Лавка «Любовные снадобья»

Глава 27

Разомлевшие после сытного ужина, Лиза с Корнелией медленно шли домой.

– Сейчас на болотце пойдем, – мурлыкнула Корнелия.

Лиза хотела возразить, сказать, что она очень устала, ведь целый день драила лавку, а когда не драила – колдовала. Чуть ноги вон не лишилась! Она хотела предложить Корнелии на болото пойти завтрашней ночью, а сейчас отправиться баиньки. Однако, прислушавшись к себе, Лиза поняла, что усталости не чувствует. То ли пребывание в этом неведом мире так на нее действовало, то ли все дело было в проявившихся ведьмовских силах, но вот уже который раз Лиза замечала, что там, где она в обычной жизни с ног свалилась бы от переутомления, здесь, в Сансторме даже легкой слабостью не проявлялось.

Что ж, раз не чувствует усталости – можно и отвезти склянки на болотце.

Когда они вошли в дом, Лиза щелкнула пальцами, зажигая лампу у входной двери.

– Я переоденусь, – сказала она.

– Зачем? – удивленно воззрилась на нее Корнелия.

– Не пойду же я на твое болото в таком красивом платье!

– Да недалеко идти-то, – возразила рыжая, – и дорога там прямеханькая-прямеханькая, ровнехонькая-ровнехонькая. Быстрее пойдем, быстрее возвратимся, а то мне скоро обращаться надо обратно, в кошку, – зевнула Корнелия. – А с твоими переодеваниями-одеваниями только время потеряем.

– Ну, тогда пошли, – махнула Лиза рукой, доверившись Корнелии.

И зря. Они вытолкали положенную на бок бочку с крышкой и на колесиках и потащили ее за ручку в сторону леса, что начинался тут же, в десятке метров от «Любовных снадобий». Сначала тропинка действительно была аккуратненькая, утрамбованная десятками ног. Может, грибники-ягодники ее протоптали? Однако вскоре Корнелия свернула куда-то вбок, и хорошей дороге пришел конец. Бочка подпрыгивала на торчавших из земли корнях. Пузырьки внутри бочки дзынькали, бились друг о друга боками и будто бы неприлично ругались.

Корнелия шла впереди, а Лиза тянула за собой громоздкую поклажу. Путь им освещала только луна, выныривавшая над верхушками деревьев. Не сказать чтобы Лиза ничего не видела, но от фонаря она бы не отказалась. Где-то ухала сова. В темных кронах деревьев что-то шевелилось, хлопало крыльями, перелетало с ветки на ветку, иногда так низко, что Лиза чувствовала, как от этого движения колыхались ее волосы.

– Что это летает такое? – проворчала она.

– Мышка-летунья, – объяснила Корнелия.

– Летучие мыши? – ахнула Лиза. – Я их боюсь!

– И правильно делаешь, если вцепится в волосы, придется отрезать, летунья ведь в них быстро запутывается, а выбраться лапки-прилипалки мешают.

Лиза представила, как жуткая летучая мышь влипнет в ее волосы и как потом Лизу придется брить наголо. Нет уж, экспериментировать с собственными волосами ей не хотелось бы. Если получилось вернуть волосы Бьюти, не факт, что и себе вернет. Колдовством она еще владела неуверенно.

Тем временем лес вокруг изменился. Деревья стали более приземистыми, кривоствольными, со странного цвета, почти черной листвой, а некоторые и вовсе без нее, они выставляли к небу длинные ломанные ветви-палки. Земля под ногами противно чавкала, и Лизины шелковые туфельки тут же покрылись слоем грязи. К туфлям присоединился и подол платья.

– Послушала зловредную кошку, – чуть ли не плакала Лиза, – поперлась на болото в таком красивом наряде.

Корнелия скрылась за густорастущими деревьями, собравшимися тесным кружком, и прокричала:

– Давай сюда скорее! Застряла ты там, что ли?

Нахалка! Нагрузила Лизу бочкой, а сама и не помогает вовсе!

Кое-как перетащив тележку через высоко выпиравшие оголенные корни, Лиза устало стерла пот со лба.

– Вот и болотце, – мяукнула рыжая.

Под серым светом тусклой луны перед Лизой распростерлось заросшее тиной болото. Лиза скатила по небольшому склончику бочку к самой воде.

– Что теперь? – спросила Лиза.

– Залезай в воду, а я буду тебе тару подавать и пустую принимать, – растянулась в улыбочке Корнелия.

– Нет уж! – топнула ногой Лиза. – А ну-ка ты полезай!

– Вот еще, – фыркнула кошка. – Моя шерстка к воде непривыкшая…

– Вот и привыкнет! – рявкнула Лиза и тут же пригрозила: – Не будешь помогать, я завтра же от тебя избавлюсь!

– И как же ты избавишься? – недоверчиво уточнила Корнелия.

– Сдам тебя в приют для бездомных животных!

– Да до приютни неделю пути. Ой! – ударила себя по губам Корнелия и тут же защебетала: – Да нет такой приютни, отродясь не бывало, у нас все животные домашние, всегда под присмотром.

Однако задора в ее словах не было: Корнелия знала, что проговорилась и что ей не удастся отвлечь Лизу, обмануть ее.

– Не полезешь в болотце, прямо отсюда за шкирку поволоку тебя в приют! – Лиза сделала уверенный шаг навстречу кошке.

– Да ладно-ладно! – сдалась та. – Сделаю все, как надо!

Она подоткнула подол платья и по колено вошла в воду. Лиза передала ей первый пузырек. Корнелия открыла его и вылила содержимое в воду. Тут же по поверхности пошли пузыри, и разнесся отвратительный запах.

После второго опрокинутого зелья вода вокруг приобрела сначала фиолетовый, а потом кислотно-салатовый оттенок. Чем больше эликсиров опрокидывала в болото Корнелия, тем больше оттенков появлялось у воды. Сама кошка явно чувствовала себя некомфортно: она почесывалась и непрестанно переступала с ноги на ногу.

– Да что ты как на шарнирах? – удивилась Лиза.

– Не будешь шевелиться, может разом засосать, – недовольно буркнула кошка.

– Интересно, а если бы я в воду зашла, ты бы меня об этом предупредила? – прищурилась Лиза, глядя на кошку с подозрением.

– Конечно! Мне твоя смерть ни к чему, – совершенно искренне возмутилась Лизиным вопросом Корнелия. – Ну? Много там еще?

– Нет, последний пузырек остался. – И протянула кошке бутылочку. – Выбирайся давай…

– Ведьма Кортни? – послышался за спиной мужской голос, и Лиза взвизгнула от неожиданности.

Лиза резко обернулась и, оступившись, чуть было не свалилась в болото, но вовремя вцепилась в крышку бочки.

– Ну ты и орешь!

– Ричард Файергард, снова ты? – ахнула Лиза. – Преследуешь ты меня, что ли?

– Вот еще! – насмешливо скривил он губы. – Молоденьким девушка не следует по ночам шататься по лесу в одиночку.

– А я не одна! – возмутилась Лиза.

– Да? И с кем же ты? – приподнял бровь Ричард.

– С подругой. Ослеп, что ли? – Лиза ткнула рукой за спину. – Корнелия поздоровайся с нашим великим и ужасным огнеборцем. В смысле, ужасно противным. – Она ехидно улыбнулась.

– Издеваешься? Дурака из меня делаешь?

– Ни капли.

– Ну да, ну да. Только Кортни в подругах держат всякое зверье.

– Какое еще зверье? – Лиза обернулась и увидела, что Корнелия сидит себе на всех четырех лапах и надменно на Лизу с Ричардом поглядывает.

Вот же ушлое животное! Ведь специально обратилась в кошку именно сейчас, чтобы Лизу в нехорошем свете выставить. Лизе ничего не оставалось, как сказать:

– У каждой приличной ведьмы должна быть кошка.

– Ага, у приличной. А ты, Лиза Кортни, вот уже который день ведешь себя всем приличиям вопреки. – Огнеборец обсмотрел Лизу с макушки до пяток.

Лиза тоже бросила взгляд вниз. Да уж. Прав Файергард. Сейчас она и правда выглядела совсем неприлично: туфли в комьях грязи, подол платья заляпан чуть ли не до колен.

– Кто же в таком наряде на болото ходит? – снова усмехнулся Ричард.

– Тебя забыла спросить! – подбоченилась Лиза и тут же пошла в наступление: – Я – ладно! Я-то ведьма. Нам положено ночью хоть в лес, хоть на болото ходить. А ты-то что тут забыл?

– По делам пришел!

– Какие это ночью на болоте дела? Неужто тоже колдуешь? – хлопнула длинными ресницами Лиза.

– С ума сошла! Я же огнеборец! Вот, – он ткнул на два огнетушителя-спринцовки, которые все это время сжимал в руках, – пришел заправиться.

Лиза ахнула! Так вот какой жижей он заправлял свое оборудование! То-то, подходя к болоту, Лиза подумала, что запашок знакомый.

– Другого болота, что ли, не нашлось? – возмутилась она так, будто это было ее личное колдовское болотце.

И тут Лиза заметила, что Ричард Файергард, всегда такой саркастично-насмешливый и задиристый, вдруг смутился и опустил глаза. Когда он снова посмотрел на Лизу, то взгляд его был смущенным.

– Ведьмы Кортни исстари сюда выливали ненужные или испорченные зелья, а огнеборцы Файергарды всегда отсюда брали жижу для борьбы с бесконтрольно развеселившимся огневцом.

– Хочешь сказать, – медленно протянула Лиза, – что только жижей, в которой содержатся наши зелья, можно огневец усмирить?

– Это был наш секрет, – кивнул Ричард. – С огневцом, когда его изобрели, долго справиться не могли, а потом один из моих прапра зачерпнул водицы из этого болотца…

– И все сработало?

– Да. – Взгляд огнеборца снова приобрел былую надменность. – Теперь всем расскажешь?

– Я на сплетницу похожа?

– Все вы сплетницы!

– Какой же ты… противнющий, – фыркнула Лиза и начала выталкивать бочку подальше от болотца.

Остановившись у деревьев, Лиза бросила через плечо:

– Не бойся, никому я о твоем секрете не расскажу. Будут Файергарды и дальше великими и славными единственными в мире огнеборцами, усмирившими огневец.

– Откуда знаешь, что, кроме нас, больше никто не может?

– Иначе ты бы не волновался о том, что твой секрет кто-то узнает.

– А ты не так глупа.

– И на том спасибо, – хмыкнула Лиза.

– Что попросишь взамен? – нахмурился Ричард.

– Ничего, – пожала плечами Лиза и пошла прочь. – Мне от тебя ничегошеньки не надо.

Она с трудом пропихнула бочку между двух стволов, зацепилась длинным подолом за корягу и выругалась, увидев, как еще совсем недавно красивое платье теперь походило на отрепье беспризорницы.

– Подожди! – крикнул Ричард. – Я только заправлю тушители и провожу тебя!

– Сама дойду.

– Нет, это может быть опасно.

Лиза, однако, его не послушалась, и покатила звенящую пустыми бутылочками бочку в обратном направлении.