Лавка «Любовные снадобья»

Глава 61

После ухода Ричарда Лиза обслужила парочку ранних клиентов, одному выдав притирку от ревматизма, а другой – отворот для мужа.

– Влюбился в девчонку из кабарни, старый олух, – сетовала она.

– Не волнуйтесь, подлейте ему зелье в какое-нибудь питье, и сразу он свою влюбленность забудет, – пообещала Лиза.

Проводив клиентку, Лиза свистнула бальному платью, и то прилетело к хозяйке в сад, прихватив теперь уже золотую иглу и крючки.

Ухватиться за солнечный луч оказалось проще, чем за лунный, ведь полуденное солнце заливало все вокруг. Лиза лишь встала под жасминовый куст, нашла место, где тень играла со светом, и воткнула туда иголку. Тут же в ушке начала извиваться тончайшая золотая нить. Лиза, не теряя времени даром, начала наносить вышивку на лиф платья, а потом обшила и рукава у запястий.

Остаток дня прошел в предвкушении бала. Лиза, конечно, и в лавке торговала, и новые зелья варила, по заказу и просто так, но настроение было нерабочее, да и покупателей немного. Видимо, весь город жил ожиданием бала.

К вечеру пятого дня на неделе Лиза вся извелась.

Когда Лиза наконец-то начала наряжаться, появилась кошка и начала протяжно мяукать.

– Что, тоже на бал собралась? А вот возьму и не дам тебе обратиться, – ехидничала Лиза, – будешь знать, как мне подсовывать всякую дребедень.

Корнелия мяукала и ходила за Лизой по пятам, пока той не надоело, и она все-таки не произнесла заклинание:

– Бабушку твою за ногу!

Грохот, дым – и кошка появилась уже в красивом платье и с аккуратненькой прической.

– А где вы, кошкины морды, храните одежду? – поинтересовалась Лиза.

– У нас свои волшебные шкафики есть, – сказала Корнелия.

– Кстати, а куда подевалась вся одежда из моего шкафа?

– У шкафика срок годности вышел.

– Как это? – удивленно уставилась на кошку Лиза. – Волшебство со сроком годности?

– Ага. Теперь это самый обыкновенный шкаф. Если ты, конечно, его снова не заколдуешь, – мурлыкнула Корнелия и покачала головой, посмотрев на Лизины волосы. – Платье ты, я смотрю, преобразила, а что с головой?

– А что с головой?

– Лохматая опять! – фыркнула кошка.

– И ничуть я не лохматая, – тут же возмутилась Лиза.

– Давай помогу уложить, – предложила рыжая.

– Чего это ты такая добрая? – опасливо посмотрела на нее Лиза.

– Может, я свою гадливость хочу загладить.

– Нет уж, я сама.

– Да не бойся ты, все сделаю, как надо, – пообещала Корнелия, и Лиза поверила.

Как оказалось, не зря. Через полчаса волосы ее блестели и сияли, в пышные кудри умело были вплетены золотые нити.

– Красота! – одобрила Лиза.

С улицы послышался звук клаксона.

– Это что еще такое? – взвизгнула от испуга Лиза.

– Каретня за нами приехала.

– Каретня?

– А ты думала на бал пешком пойти?

Кошка плывя, словно пава, боясь, видимо, помять платье или, не дай бог, порвать, медленно спустилась в гостиную. Лиза, сунув в невидимый карман платья, крошечный черный мешочек с расколдовывающим снадобьем для Файергарда, последовала за ней.

На дороге, за калиткой, их ждала белая с золотом карета с откидывающимся кружевным верхом. Ничего подобного Лиза даже на картинках не видела. Слава богу, никакой новомодной шарабани. Карета с серой в яблоках лошадью.

– А кучер где? – удивилась Лиза.

– Наши каретни давно без кучеров дорогу знают, – усмехнулась кошка.

– А ну, лошадь понесет?

– Не понесет, не бойся.

Лиза махнула рукой на свои страхи и забралась в карету. Корнелия села напротив, выудила откуда-то веер, прикрыла им личико и стала бросать поверх кокетливые взгляды на редких прохожих.

До ратушни ехать было всего ничего, но стоило их карете свернуть на большой проспект, как тут же они встали в пробку. Белые, красные, черные, зеленые и даже ярко-оранжевые – карет было не счесть. Весь Сансторм спешил на бал.

– Быстрее пешком дойти, – посетовала Лиза через десять минут.

– Чтобы замарать туфельки? Нет уж, – возразила кошка.

Лизе ничего не оставалось как ждать. Кареты медленно-медленно волоча колеса продвигались ко входу бального зала в ратушне. Прошел почти час прежде, чем наконец-то их белоснежное чудо подползло к дверям.

Поспешно спрыгнув на землю, Лиза облегченно вздохнула и, не дожидаясь Корнелии, начала подниматься по длинной лестнице к ярко-освещенным распахнутым дверям.

Зайдя в небольшой предбанник, Лиза услышала, как за ней захлопнулись двери. Она оглянулась. И не выйти – замок вон висит!

Прямо перед собой Лиза увидела два зеркала – одно пузато-округлое, второе длинно-тонкое, – между которыми расположилась позолоченная решетка с двумя створками. Открыть решетку не получилось даже при помощи щелчка пальцев. Видимо, нужно заглянуть в зеркала.

Лиза посмотрелась в пузатое.

– Раскрасавица! – раздался радостный голос.

Обрадованная Лиза снова толкнула решетку – ничего. Тогда она заглянула в худое зеркало.

– Страхолюдина, – прозвенел скрипучий голос.

Лиза снова взглянула в пузатое.

– Красавишна!

Потом в худое:

– Чудня-юдня рыбий хвост!

– А я говорю – наипрекраснейшая!

– А я тебе говорю – уродица!

– Королевишна!

– Обтрепыш!

Зеркала уже не просто спорили, а драли глотки, пытаясь доказать одно другому, какова на самом деле Лиза.

– А ну – заткнитесь! – взревела Лиза.

Зеркала от испуга вздрогнули и покрылись испариной, закашлялись.

– Я вам не раскрасавишна и не обтрепыш! Я потомственная ведьма-колдовница Лиззи Кортни собственной теперь уже злой персоной!

– Лиззи? Кортни? Так чего ж сразу не сказали? – заохали зеркала, и Лизе даже почудилось, что они покраснели. – Проходите-проходите! Милости просим!

Золоченая решетка распахнулась, и Лиза очутилась в бальном зале.

Она стояла на самом верху лестницы, а внизу в танце кружились пары. Среди них Лиза тут же заметила Дамми с Бьюти. На подруге было ярко-розовое платье, которое очень шло к ее белым кудряшкам. Вдруг по залу проплыло какое-то ярко-красное пятно. Приглядевшись, Лиза узнала в нем мисс Маус. Она была в платье такого сочного оттенка, что Лизе сделалось неловко за всегда такую тихую девушку. Как же она додумалась нацепить такое вызывающее платье?

От толпы отделилась статная фигура и подошла к подножию лестницы. Лиза радостно улыбнулась и начала спускаться к Ричарду. На нем был светло-серый камзол и белые штаны в цвет Лизиному платью. И как он только догадался так одеться? Когда Лиза приняла подставленную руку огнеборца, то заметила пронесшуюся мимо кошку, которая нагло ей подмигнула. Неужто она Ричарду подсказала, какой костюмчик надеть на бал?

– Что за ужасные зеркальные стражни у вас? Пускать меня не хотели, обзывались, – пожаловалась Лиза. – Они со всеми так?

– Ага, у кого ума хватит к ним сунуться, – засмеялся Ричард.

– В смысле?

– Да мы уж давно через черный ход в бальную залу ходим, – пожал Ричард плечами.

То-то очереди на лестнице не было! И чего это Лиза раньше не сообразила. Ну и ладно! Все равно прорвалась.

– Танцевать? – улыбнулась Лиза.

– Все танцы, – строго посмотрел на нее огнеборец.

– Кроме трех, – сказала Лиза.

– Все, – возразил он, и Лиза решила, что поддастся на его уговоры.

После первых двух танцев Ричард отвел Лизу к столам, где пенилась шампань и заманивали гостей своими яркими боками пирожные да шарики мороженого. В дальнем углу Лиза снова заметила красное платье мисс Маус. Девушка неприлично громко хохотала и жалась к какому-то пареньку.

– Чего это с ней? – удивилась Лиза.

– Шампани перебрала, – сказал Ричард, забирая из рук Лизы бокал. – Что-то не так с этой шампанью сегодня.

Теперь Лиза заметила, что все, кто уже успел приложиться к игристому напитку, от столов отползали развязной походочкой: мужчины ослабляли галстуки, дамы тянули вниз декольте, пытаясь обнажить то, что обнажать считалось стыдным.

– Прощальный подарочек от мэрини? – ахнула Лиза.

– Судя по всему, – кивнул Ричард.

И тут мымриня решила испортить людям радость! Сейчас опоит всех, накуролесит народ бесстыдства всякого, а потом всем какое-нибудь наказание придумают? Единственное, что могли предпринять Лиза с Файергардом, – это приказать тем, кто на балу решил не веселиться, а подработать официантами, убрать всю шампань и заменить его на вино. Так и сделали, после чего разморенных пьяными парами гостей стало в разы меньше. Правда, мисс Маус по-прежнему неприлично высоко задирала юбки и все время поглаживала шею и грудь, норовящую выпрыгнуть из платья.

– Пойдем еще потанцуем? – предложил Ричард.

И снова они закружились в танце. Лиза незаметно вытащила мешочек и сунула его в карман Ричарду, прижалась губами к его уху и шепнула:

– Расколдуйся колдовье заколдованное!

Ричард отстранился, взглянул на Лизу удивленно, моргнул и… упал замертво!