Лавка «Любовные снадобья»

Глава 59

– Твоих рук дело? – выложил он перед Лизой на прилавок желтый мешочек.

Лиза сладко так, как ангелочек, улыбнулась, невинно моргнула красивущими глазками и развязала шнурок. Из мешочка на блюдо вывалились лепестки роз, колючка, обглоданная куриная лапа и гусиный пух. Лизу обдало затхлым запашком.

– Фу, гадость, – чихнул огнеборец.

– Мисс Идеаль никак решилась подсунуть, – засмеялась Лиза.

– Ты же знаешь, что на меня это не действует! – ярился Файергард.

– Конечно. Куриной лапой тебя точно не возьмешь, – деловито кивнула Лиза.

– Вот бы тебя через колено перекинуть да отшлепать. Зачем ты другую ко мне приворожить хочешь? – в сердцах воскликнул Ричард.

– Нет, мой миленький, это они хотят тебя к себе, а не себя к тебе. К тебе-то они давно тайным воздыханием пылают!

– Кто это «они»? – с опаской уточнил Ричард.

– Да мадамок пять пока только. Все требуют тебя, а некоторые и отца твоего!

– Небось, мисс Гриди приходила? Она давно на отца косо поглядывает.

– Какие же вы, Файергарды, медведи, – покачала головой Лиза.

– Почему это?

– Потому что не косо мадамки на вас смотрят, а со всеобъемлющей любовью, – захохотала Лиза.

– Зачем ты им не отказываешь? – все недоумевал Ричард.

– А денежки мне как зарабатывать?

– Значит, обманом надо?

– Почему обманом? – тут же обиделась Лиза. – Я их честно предупреждаю, что вряд ли сработает на тебе приворот, а они все равно требуют!

– Если еще кто придет – откажи!

– А денежки?

– Лиззи! – окончательно вскипел Файергард. – Что же, мне до конца жизни куриные лапы из карманов выуживать?

– Могу и чудни-юдину лапушку подложить.

– Тьфу, ведьма она и есть ведьма! – Махнул рукой Ричард и пошел вон из лавки.

«Неужто поругались?» – удивилась Лиза. Влюбиться не успели, а уже поругались. Интересно, а когда она, Лиза, ему свое снадобье подсунет, Ричард тоже рассвирепеет.

– Ну и злись! Ну и уходи! – ворчала Лиза.

Однако на душе сразу сделалось тоскливо. А вдруг так разобидится, что и на бал не придет? А снадобье ведь Лиза такое сделала и заговор такой сказала, что только в бал и сработать должно! Она была уверена теперь в таких тонкостях колдовского дела, о которых и самая ушла ведьма знать не знала, ведать не ведала. Откуда в Лизе что бралось, она и не знала. Силушка брала, однако, свое! Расцветала ярким цветом!

Лиза схватила пустое ведро и выскочила вслед за Ричардом. Он, будто бы о чем-то раздумывая, стоял неподалеку от калитки, ведущей вон с Лизиного участка.

Сделав вид, что не заметила огнеборца, Лиза шмыгнула к колодцу и со всей дури крутанула рукоятку.

Когда она начала накручивать цепь на маховик, пытаясь вытянуть ведро, полное воды, Ричард оттолкнул ее и, ворча, сам взялся за дело:

– Опять в колодец сигануть решила, удаль ты моя безголовая?

– А что ж, от тебя помощи не дождешься, ты на меня собак спустил да пошел другую невесту искать, – фыркнула Лиза. – Никак сработала куриная лапа-то.

– Ух, договоришься, Лиззи, отлуплю – мало не покажется.

– Ну вот, не успела замуж выйти, как тут же абьюзу подверглась, – обмахиваясь ладошкой, закатила глаза Лиза.

– Что за корявые слова у тебя? Заговор, что ли, какой читаешь?

Лиза подошла к Ричарду поближе, обняла его сзади, ткнулась носом в широкую спину.

– Давай уже быстрее это ведро вытягивай, и целоваться будем, а то все ворчишь и ворчишь, как дед старый!

– Это я дед! – ахнул возмущенно огнеборец. – Ну, держись, ведьма!

Ричард бросил почти поднятое из колодезного зева ведро, которое тут же загрохотало о каменные стены, и попытался схватить Лизу, она взвизгнула и, смеясь, понеслась в дом.

Позже, когда возлюбленный ушел, Лиза вернулась к проблеме бального платья. Время поджимало, а из-за вреднючей кошки она осталась ни с чем.

Поднявшись в спальню, Лиза в надежде распахнула волшебный шкаф, который всегда ее спасал, предлагая наряды на все случаи жизни.

Шкаф оказался пуст. Нет, не совсем, конечно, пуст. Тут по-прежнему лежали наисвежайшие простыни и наволочки, даже набивное покрывало. На одной из полок свое место занимали несколько корсетов, к которым Лиза так и не воспылала любовью. Внизу стояло три пары туфель и одни башмаки. Все. Больше в шкафу не было ничего. Ни тебе повседневно-домашнего, ни нарядно-выходного, ни тем более бального.

– Вот так подстава! – возмущенно крикнула Лиза. – Ну как так можно, а? Вот бы вас оттрепать да метлой отлупить! – грозила она неизвестно кому.

Дом отвечал Лизе поскрипыванием старых бревен, да где-то внизу, кажется, в кухне раздавалось кошачье урчание.

Раздосадованная Лиза захлопнула шкаф. Порывшись в комоде, Лиза нашла шкатулку с иглами. Видимо, надо попробовать сплести паутину из лунных лучей, а завтра утром – из солнечных! Вдруг и правда получится?

Когда Лиза проходила по коридору второго этажа, с портрета на нее с любопытством и издевкой смотрела бабка Кортни. Мол, накося выкуси! Вдруг портрет показал Лизе язык и хихикнул!

Ну и бабка! Ну и Кортни!

– Вот, значит, как? – прищурилась Лиза. – А я тебе вот так!

Она сняла портрет и снесла его на первый этаж, перевернула лицом к стене, поставив в темный угол.

– Постоишь в углу, подумаешь, как родную внученьку обижать! – потирая руки друг об друга, довольно сказала Лиза.

Она выудила из шкатулки тонкий посеребренный крючок и длинную иглу, вышла в сад. Вон какое полнолуние! Пора плести колдовскую паутину. Глава 60

Плела Лиза до рассвета. Сначала у нее все не получалось ухватить лунный лучик. Вроде большая луна, круглая, низковислая, а поди достань!

А потом Лиза вспомнила всякие сказки да романтичные фотки, где на воде искрилась лунная дорожка, и снова, уже во второй раз за сегодняшний вечер, отправилась к колодцу. Предварительно она щелкнула пальцами, и из комнаты на втором этаже вылетел огневец, заточенный в стекло. Он подлетел к Лизе, и она коснулась его ладонью. Огневец засиял поярче и, зависнув над колодцем, осветил его нутро.

Лиза с опаской посмотрела вниз. Удивительно, но, казалось, будто вода плескалась у самого края! Поднялась, что ли? Или фонарь-огневец так искажает окружающее пространство?

Поднеся иголку к отблеску луны в воде, Лиза сделала движение, будто протыкая лунный свет. И тут же от игольного ушка потянулась длинная, мерцающая серебром нить.

Вытянув ее подлиннее, Лиза подцепила нить крючком. Вообще-то, раньше она никогда не шила и не вязала. Даже пуговицу пришивала сикось-накось. А тут пальцы ее будто знали, что делают! Так и мелькали в воздухе. Так и цепляли лунную нить.

Лиза вдруг опомнилась и подумала, что раз получается, то надо бы сразу на платье такую красоту шить. Щелк! И платье тут же прибежало к Лизе, прямо-таки радостно приплыло по воздуху, еще более радостно расстелилось перед Лизой, не касаясь земли, придерживало складки, приподнимало, при необходимости, подол, задирало рукав.

– Послушница ты моя, – ласково приговаривала Лиза. – Сейчас луной тебя вышьем, а завтра солнца зенитными лучами. И будем мы с тобой на балу красивенькие-прекрасивенькие. Вот кошка обзавидуется.

И платье будто вздыхало довольно, будто улыбалось, подбадривая Лизу. Видно, и ей не хотелось замарашкой быть.

Закончила Лиза на рассвете, устало взяла платье и отнесла его во вторую спальню, разложила на кровати. Шкафу она больше не доверяла, а то повесишь платье внутрь, а оно возьмет и исчезнет? Нет уж. Ненадежное оно, бабкино наследство.

Несмотря на бессонную ночь, Лиза проснулась около восьми. Умылась, почистила зубы, приняла душ со «слизью из ржаного экстракта для придания бодрости», баночка которой завалялась в шкафчике в ванной.

– И ничего и не слизь это, а обыкновенный гель, – хмыкнула Лиза.

Слизь не слизь, гель не гель, а бодрость буквально свалилась на Лизу. Ладошки зазудели от желания сотворить какой-нибудь приворот или, на худой конец, состряпать завтрак.

В дверь как раз постучали. Ричард, как и обещал, пришел отведать утреннего кофейку с ведьмовским поцелуем.

Огнеборец, однако, вошел нахмуренный, уселся за стол, отпил кофе, а про поцелуй забыл. Лиза хоть и хотела обидеться и надуть губы, но сначала решила поинтересоваться, не случилось ли чего.

– Что, опять лапа? – понимающе спросила Лиза.

– Хуже, – буркнул Ричард, закусывая плохое настроение свежеиспеченным оладушком. – Ничего у нас не вышло.

– В смысле? – не поняла Лиза, чуть не подавившись. Ричард что, ей от ворот поворот решил выставить? Как это – ничего у них не вышло?

– Сегодня рано утром состоялась Большая Городская Советня. Как оказалось, мэр еще накануне подписал заявление на бессрочный отпуск, – объяснил огнеборец.

У Лизы тут же отлегло от сердца. Вон он о чем тоскует! А она уж нехорошее подумать успела.

– Ну и что? – не поняла Лиза.

– А то, что по закону, не может Советня решать вопросы мэрства в отсутствие мэра.

– Ну так пусть придет. Делов-то, – пожала плечами Лиза.

– Так в отпуске он. Отбыл на отдых в неизвестном направлении! – нахмурился Ричард.

Вот так мэр! Взял и на моря поехал. Небось и «девочек» своих прихватил.

– И ничегошеньки нельзя сделать? – спросила Лиза.

– Нет, – мотнул головой Ричард. – Придется дождаться его возвращения. А тем временем городом править будет Советня.

– Ну и пусть, – махнула рукой Лиза. – Мэр-то безобидный был. Пускай себе отдыхает.

Ричард посмотрел на Лизу удивленно и даже с восхищением.

– Есть и о мэрине новости, – сказал он.

– И что? – встрепенулась Лиза.

– Не сошлют ее из города. Ее признали невменяемой и пострадавшей от червей, что ее голову пожрали, а потому назначили ей принудительно-добровольное лечение в лекарне. Видимо, кто-то из ее приспешников вовремя походатайствовал.

– И много у нее приспешников?

– Шарабань и большой возок.

Вон оно что оказывается. Значит, Лизе еще повезло, что они на нее не всем скопом напали.

– И долго будет длиться ее лечение?

– Пока не вылечат, – вздохнул Ричард.

– Да бог с ними, Ричард. Нам они больше козней не состроят, – ласково сказала Лиза. – По крайней мере, пока мымриня будет лечение отведывать.

– Добрая ты все-таки. – Он обнял ее за талию и чмокнул в нос. – Ну ладно, побежал я на дежурство.

– Завтра зайдешь?

– Нет, отсыпаться буду после работы.

– Могу тебе слизь дать для бодрости и снятия усталости, – предложила Лиза.

– Нет уж, – засмеялся Ричард. – А вдруг ты ее заговорила, и я в слизня обращусь.

– Ага, значит, думаешь, силушки моей хватит тебя колдовью подвергнуть!

– Нет, не хватит, ведьма.

– А чего ж тогда боишься? – с вызовом спросила Лиза.

– Не боюсь, но опасаюсь, – подмигнул огнеборец и ушел.

– До встречи на балу! – крикнула ему на прощание Лиза.

Она убрала остатки завтрака и взялась за варево зелий. Заказов было много, но Лиза справлялась. Вот уж не думала она, что так быстро все у нее получаться начнет. И уборка, и готовка, и снадобья, и лекарственные эликсиры. Мэр самоликвидировался. Мэриня на время тоже обезврежена. Завтра Лиза с Корнелией в ближайший лесок сходит за новыми травами. А лавку откроет всего на пару часов. График у нее был ненормированный: открывай не открывай, а клиенты ломились в любое удобное им время. Кто в обед или ужин придет, кто ночью заявится, кто чуть свет в двери стучит. Работы много! Без нее Лиза теперь точно не останется! Может, и филиальчик открыть придется? А что? Она тут, а вредная кошка – там! Вот заживут!