Личная ассистентка босса

Глава 15

Мира

Три дня спустя

Машина останавливается у отеля и к нам тут же спешит портье, чтобы открыть двери и помочь выйти.

— Припаркуй машину и иди в здание. Может понадобиться твоя помощь, — велит Калинин Роману. — Пальто застегни, холодно, — это он хмуро бросает мне.

Степан не дожидаясь действий с моей стороны запахивает моё пальто. Застёгивает верхние пуговицы и поправляет ворот.

— Где Лебедева? — чеканя шаг, Калинин направляется в сторону отеля.

— В холле ждёт, — я едва успеваю переставлять ноги, чтобы не отставать от босса. На каблуках это делать весьма сложно.

— Почему они поехали в этот отель, а не в офис?

— Я не знаю, Степан Александрович. Лера ничего не объяснила, когда ей звонила.

— Ваши разборки с Лебедевой меня уже порядком надоели! Не поделили пса битого, теперь работу целого коллектива подрываете? — Степан останавливается так резко, что я впечатываюсь носом в его широкую спину.

Я не упускаю возможности втянуть носом запах его туалетной воды.

— Ничего подобного, Степан Александрович. Мы взрослые люди, умеющие разграничивать личную жизнь и работу. Просто мы не успели согласовать действия.

Калинин хмыкает и продолжает движение. Я сравниваю его с ледоколом, который не видит преград на своём пути. Перед ним расступаются люди. Мне же приходится всех огибать, мне дорогу никто не уступает.

Отель встречает нас теплом и улыбающейся управляющей, которая встречает гостей.

— Степан Александрович, я здесь, — голос Леры разносится по холлу.

— Где госпожа Лей Хэ? — требовательно спрашивает босс.

— Не переживайте, Степан Александрович, я всё разрулила, — Лера светится от счастья, будто выиграла миллион. — Эта девчонка сказала, что очень сильно заскучала в нашей столице, пока ждёт своего жениха. Ну и намекнула, что у неё давно не было с… — девушка кашляет, вспомнив с кем разговаривает. — В общем, я ей привела развлечение. Всё организовала.

— Кого ты привела? — шепчу я онемевшими губами, чувствуя, как ноги подкашиваются.

По спине катится ледяной пот, а от лица отливает вся кровь. Она вместе с сердцем оказывается в пятке.

— Ну… Нашему Дроздову она очень понравилась. Да и он ей приглянулся. Мы когда после экскурсии зашли в ресторан, она коктейль себе алкогольный заказала. Ну и висла потом на Дроздове, лепетала что-то на своём, мы не смогли разобрать. А тот и не против.

— Лебедева, у Вас мозгов совсем нет?

— Ну, я хотела как лучше! — Лера в недоумении хмурит брови и переводит растерянный взгляд с меня на Калинина. — Они друг другу понравились. Она ныла, что ей скучно. Вот Дроздов её и развлекает! — Лера хохотнула и тут же скрыла смешок за кашлем.

— У неё жених есть! — кричу я так, что Лера вздрагивает, а посетители отеля оглядываются на нас. — И этот жених сейчас едет за ней! Сюда! Как и его отец, который блюдёт семейные ценности. Ты хоть представляешь, что будет с нашей фирмой, если они узнаёт, что наша сотрудница подложила его дочь под нашего сотрудника! Нас всех по миру пустят!

— Ну а что… — Лера неуверенно переступает с ноги на ногу и кидает на нас виноватые взгляды, которые совсем не трогают. — Я же как лучше хотела.

— В каком они номере? — сосредоточенно спрашивает босс.

— Пятьсот пятый номер.

— Чёрт! — босс кидает взгляд на вход в отель.

Я прослеживаю его взгляд и вижу господина Цяня Хэ и Луо Ли — его будущего зятя.

— Смирнова, быстро за мной. На лестницу! — тон Степана бескомпромиссный.

Я скидываю туфли, отдаю их застывшей с виноватым лицом Лере и несусь по лестнице за боссом на пятый этаж. Мужчина замечает горничную, которая убирает в соседнем номере.

— Девушка, откройте пятьсот пятый номер.

— Но я не…

Степан протягивает ей пятитысячную купюру, а молодая девушка без лишних слов и вопросов прикладывает магнитный ключ к замку.

Босс распахивает дверь как разъярённый муж, рявкает громко, из-за чего я присаживаюсь и вжимаю голову в плечи:

— Дроздов! Слез с неё! Живо!

— Степан Александрович? — слышится пьяное бормотание.

— Что происходит? — раздаётся вопрос на китайском.

— Ваш отец и жених направляются в этот номер. И если они увидят вас в такой ситуации, то всем нам будет очень плохо, — отвечаю, от волнения путая слова.

— Ба! — девушка начинает что-то быстро бормотать, у меня разобрать не выходит.

— У вас минута, чтобы собраться и покинуть номер, — рычит босс.

Дроздов в одних трусах, которые однозначно топорщатся, вываливается к нам.

— Оденься! — Степан Александрович делает шаг вперёд и закрывает мне обзор.

— Степан…

— Рот закрой, мы поговорим позже. Девчонке помоги одеться. Чёрт! — стонет, когда в дверь начинают стучать. — В шкаф! Быстро! Девчонку туда же!

На удивление Дроздов соображает быстро. Он исчезает из поля зрения, а Калинин поворачивается ко мне.

— Раздевайся, Смирнова! — велит бескомпромиссно.

— Что? — у меня немеют губы от изумления.

— Раздевайся и ложись в постель! Немедленно! — сверкает ледяным взглядом так, что невозможно ослушаться.

Непослушными руками я расстёгиваю пальто и стягиваю его. Пытаюсь дотянуться до собачки платья, но от страха пальца не гнутся.

— Развернись, — велит босс, чтобы в следующую секунду моя одежда уже летела на пол. — В постель! — приказывает, и я подчиняюсь, забираясь на огромную кровать, чтобы наблюдать, как одежда босса отправляется к моим вещам.

Я не успеваю даже пикнуть, как сильное тело Калинина придавливает меня к кровати сверху, лишая кислорода и мешая моим мыслям задерживаться в голове хоть на долю секунды. Каждой клеточкой дрожащего от напряжения тела я чувствую горячую кожу мужчины.

Запах Калинина окружает меня в кокон. Терпкий. Вкусный. Желанный. Каждая нотка оседает на языке и взрывается чувственным удовольствием. Моё сердце стучит с перебоями. То прекращает свой ход, то бросается в бешеный галоп.

Моя маленькая грудь в обычном чёрном лифчике расплющилась о его крепкую грудную клетку с литыми мышцами. Подрагивающим животом я чувствую каждый кубик его стального пресса. Каждую жёсткую волосинку, которая щекочет мою чувствительную кожу. Мне хочется застонать от того, насколько это чувственно и запредельно прекрасно. Это ещё порочнее, ещё слаще, чем во всех моих мечтах. Под ним я чувствую себя совсем крошечной. Невесомой. Песчинкой, которую подхватит любой порыв ветра и унесёт в неизведанном направлении.

Ладони Степана обхватывают моё лицо, а тёмные, практически чёрные, как ночное небо глаза заглядывают в мои. Я смотрю в его красивое лицо и понимаю, что не смогу дышать, если он сейчас отстранится. Если отвернётся и его губы не прикоснутся к моим. Если я пойму, что та страсть, то невероятное желание, что сжигает меня безответно. Потому что не может так смотреть в ответ человек, которому всё равно. Потому что не могут быть такими тёмными и жадными глаза, смотрящие в самую душу. Вытаскивающие на свет самый порочные, самые потаённые желания.

Калинин скользит взглядом по моему лицу. По трепещущим от волнения ресницам и приоткрытым губам, которые точно пересохли от волнения. Но я не спешу проводить по ним языком. Я боюсь. Боюсь даже вдохнуть, особенно, когда Степан большим пальцем проводит по моей нижней губе.

На грани сознание я слышу, что кто-то колотит кулаком в дверь. Из коридора доносятся громкие восклицания, но всё это проходит мимо меня. Я смотрю в красивое лицо своего босса и хочу лишь одного — чтобы он меня поцеловал. Чтобы он сократил это чёртово расстояние между нашими лицами и впился жадным поцелуем в мои губы.

Жадно. Подчиняюще. Я уверена, что нежничать он будет. Что он будет столь же напорист, как и во всех своих делах. Он будет брать. Присваивать.

А я готова отдать ему всё. Всю себя. До молекулы. Мне не жалко.

Мне выпал шанс, о котором я и мечтать не смела. Отказываться я точно не стану. Пусть потом будет больно. Пусть я буду потом собирать себя по кусочкам. Зато я буду знать, какие его губы на вкус.

Тяжесть его тела и гладкость горячей кожи я уже почувствовала. Но разве этим насытишься? Ведь хочется ещё! Гораздо больше!

В голове мелькает крамольная мысль — упасть так с коня, побывать так под принцем. Где-то с грохотом отворяется дверь. Боковым зрением вижу появившиеся в комнате фигуры. Вздрагиваю. Хочу повернуть голову, но не успеваю, потому что Калинин фиксирует мою голову ладонями и резко сокращает расстояние между нашими губами.