Лекарь для проклятого дракона

Глава 46

— Что значит «не надо!»? — произнес дворецкий, пока все в ужасе смотрели на дрожащую Гретту.

— Я верю тебе, — шептала я, пытаясь ее успокоить. — Я знаю, что ты не виновата. Потому что я тоже шла по снегу, держа мёртвого ребёнка, и не могла остановиться. Мои ноги двигались сами. Мои руки сжимали свёрток, как будто их направлял чужой разум.

Она смотрела на ножницы и дрожащей рукой развернула их к своей шее.

— Нет! Опусти! Брось! Просто брось! Всё хорошо… Это не ты! Я знаю! — шептала я, вытаскивая ножницы из ее дрожащей руки.

Ножницы со звоном упали на пол.

— Я ничего не помню, — шептала Гретта, складывая дрожащие руки на груди. — Я не помню даже, как вошла в комнату… Не помню…

— Я знаю, — кивала я, гладя ее плечи.

— Он меня убьет! — зарыдала Гретта.

И тут я услышала: «Что здесь слу…»

Асманд стоял на пороге, глядя на нас и на платье. Мои колени дрожали, будто я снова в подвале. Только вместо крыс — взгляды слуг, полные страха и осуждения. Я прижала ладонь к животу, где всё ещё пульсировала тьма, впитанная из его руки.

Но теперь я боялась не за себя. Я боялась за Гретту.

— Гретта! Изрезала всё платье невесты! Я шел по коридору, как вдруг увидел в открытую дверь Гретту. Я хотел войти и сказать, что никто не имеет права находиться в комнате рядом с платьем. А когда вошел, увидел, как она кромсает его ножницами.

Я смотрела на лицо герцога, чей взгляд уже убивал Гретту.

— Ты зачем это сделала?! — голос герцога был страшен. Гретта упала на колени, словно ноги отказывались ее держать.

— Я не помню… Ничего не помню… — рыдала она. — Прошу вас! Пощадите! Не надо меня убивать… Я отработаю… Клянусь!

— Отработаешь? Ты знаешь, сколько оно стоило? — заметил Асманд. — Тогда тебе придется найти вампира, чтобы он укусил тебя, и ты обрела бессмертие.

— Я готова найти, — лепетала перепуганная Гретта, не понимая, что это был ядовитый сарказм.

— О, конечно, — усмехнулся Асманд, склоняя голову, будто разговаривал с ребёнком. — Сначала мёртвый младенец в снегу, теперь — безумная горничная с ножницами. Следующим, вероятно, будет призрак моего деда, который начнёт танцевать вальс в библиотеке. И всё это, разумеется, не по вине слуг. Нет-нет, виноваты звёзды. Или, может, луна слишком ярко светила?

Гретта была на грани обморока.

— В подвал, — произнес Асманд. — Немедленно. И сообщите швеям, чтобы они попытались его восстановить!

— Нет! — закричала я, видя, как два рослых лакея пытаются схватить Гретту под руки. Она едва не потеряла сознание. — Вы что? Не понимаете? В доме творятся странные вещи! Никто ничего не помнит… Это какая-то магия!

— Я привык называть это «гадливостью», — заметил Асманд, глядя на меня с высокомерием. — Но вы называйте, как хотите.

— Хорошо! Зачем ей портить платье? — задыхалась я. — Зачем? Объясните мне?!