Курсанты – 2

Глава 27. Настя Маркевченко

Мы шикарно провели выходные с родителями. Давненько я так не отрывалась. Крестный предложил к его родственникам в деревню в баньку на Рождество, вот и решились.

Я даже не думала ни с кем из ребят созваниваться. Диана вон, не затыкаясь, про вечеринки рассказывала. Про какую-то белую новогоднюю тусу с закосом под московские мероприятия, а меня даже не тянуло туда.

Вот что мне там делать? Бухать? Да и по ребятам я не сильно скучала. Все же поднадоели мы друг другу. А с родителями всегда весело, плюс крестный с семьей.

В итоге мы там так нарядились и пошли колядовать, что нас по всей деревне звали. Пели частушки и собирали конфеты. Всегда умилялась, как взрослые мужики умудряются носить женские платья и играть как заправские актеры.

Я так в последний раз хохотала, когда мы пели песню про голубой вагон на плацу. Но все закончилось, и пришло время возвращаться. На второй семестр второго курса я была заряжена как надо. Кайф.

От учебы я не устала, с друзьями встретиться уже даже почти хотелось, пары не пугали. Мать смотрела на меня и улыбалась. А я? Ну что я! Мне на новогодние наряд не выпадал, отсиделась в резерве себе спокойно. Красота!

С утра пораньше прибилась к группке, которая пытала баяниста. Интересно было – жуть. Он сначала, как всегда, раздухарился, рассказывать начал прям бойко:

– Да это самый лучший наряд в моей жизни был! Да к Полисадникову в Новый год, когда его ставят, очередь стоит!

Короче, все в стиле Семы. Он даже, если бы его прорвавшийся туалет убирать поставили, не смутился, а потом всем рассказал, что за это положен орден. Ну, или как минимум министерская благодарность. И вообще, это не какашки были, а самое что ни на есть золото.

Мы уже привыкли и относились к его самомнению с определений долей иронии. Все-таки не первый год знакомы и знали его как облупленного. Парни уже ржали:

– А что же, на баяне играл?

Семен сидел как король на парте. Не знаю, как остальные, но я заметила явное прибавление в полку его себялюбия. Девчонки уже шепнули, что крепость старшекурсницы ему сдалась.

Правда поговаривали, что она многим регулярно сдается и типа сама говорила, что ей нравится, когда серенады под окнами поют. Ну, точнее, не поют, а как минимум играют.

Интересно, если Сема в ночи выйдет по форме играть под балконами, какова вероятность, что местные бабушки вызовут ментов? Все же сам мент играет, кто там разберет, курсант или нет. Плюс на баяне. Все же это как вспомнить молодость.

Короче, я сидела и с милой улыбкой все это слушала. Пока речь не зашла про Сохина. Сема сразу покраснел как помидор, потом начал мямлить что-то. Ребята тут же поймали волну и принялись ржать.

Мол, знаем, Сема все выдумал, на самом деле его, как всегда, в наряде раком поставили в классическую позу, да дружно… Не знаю, чего наши парни лезли вместе с другими пацанами.

Как бы слишком много энергии появилось, как рассказали им про квартиры. Они как приехали, парней сразу оповестили с хорошими новостями. Мол, на днях отпустят в город искать себе жилье.

Я к матери тогда быстро перед парой забежала с наездом:

– Мам! Ну сказать было сложно? Там же сейчас будет битва цен и нормальных мест! Я бы своих предупредила…

Вообще, я частенько снабжала ребят самой свежей и нужной информацией бытового уровня. Через меня проходили шикарные потоки сведений, и все слухи, конечно, шли проверять ко мне.

Мать по-любому знала все заранее. Ну как так можно было промолчать? Ну? У нас же ребята многие, такие вон как Семен неделю телиться будут. Он же по-любому захочет царские хоромы по цене комнаты в общежитии!

Но мать лишь подняла наверх глаза от бумаг и ухмыльнулась:

– Ну доченька, ты чего. Сомневаешься в моих способностях? Я вашему Николяше информацию дала еще до Нового года. Кому надо, уже квартиры сняли наверняка.

Я чуть челюсть не уронила. Ничего себе, расклад. Даже обидно стало! Спросила ее, насупившись:

– А мне чего не сказала, я бы передала!

– Потому что ты у меня дитятко слишком доброе и совершенно наивное. Такую новость кому попало не вываливают, так что не надо на меня смотреть с таким возмущением.

Но я смотрела. Обидно было, что у меня отобрали право пофорсить таким козырем. Тем не менее я была рада за наших ребят, которые успели застолбить квартиры хорошие. Успели же? Я точно не знала, так как пока никто не признавался.

Короче, послушала парней и Сему сначала. Там как дело дошло до фоток, сразу дал наш баянист заднюю, стал хмурым и злым. Парни продолжали его донимать, а я услышана Копылова и в итоге почти всю первую лекцию с ней протрепалась.

Кайф же! Тем более пара была ни о чем. Мне учеба в целом легко давалась, так что я вообще не парилась. Даже отличницей слыла, но для меня это не более чем прибавка к стипендии приятная. Я себе телефон хотела крутой купить, вот если получать по четыре с половиной тысячи, то за четыре месяца с кварталкой как раз двадцать накоплю!

В общем, пара закончилась, народ продолжил третировать Сему. Прямо поговорить больше не о чем. Я невольно стала свидетельницей разговора Василька с ним:

– Ну а Сохин-то как?

– А что ему будет, со своей Фальцевой весь наряд промиловались, как парочка тридцать лет в браке.

Я закатила глаза. Вот мальчики говорят, что девочки сплетницы, а нифига. Вон как уши у народа навострились.

– Сонин и наша снежная королева? Он что, ей вдул?

Ну и все вот эти их мерзкие пацанские выражения. Мне вообще не нравилось слышать подобное, ну а что поделать. Я вышла вперед и, прежде чем они начали разносить слухи, громко заявила:

– Да что вы хоть как бабы базарные? Нет у них ничего. Вероника просто с ним хорошо общается. Не то что некоторые, даже чихнуть боятся в сторону старшины.

Пошло возмущение, и фокус, как я и ожидала, сместился в другое направление. Народ начал возмущаться и доказывать, что плевать они на командира хотели, что они такие все бравые и прочее.

Наши парни, к их чести, а также командиры других групп в этом празднике жизни не участвовали. Они лишь ржали и закатывали глаза над тем, как многие суетились.

Фу. Никогда не понимала этого пацанского движняка. Догнала Машу и начала с ней болтать. Мы долго проговорили, обсудили все перспективы по учебе и предстоящие вечеринки.

Сегодня парни из нашей группы сказали, что сняли какую-то крутую квартиру (ну да, раньше новости о том, что съезжаем, конечно) и пригласили всех на следующей неделе. Отметить группой, так сказать.

Маша сразу сказала, что, скорее всего, не пойдет, а я была в предвкушении. В клуб не очень-то хотелось, так как мне там не сильно нравилось, а чисто своими, почему бы и нет.

Сами не заметили, как на самоподготовке после пар стали обсуждать подробности. Самое активное участие, как ни странно, выразила Вика Волобуева.

Круто! Она-то точно знает толк в вечеринках. Сразу же составили меню, распределили, кто что из еды приносит. По алкоголю предпочтения выразили.

Парни уже написали Сохину, и тот якобы тоже дал свое согласие. Изворотов молча не возражал. Он какой-то хмурый был после праздников. Только Олег начал мяться, но, как только его Диана поддела, что такому, как он, и правда идти не стоит, тут же согласился.

Я за этой парочкой давно наблюдала. С мамой обсуждала, и та со смехом сказала, что раз дела обстоят подобным образом, то они и поженятся еще всем назло. И прежде всего сами себе.

Я согласна не была. Они ж ненавидели друг друга! Какой там поженятся. Я их даже целующимися не могла представить. Только подумала про это, как Волобуева заявила, что надо будет желающим сыграть в бутылочку.

Все заржали, что нас за девок-то не считают. Мы, считай, им как сестры. Вот с таким смехом и обсуждением нас застал Симон. Ну сто сказать… Судя по всему, вечеринку придется перенести. Так как он жестко спалил нашу контору.