Лавка «Любовные снадобья»

Глава 13

Лиза с Корнелией вышли на улицу, и рыжая, поправив роскошные длинные волосы, направила свои стопы в ту сторону, откуда не так давно притащили Лизу тетки-трещетки. Ведь прошло-то всего ничего, а сколько всего случилось!

В конце улицы показался прянично-глазурный домик лекарни, но не доходя до него, Корнелия свернула на широкую улицу.

– Почему лекарня такая яркая, и комнаты внутри красочные? – поинтересовалась Лиза.

– Чтобы болявым веселее было, – объяснила Корнелия. – Великая Врачиня много веков назад выяснила, что чем красочнее обстановка вокруг, тем легче болявые выздоравливают.

– Надо же, – удивилась Лиза, – а у нас в больницах все светлых неприглядных тонов.

– Ну, может, и в вашем отсталом мирке какая-нибудь Великая Врачиня появится, – пожала плечами Корнелия.

Лиза с интересом рассматривала улицу, по которой они шли, и прохожих. Те тоже кидали на двух девушек любопытные взгляды. Кто-то им кивал в знак приветствия, но никто пока не заговаривал. И на том спасибо!

Домики вокруг были аккуратные, элегантные, чистенькие, утопали в пышных цветах роз и еще каких-то, которым Лиза названия не знала. Кое-где мелькали разных оттенков маркизы над окнами или дверью, тут же красовались деревянные вывески: где таверны, а где кафе или магазинчики.

– Сюда на обратном пути зайдем, – кивнула Корнелия на выставленные у входа в магазин лотки с разнообразными овощами. – Сейчас до центра прогуляемся. Платьишки посмотрим да украшеньица, – мурлыкнула она.

– Нет уж, – остановилась Лиза. – Никаких платьев и украшеньиц мы сегодня смотреть не будем. Купим еды. Мне еще дом убирать.

– Уберется, успеется, – недовольно надула губы Корнелия.

– Чем быстрее, тем лучше. А то мне уже и огнеупертый в упрек ставит, что я замарашка.

Корнелия покосилась на Лизу и засмеялась.

– Что, понравился тебе наш Ричард?

– Вот еще, – фыркнула Лиза. – Хамоватый тип.

– Зато красивенький, – облизнулась Корнелия.

– Да ну тебя, – Лиза дернула рыжую за руку. – Пойдем.

– Тогда шоколадину пойдем выберем, а потом за твоими скучными продуктами, – нахохлилась Корнелия. – Можно подумать, ты готовить умеешь.

– А вот и умею.

Лиза готовить и правда умела. Бутерброды там, вареные яйца и иногда даже омлет получался сносный. Еще она могла сварить сосиски, разогреть замороженную пиццу. И пельмешки с варениками в горячую воду закинуть. А что еще надо? Остальное можно и в ресторане поесть.

Вскоре Лиза с Корнелией вышли на широкую площадь. Посреди нее красовался огромный монумент: мужчина в камзоле, с напомаженными и накрученными волосами, вытягивал одну руку вверх раскрытой ладонью к небу, вторую он отвел назад. Вся его поза кричала: вот каков я красавец!

– Это кто? – Статуя Лизе кого-то напоминала.

– Это пракакой-то там дед нынешнего мэра Фула Симплтона. Основатель нашего города.

– Ага. То-то я думаю, где-то я его видела, а это просто Дамми на него похож.

– Красивущ, правда? – задорно засмеялась Корнелия.

– Все у тебя красивущи, – закатила глаза Лиза.

– А что, дуракам не запрещено красивыми быть, как и умным.

– И то правда. Послушай, я вот что спросить хотела…

– Шоколадина! – глаза Корнелии затуманились предвкушением. Она ухватила Лизу под руку и потянула на другую сторону площади. Кошка неслась так стремительно, что Лиза едва поспевала перебирать ногами. Где-то в стороне мелькнула знакомая ягодная шляпка, но Лизе было не до вежливостей: Корнелия ей чуть руку не вывернула, таща за собой.

Они остановились у какой-то неприметной двери с черной маркизой, и Корнелия, резко ее распахнув, влетела внутрь. На Лизу тут же обрушился запах какао, жгучего шоколада, корицы, ванили и, кажется, ликера.

– Чем могу быть полезным? – выглянул из-за высокой барной стойки седовласый старичок. – А! Госпожа Корнелия. Давненько вас не видел. Рад. Рад. А вы…? – вопросительно взглянул на Лизу мужчина.

– Элизабет Кортни, – представилась Лиза.

– А! Колдовница Кортни. Наслышаны! Наслышаны, – заулыбался старичок. – Дамми Симплтон уже всем рассказал, что «Любовные снадобья» скоро откроются.

– Я бы не была столь оптимистична… – пробубнила Лиза.

– Меня зовут Дабл Чоколэйт, мистер Дабл Чоколэйт, – протянул он Лизе руку.

– Дабл Чоколэйт? – обалдело переспросила она и пожала руку старика.

– Именно. Мы с вашей бабулей давние знакомцы. Не одну шоколадину испили вместе. – Подмигнул он Лизе. – Ну, вы тут осмотритесь, выберете, что по душе придется, – и, кивнув на Корнелию, добавил: – Эта тут надолго.

Лиза зависла перед витриной, в которой красовался шоколад всех возможных видов и вариаций: плитки, круглые медальки, трюфеля да конфетки, крошеный в мелкий песок шоколад, шоколад-булыжник, шоколад в виде фигур зверей и птиц, шоколадное драже, шоколадные пастилки, печенье с шоколадной крошкой, шоколадный мусс, шоколад в чашечках и бокалах, застывший, словно мороженое, и дымящийся, словно кофе, черный, молочный, белый, розовый, мраморный, с орехами, изюмом, печеньем, ванилью и мармеладом.

Пока Лиза пускала слюнки на шоколадное безобразие, мистер Чоколэйт подошел к клиенту, стоявшему в сторонке, и начал ему что-то рассказывать. Видимо, пытался разъяснить, чем один вид шоколада отличается от другого.

– Ну, выбрала? – Корнелия так тихо подкралась к Лизе, что та, пискнув от неожиданности, вздрогнула.

– Хочу вот эти кругляши с орехом пекан. – Довольная Лиза ткнула пальчиком в витрину.

– Всего-то, – фыркнула кошка. – Это же обыкновенный шоколад.

– А ты что, здесь еще что-то видишь, кроме шоколада? – съязвила Лиза и уставилась на черного цвета маленькую бутылочку в руках Корнелии. – Это что?

– Шоколадина, – облизнулась рыжая.

– Ну-с, дамы, на что пал ваш выбор? – обратился к ним подошедший мистер Чоколэйт.

– Мне вот эти, – показала Лиза.

– А мне вот! – протянула ему свою добычу Корнелия.

Мистер Чоколэйт хмыкнул и начал упаковывать коробку шоколадных шариков для Лизы.

– А вам как? – с задором во взгляде посмотрел он на Корнелию.

– Мне трубочку, – мурлыкнула она. – Она платит. – Кивнула рыжая на Лизу.

– Итак, – потирая руки, сказал мистер Чоколэйт. – Шоколадные шарики с пеканом – два серебряных, черная шоколадина «Блэк рам» – двадцать золотых.

– Как-как называется эта штука? – навострила уши Лиза.

– Никак. – Выдернула у нее кошель Корнелия и отсчитала деньги. – Вот, все правильно.

Она вернула изрядно опустевший мешочек Лизе и, попрощавшись с мистером Чоколэйтом, выскочила за дверь, не дав Лизе опомниться. Хозяин шоколадни сунул Лизе в руки коробку и, посмеиваясь, проводил ее до выхода.

Корнелия стояла в сторонке под сенью раскидистого дерева и потягивала свою шоколадину.

– Это что за шоколадина такая дорогая и еще с таким интересным названием? – ухватила ее под локоть Лиза.

– Самая вкусная шоколадина во всем мире, – довольно облизываясь, пробубнила Корнелия, не выпуская трубочку изо рта.

– Дай попробовать! – потребовала Лиза.

– Кончилась! – хлюпнув остатками на дне бутылька, допила последние капли рыжая.

– Ну и нахалка ты! – Лиза выхватила из рук Корнелии бутылку и понюхала: так и есть – шоколадный ром или ликер.

– Опьянеешь!

– Ни чуть, – возразила Корнелия. – Просто веселенькой стану. Может, и тебе купим? – с надеждой посмотрела она на Лизу.

– Ну уж нет!

Она увидела боковым зрением, как к ним стремительно двигалась мэриня, шелестя атласными юбками и покачивая земляничинами на шляпке. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

– Вот кому бы веселенькой стать, хотя бы чуток, – пробубнила Лиза и потянула за собой кошку. – Пойдем отсюда. Не хочу с ней разговаривать.

Корнелия обернулась и, не сопротивляясь, заспешила за Лизой.

– Мэриня шоколадины не одобряет. Все просит Фула запретить их продавать, но он и сам не прочь полакомиться, – зашептала рыжая, – а как налакомится, всю ночь таскается по тавернам да каберням.

– Каберням? – не поняла Лиза.

– Ну, место такое, где девушки танцуют, задирая ножки.

– А, кабаре!

– Ну да, каберня.

Вскоре главная площадь оказалась позади, и девушки очутились на тихой улочке. Здесь, кажется, не было никаких лавок или магазинчиков, только жилые дома.

Корнелия начала напевать под нос какую-то мелодию. Видимо, выпитая бутылка шоколадины уже произвела свой эффект. Лиза решила этим воспользоваться и наконец-то задать интересовавшие ее вопросы.

– У вас, что же, без любовных снадобий здесь люди влюбиться не могут? – спросила Лиза.

– Кто может, а кто и нет, – пожала плечами Корнелия.

– Объясни.

– Ну вот, допустим, нравится какой-нибудь девушке Дамми Симплтон, а она ему нет, и девушка может попросить ведьму Кортни сварганить приворотное зелье. Потом девушка его Дамми подсунет, а тамон в нее, глядишь, и влюбится, – разъясняла кошка. – А бывает и по-другому. Парень с девушкой полюбили друг друга, и тогда они оба идут к нам в «Любовные снадобья», чтобы заполучить заветный мешочек.

– Зачем? Они же и так влюблены?

– А доказательство где? – покачала головой Корнелия, удивляясь Лизиной непонятливости. – Любовное снадобье от ведьмы Кортни – это пропуск в ратушню на свадебку. Без этого у нас запрещено жениться!

– Почему?

– Считается, что браки без любви – это очень плохо. Давным-давно…

Давным-давно жил был один королевич. Он был влюблен в обычную девушку, но его отец заставил королевича жениться на королевине из соседнего государства. Брак был династическим, никакой любовью там и не пахло. Королевич намучился с нелюбимой женой, которая, к тому же, оказалась большой любительницей шоколадин. Каждый день была веселенькая-веселенькая. Когда старый король умер, то взошедший на трон королевич издал закон: отныне все браки должны совершаться только по любви. А доказательством этой любви будут приворотные эликсиры да ведьминские любовные зелья. Найдешь у себя в кармане такой мешочек, выпьешь эликсирчику, и через месяц можешь идти в ратушню, там еще месяц будут доказательства проверять, а потом, если все в порядке, дадут разрешение на брак. В связи с новопринятым законом королевич и советня признали его брак с веселенькой королевиной недействительным.

– Тогда много браков посчитали ненастоящими. Всех поразвели, – закончила свой рассказ Корнелия.

– Интересно, – хмыкнула Лиза, – и кто же это королевичу присоветовал ведьмины зелья сделать доказательством любви?

– Не знаю, меня тогда еще не было. Дела-то те старьем-быльем поросли, но говорят, именно тогда появилась первая лавка Кортни, – хитренько захихикала кошка.

Да уж. Вот так дела! Все это попахивало самой настоящей аферой. Ух и ушлая, видимо, была первая ведьма Кортни.

– А что же мэриня Симплтон? – спросила Лиза. – Ей лавка зачем?

– Она считает, что имеет на нее право.

– Почему это?

– Потому что в ее жилах тоже течет капелька кровушки Кортни.

– Да ладно! – ахнула Лиза.

– Ага, – подтвердила Корнелия. – Тоже дела старые. Родились как-то у ведьмы Кортни дочь и сын. Дочь, понятно, все унаследовала. У ведьм так заведено, чтобы девочкам все передавать. А мужчинам – огневец потухший да больше ничего. Вот от того ведьминого сынка вроде и ведет свою родословную нынешняя мэриня. По крайней мере, она в это верит и думает, что тоже может колдовать.

– А она может?

– Ничего она не может. После смерти твоей бабушки мэриня взялась зелья варить, так после ее зелий весь Сансторм неделю поносом мучился, – захохотала Корнелия.

– Значит, мы с ней родственники? – задумчиво протянула Лиза.

– Да какие уж теперь родственники. Десятая водица на компоте, – передернула плечами Корнелия. – Твоя бабуля была уверена, что мэриня все придумала. Нет в ней крови Кортни.

– А зачем ей это?

– Как зачем? Потому что Кортни всегда уважаемы и богаты! Вот пойдет к тебе народ за зельями, сама убедишься.

– Ага, – поморщилась Лиза. – Только, боюсь, от моих зелий весь Сансторм не только поносом будет страдать, но и вообще загнется.

– Ерунда. Научишься, – добродушно заявила рыжая и добавила: – Давай-ка быстрее еды купим, а то мне еще погулять охота, силушки набраться. Нам, фамильярам, нельзя долго в человечьем обличье, – пояснила она. – Силу теряем.

– Не от ромовой шоколадины ли ты ее теряешь? – покосилась на Корнелию Лиза.

– Неа! От шоколадины я становлюсь весе-е-еленька-а-а-я! – пропела кошка и, пританцовывая, побежала к овощной лавке.