Любимица стаи

Глава 54

Тибер

Было кое-что, в чём Тибер не смог признаться Йену: он совершенно не представлял, как вызволить семью Таи из лап Коула. Заказать фальшивые документы, перекинуть деньги на счёт, который невозможно отследить, найти человека с крыльями или вертушкой — знакомая схема, он всё продумал, всё взвесил, пока брёл по лесу, но в практически идеальный план вмешался неучтённый фактор.

Записка.

Сминая её в кулаке, чувствуя, как острые бумажные края впиваются в ладонь, Тибер испугался: не выйдет, ничего не выйдет. Схема рушилась. Метафорический мост, ведущий к свободе, потерял опору. Где Коул прятал тётку и брата Таи? Как их найти? Как освободить?

Время. Всё упиралось в эту, казалось бы, незначительную деталь. Он надеялся, что у него будет хотя бы неделя на подготовку.

Тибер умолчал не только о белых пятнах в своём больше не идеальном плане. Но также не сказал Йену о страхе, что его охватил, когда он устраивал уснувшую Эке Ин на заднем сиденье джипа. Он смотрел на неё, уставшую, измождённую, и понимал сначала с ужасом, потом с мазохистским облегчением: Тае может понравиться в Логове и это будет лучший исход из всех возможных. Для неё. Не для Тибера, жизнь которого с этого момента превратится в ад из-за дикой ревности.

На какое-то время он даже в поверил в то, что предложение вожака покажется Тае заманчивым. В конце концов, чем она отличалась от других женщин?

Минуту-две Тибер топтался на пороге, затем толкнул дверь в кабинет Коула. Волк работал за столом с документами, но, услышав скрип половиц, поднял голову от бумаг. В небольшой комнате было как минимум десять потолочных светильников, парочка бра, но Коул предпочитал прятаться в темноте: горела лишь одна тусклая лампа, отодвинутая на самый край столешницы.

— Вы уже попробовали её?

Тибер вздрогнул.

В этом был весь Коул. Поразительное умение вышибать из-под ног опору первым же вопросом.

— Да.

Перед тем, как сесть за руль и отправиться в Логово, Тибер стёр с тела истинной мужские запахи, но, похоже, нашлась деталь, которая его выдала. Или нет? Тон Коула казался таким уверенным, вопрос звучал утверждением, но, возможно, это была не более чем попытка подловить на реакции, узнать правду. Что если Коул закинул удочку на удачу и, сам того не ожидая, вытащил жирного карпа?

В любом случае отпираться не было смысла. Коул спросил — глаза Тибера забегали, а других улик и не требовалось.

— Я не против, — удивил его вожак.

Что?

Тибер ожидал наказания той или иной степени жестокости, как минимум гнева, но точно не лёгкой понимающей ухмылки на лице того, кто и улыбался-то не чаще двух-трёх раз в месяц.

Коул отодвинулся от стола. Колёсики кресла неприятно заскрежетали по полу.

— Видишь ли, — сказал он, — чем сильнее волк, чем больше в его крови магии, тем сложнее ему устоять перед запахом истинной. А вы с братом, насколько я понял, ещё и мазью пренебрегли. Возьми её хотя бы сейчас. Смажь нос, — на бумаги опустился наполовину выдавленный тюбик, Тибер послушно подцепил его и положил в карман.

— Воспользуйся мазью перед следующей близостью. Мы все воспользуемся, чтобы не терять голову, — кроме тюбика, из верхнего ящика вожак достал флакон с бесцветной жидкостью. — Я знаю, что Йен хотел сбежать с Таей. Ты ведь поэтому его связал?

Тибер сглотнул, не в силах отвести взгляда от склянки в руках Коула. Он завороженно смотрел, как мерцает в свете настольной лампы маленький пузатый сосуд, запечатанный пробкой, и отчаянно пытался подавил дурное предчувствие.

— Я ценю твою преданность клану.

Несмотря на дружелюбный тон, Тибер понял: вожак ему не доверяет, за ширмой наигранной доброты скрывается привычная настороженность. Это могло помешать его планам.

Но что там в склянке? Флакон притягивал взгляд магнитом.

Словно прочитав мысли Тибера, вожак поднял сосуд с жидкостью выше, на уровень своих глаз, и сказал:

— Это ты подмешаешь нашей девочке в чай завтра вечером.

От слов Коула, от его вкрадчивого тона, от того, как жадно заблестели в полумраке волчьи глаза, по коже Тибера пробежал озноб.

— Что это? — спросил он хриплым голосом, уже понимая, догадываясь, каким будет ответ, но не желая верить.

— Зелье. Афродизиак.

Нет.

Нет-нет-нет!

Мысленно Тибер вопил во весь голос, мотал головой, как спятивший, разносил кабинет Коула в щепки, но в реальности не мог пошевелить и пальцем, врос ногами в пол, окаменев от шока и ужаса.

А вожак тем временем продолжал забивать в его сердце гвозди:

— Пару капель этой жидкости на несколько часов превратят Таю в нимфоманку. Ей станет всё равно, где и с кем. Поверь, так будет лучше. Она не будет сопротивляться и гарантированно получит от происходящего удовольствие.

Тиберу хотелось вцепиться себе в волосы и орать, разрывая лёгкие. Кричать, пока не охрипнет, пока дикий вопль не высушит его тело до состояния бесчувственной мумии.

— Будем использовать афродизиак каждый раз. Принять семерых мужчин без стимуляторов сложно и физически, и психологически.

«Сложно психологически, говоришь? А каково будет Тае на следующее утро, ты не подумал, урод грёбаный? — Тибер с трудом заставлял себя молчать, сжимал кулаки до онемения пальцев, до кровавых отметин от ногтей. — Каково ей будет вспоминать своё разнузданное поведение? Свою нездоровую ненасытность?»

Коул что-то говорил. Тибер не слышал. В ушах стоял гул, словно ветер ревел в ущелье.

Завтра. Уже завтра. Он думал, у него есть время. Но его не было. Чёртового времени не осталось совсем.

Под ногами словно развёрзлась пропасть.

Он должен спасти Таю. Должен вытащить отсюда. Во что бы то ни стало. Но как успеть? Как провернуть всё до завтрашней ночи? Деньги, документы, самолёт. Её семья… Где Коул прячет её семью?

Тибер должен справиться, должен найти выход. Обязан!