уставилась в темноту плаца, освещаемую фонарями.

– Маш, ты чего? Ну поругались, с кем бывает.

Я даже не заметила, как Настя подлетела к ней. Села рядом и с участием посмотрела в спину девушке.

– Да они в последнее время только и делают, что ругаются.

Алена-то откуда взялась? Меня это раздражало. Да только, несмотря на это, я подумала, что мне ее жаль. Красивая же пара и история. Прям совсем. Как в сказке. А в сказки я не верила, и неспроста.

– Да не пара мы. Куда мне до него. Он жить вместе хочет, а я боюсь. Мы Новый год вместе должны были отмечать!

Ого. Удивлено посмотрела на выдохнувшую все это на одном дыхании Машу. Это как вообще? Чтобы Копылова откровенничала, да о личном! Покосилась по сторонам.

Парни рубились в дурака на деньги, никто вроде не обращал внимания на нас. Только… Столкнулась с внимательным взглядом Олега. Тьфу, чего пялится на меня? Надменно вздернула подбородок.

Но, судя по тому, как загорелись щеки, предательский румянец все же окрасил их. Почему я на него так реагирую? Что он пялится на меня всегда? Словно видит насквозь.

Внезапно стало противно от самой себя. Ну правда, что это я. У нас тут праздник, а я о таком думаю. Неожиданно для самой себя ответила:

– Ну так отметьте.

Все как по команде обернулись на меня. Даже Фальцева. Могу поспорить, и Вика Волобуева уши грела, сидя поодаль. Мы хоть и кучковались, но все же…

– Не могу. Я уже билет купила и бабушке обещала! Как я ее одну оставлю в новогоднюю ночь, мы всегда вместе встречаем. Он поехать со мной обещал, а его поставили на сутки!

Она нервно всплеснула руками, размазывая слезы по щекам. Редкие, злые. И тем не менее я не видела проблемы вообще, о чем ей жестко и сообщила:

– Можешь. Выбирать иногда надо, Маша. Не маленькая уже. Ты либо с ним, либо нет. Знаешь, сколькие на твоем месте оказаться хотели? А выбрал он тебя. Это не значит, что он лучше, как по мне, ты слишком правильная для него. Но, блин, Копылова. У тебя вроде бабуля мировая. Что она, не поймет, что ли?!

Повисла тишина. Кажется, я сказала это слишком громко, в конце перейдя на повышенный тон. Снова покраснела, встречаясь взглядом с Олегом. Они с Макаром смотрели на нас слишком внимательно. Поджала губы.

– Диан, ты это… Не перебарщиваешь?

Закатила глаза. Вот только мнения Фальцевой сейчас не хватало. Тоже мне, Фемида нашлась. Стоит такая, даже оторвалась от очередной стенгазеты. И часа не прошло как села. Они в этом году снова все первые места взяли. Маньяки.

Макар от нее не отлипал две недели. Они что-то грандиозное намутили, я не вникала. Даже не смотрела на все эти шедевры курсантского искусства.

– Да нет, Вероник, она права. Просто мне страшно, что он меня бросит.

Вот тут даже зауважала нашу мисс Идеальность. Это ж надо такой смелости набраться, чтобы сказануть такое. Ну, оно и видно, что она сама не поняла сначала, что ляпнула.

Вон как щеки стали пунцовыми, а глаза расширились от ужаса. Как она вообще выживала все эти годы? С таким-то отношением к жизни наивным. Я давно это заметила, но сейчас оно особенно читалось.

Мне всегда говорила бабушка, что я в жизни пропаду. Мол, родители меня в край избаловали, и я самостоятельно не знаю, с какой стороны к плите подойти. Фигня это все! Зато я знаю, как эта жизнь устроена и как себя надо вести. И передо мной мной уж точно бы не стояло вопроса о том, съезжаться с Литвиным или нет. Дура. Счастья своего не понимает, а мужик вечно ждать не будет, пока она решится.

– Маш, да прекращай. Вы же любите друг друга! Вон как он на тебя смотрит, когда забирает, ну чего ты. И вообще, мы уголовку сдали, без единого незачета! А ты расстраиваешься по ерунде. Конец года просто, напряженка.

– Напряженка у них наверняка из-за того, что Маша не доверяет. Мужики, они такие, мы либо свято верим в их непогрешимость, либо нафиг.

– Диана!

Сердобольная Маркевченко посмотрела на меня с укоризной. Да похрен. Я неожиданно для себя открыла второе дыхание. Хотя советы по части отношений от человека, у которого этих самых отношений не было…

– С чего ты взяла, что мужикам это надо?

Обернулась и буквально врезалась вплотную в Олега. Фак! Этот какого лешего тут забыл? Смотрит еще так, как всегда, словно жрет пустырник. Может, он под седативными?

Тем не менее выпрямила плечи, посмотрела прямо на него:

– Опыт большой.

Он усмехнулся. И снова по его реакции невозможно было понять, чего ему надо и что он хочет. Вообще, не самая приятная ситуация. Зато вон как Копылова отвлеклась, даже реветь перестала.

– Странный у тебя опыт, хотя отчасти ты права. Если в нас не верят, то отношения сойдут на нет. Но так во всем. Только вот свято верить – это неправильно.

– Так, так, так! Что это у нас за «Пусть говорят» в юридическом? Вы чего сцепились? Не знай наверняка, что вы хронически не перевариваете друг друга, подумал бы, что у вас страстная любовь.

Я едва с парты не свалилась, глядя на ржущего Сохина. Это вообще нормально?

– Ты дебил, Макар?! Где я, и где Олег?!

– А вот это было обидно, Дианка. Тем более как минимум в одном я явно лучше тебя.

Остановите землю, я сойду! Мир, где Сохин меня подначивает, Копылова ревет из-за проблем с Литвиным, а Макаров улыбается, глядя на меня, опасен! Язвительно спросила:

– И в чем же?

– В мытье сортиров!

Группа, которая минут пять как побросала все свои важные дела, откровенно заржала. Я же поджала губы, скрестив руки на груди. Засранцы! Правда, уже секунд через десять не удержалась и присоединилась к всеобщему веселью.

Прав же, зараза…