Мой герцог, я – не подарок! (СИ)

Глава 11

Отведя взгляд от жуткого скалящегося дракона, я робко пробарабанила в дверь. В ту ее часть, где не было нарисовано ни клыков, ни чешуи, ни перепонок. Уж больно реалистичная вышла иллюстрация, пугающая.

С предательским скрипом дверь отворилась, и передо мной предстало куда более симпатичное создание.

– Ох! – удивленно прошептала Галлея и растерла сонные глаза. Оценила ущерб, нанесенный моему одеянию, сделала неутешительные выводы и снова протянула: – О-о-ох…

Косы тугие она уже распустила. Черными волнами те стекали на девичью грудь, прикрытую сорочкой.

– Габриэл… не успел завершить церемонию, – сипло пробормотала я. То ли в оправдание, то ли виновато. – Он… кхм… уснул. Умаялся.

Кто знает, что думают фанатики по поводу гнева богини? Не решит ли Галлея после интимных откровений отправить меня обратно, церемонию завершать?

Но принцесса оправдала надежды прабабки. Гала радостно всплеснула руками и положила их мне на плечи. Мило, уютно, как-то по-сестрински. И улыбнулась широко-широко, став невероятно прелестной.

– Не представляю, как вам удалось его «убедить», но новость чудесная! – покивала принцесса. – Ни одна образованная дева Сатара не должна страдать от мужеского произвола!

Ставлю годовую премию на то, что в этом мире был собственный кружок юных феминисток, возглавляемый младшим величеством. О том, что «убедить» Габриэла мне удалось путем легкой (надеюсь) контузии среднего величества, я все же решила умолчать. Чтобы вместо феминистического настроя случайно не взыграли родственные чувства. И вместо академии мы не отправились к величеству старшему.

– Я не хочу ее завершать. Церемонию эту, – призналась ей шепотом, переминаясь в тапочках на пороге монаршей спальни. – Я сирота с темных земель, и образование получила скудное, приютское. В храме искала крова и совета. Но никак не мужа… Понимаете? Эмм… моя принцесса? – уточнила я наугад, и девушка озорно кивнула.

Призрачная старушка запретила мне всем подряд рассказывать про Тему и гору, Миланку и кошку. И я послушно бормотала заученную легенду про темную, глупую сироту, случайно влезшую на чужой холм. Галаксии виднее.

– И тэр Габриэл… он был очень груб ко мне. Герцог тоже не желал кошмарного брака, против воли заключенного, – прошептала я, опустив глаза.

Ни секунды не врала: мои пальцы до сих пор ныли, а обглоданное зеленоглазой пираньей плечо под халатом покрылось красными пятнами.

– Я так мечтала отправиться в столицу и получить достойное образование. А тэр… супруг мой… угрожает запереть в Сандер-Холле, пока… пока…

– Пока? – с искренним ужасом переспросила впечатлительная Галлея.

– Пока ему не приспичит завести наследников, – договорила я, хлюпая ни разу не притворно.

Варвар!

– Вот ведь кворг бесстыдный! – вскрикнула девушка на весь коридор. – И знаете что, моя герцогиня? Мужи Сатара намеренно лишают дев достойного образования. Чтобы те не смели изъявлять свою волю и давать им отпор!

Похоже, я невольно ткнула в больную мозоль юной принцессы. В ее глазах выступили честные слезы, и нос зашмыгал в унисон моему. Обняться и плакать, право слово. Только лучше бы внутри спальни.

Как объяснила Галаксия, нелла имеет право обучаться в академии вместе с госпожой, за которой приглядывает. У личных помощниц более скудные условия проживания и список предметов попроще, однако для бедных девушек работа компаньонкой – почти единственный шанс получить знания. И я очень надеялась, что идея придет в голову юной принцессе.

Меня очень, очень нужно спасать от зеленоглазого варвара!

– Придумала! – вскрикнула девушка.

– Придумали? Что, моя принцесса?

– Как славно, что я устроила Гариэту бунт и отказалась от неллы. Не люблю контроль, а Гар намеревался подсунуть мне старую Робертинью в соглядатаи, – девушка нахмурила темные брови и стряхнула волосы с плеч. – А подпись Владыки я уж сто раз подделывала…

– О чем вы? – я подалась вперед.

Мой призрачный шанс на побег креп с каждой секундой.

– На рассвете я отправляюсь в столицу. И я вдруг подумала, что мне очень нужна компаньонка. Ведь я принцесса, мне положена личная помощница, – она важно задрала подбородок. – Сама я непременно запутаюсь в расписании, забуду почистить форму и покормить фамильяра… Мм? Будете неллой Галлеи Грейнской, моя герцогиня?

Смущали меня эти их «мой герцог», «мой тэр»… Не ваша я, вообще чужая. Но в устах милой венценосной барышни титул звучал легко и иронично.

Не с тем сарказмом, с которым «моя драгоценная жена» произносил мой… кхм… муж, героически павший в бою с урной для праха, до этого серьезно измотанный коварными юбками. А как-то по-доброму, по-приятельски.

– Почту за честь обучаться подле вас и быть вам полезной, – пробормотала я заученно, потупив взор и застряв в дверном проходе, как учила почившая королева.

Жаль, что Галаксия не смогла пойти со мной: дух был магически привязан к праху. Такой себе поводок.

– Придворная жизнь меня смущает. Я многого не знаю, не умею, – продолжала бубнить, испытующе глядя на носы домашних тапочек. – Я мечтаю отправиться в столицу и…

Померещилось, что в том конце коридора бродит кто-то разгневанный. Боги, боги… Габриэл очнулся и отправился на поиски? Дар принимать или сразу вдоветь?

Актриса из меня – с учетом дрожащих поджилок и нескончаемого ощущения, что я очутилась в театре абсурда, – была никакая. Но страх… страх, от которого стыла кровь и стучали зубы, был настоящим.

– И спрятаться от моего братца, бегающего по коридорам в спущенных штанах? – предположила Галлея.

Я дернулась и резко обернулась. Нет, к счастью, девушка объяснялась метафорически. И в спущенных штанах по коридору пока никто не бежал. Пронесло.

– И спрятаться, да, от вашего… моего… этого вот, – побежденно выдохнула я и оторвала взгляд от тапочек. – Он грозился запереть меня в богом… богиней забытом поместье. Лишив возможности получить образование, стать магом и, в случае чего, дать отпор ему… мужу моему.

Я вяло тыкнула пальцем в коридор, где теоретически мог бежать зеленоглазый мужлан. Неотесанный. А еще герцог!

Несмотря на то, что я в точности цитировала королеву-призрака, давя на больную мозоль юной феминистки, на секунду мне показалось, что Галлея передумает. Не рискнет пойти против двух старших величеств. Но девушка снова удивила:

– Вот и славно, я буду рада компании, – улыбнулась она и втянула меня в спальню. Захлопнула дверь ровно в тот момент, когда за поворотом послышались шаги сапог. – А мой брат – тот еще кворг рогатый!

Кто такой кворг, я понятия не имела, но в том, что рогатый, готова была согласиться.

– То у него Сиелла, то у него Катрисса, то у него Лавайна… Хэссы алчные! А Габ будто не видит. Или ему все равно… – продолжала бухтеть девушка, роясь в шкафу и выуживая темно-серое форменное платье.

Я не стала рассказывать про запланированную «кругосветку», в которой предполагалась еще Мирана (черт, черт, черт, ну зачем я их имена запоминаю?).

Впрочем, прицел у герцога на сегодня сбит, и вряд ли Габриэл рискнет посещать рыжую хамку. Уж скорее он бросится на мои поиски. Пошатываясь и зашнуровав (надеюсь!) предварительно штаны.

Из покоев Галлеи тоже виднелась черная гора, но с другого ракурса. Если сощуриться, можно было разглядеть клочок сада, подступающего к «сцене», и серебряный шатер, под которым толпились вельможи…

Там нет моего мира.

А вдруг Галаксия обманула? Вдруг намеренно хочет удержать меня в своем?

Добыв из шкафа серое ученическое платье, принцесса уселась на краешке кровати и вздохнула. Боевой настрой, хлеставший из нее секунду назад, вдруг сдулся. Она сомневалась.

– Шутка Гариэта очень дорого всем обошлась, – пробормотала принцесса и, проморгавшись, поглядела на меня. – Другой жены у Габа уже не будет, церемонию проводят лишь раз.

– Но она ведь не завершена?

Я задохнулась от догадки: в этом мире разводов нет! Именно поэтому жены, ставшие ненужными, коротали век в Сандер-Холле.

– Неважно. Тэр Томеус не посмеет провести ритуал повторно и нарушить волю богини, – вздыхала Галлея. – Конечно, сейчас мой брат не желает брака. Война его супружница, все мысли лишь о ней… Но что, если Габ захочет завести законного наследника? Вдруг он… рискнет?

Вот уж действительно, риск смертельный… Предыдущая попытка чуть герцога не убила. Вазочкой.

– Я не могу. Не могу лишить его семейного счастья, – раздираемая противоречиями, девушка вскочила с кровати и закрыла ладонями лицо.

– Да он овдоветь планирует!

– Это он сейчас. А после…

– А после он уже будет вдовцом, – подсказала ей, отчаянно сопя.

– Я не смогу спрятать тебя надолго, Ализа, – она закусила губки и мотнула головой. – Только на один сезон. От дня избрания до следующей ночи судьбоносных решений, договорились?

«Пять полных лун» – откуда-то всплыло в моей голове. Хорошо, что Эльяна успела просветить. Пять лун – намного лучше, чем пять минут, отведенных мне тэром-путешественником.

– Договорились. На один сезон, – я отрывисто кивнула.

– Если Габ раньше нас не найдет, – с долей скепсиса протянула Галлея. – Он генерал, опытный стратег… В конце концов нам придется признаться, Ализа. Но Габ к тому времени уже соскучится и передумает насчет Сандер-Холла, да и у тебя будет достойное образование. Уверена, он отнесется к супруге с должным уважением и тактом.

Мне бы ее оптимизм… Впрочем, через пять полных лун я надеялась уже гулять по своему миру. Там зеленоглазый варвар меня в жизни не отыщет.

– А как быть с милостью богини?

Ух и злобно она громыхала там, у Утеса…

– Я девушка современная и не верю в такую чушь, – принцесса вздернула точеный носик и забавно поморщилась. – Но Габ… он суеверен, очень. У него на это есть причины. Плевать: мы сделаем все по-своему.

Я улыбнулась ей – не из притворства, а из симпатии. Юная максималистка. Тот нежный возраст, когда хочешь сопротивляться контролю и родительской воле, делать все иначе, протестовать. И веришь, что сможешь изменить мир. В таком возрасте еще веришь, да…

– Надевай, у меня таких несколько для академии пошито, – велела принцесса и указала на серое платье.

Фигуры у нас похожие – хрупкие, тонкокостные, узкоплечие. Да и рост одинаковый, невысокий. И судя по довольной ухмылке принцессы, именно на сходстве она строила секретный план.

Платье я послушно надела: в нем оказалось куда меньше юбок и складок, чем в халате. И туфли форменные примерила. Но не переставала сомневаться в затее Галлеи: как она намерена провести меня через охранный пост? Разве не удивятся стражи новому лицу? За исключением фигур, у нас все было разным!

У Галлеи волосы темные, толстые, густые и жесткие, у меня – светлые, тонкие, мягкие и пушистые. Ее глаза напоминали бледно-зеленый камешек в ошейнике брата, мои же запоминались кристальной голубизной. И рот, и нос, и скулы, и уши… Все было другим. Не говоря уже о красной петельке, что намертво въелась в ладонь и не желала смываться.

– Мы это поправим, – ухмыльнулась Галлея и с ногами забралась на кровать.

Двигаясь грациозно и легко, она залезла на изголовье и дотянулась до ниши. Вместо амфор с прахом у нее там стояли фигурки дракончиков, выточенных из камней. Выбрав зеленого кроху, она вернулась на пол. И, поцеловав малыша на прощанье, с треском разбила статуэтку о подоконник.

– Один из моих любимцев, – вздохнула она, смахивая с щеки крупную детскую слезу. – Грайнитовый. Нет материала лучше, чтобы впитать маскировочные чары.

Дракончик раскололся на две одинаковые половинки, ровно по шипастому «ирокезу», что шел от макушки вдоль зеленого хребта. Пошмыгивая носом, принцесса порылась в шкатулке с украшениями и достала две цепочки. Закрепила каменные фигурки на серебряных подвесах на манер медальонов.

– Никто не удивится грайнитовому дракону на шее Галлеи Грейн, – подмигнула она и сунула голову в цепочку. Второй кулон вручила мне. – И на шее ее неллы, разумеется. Камешек не зря зовется в честь династии Владык Сатара. На старом наречии мы «Грайны», фамильный цвет…

Она приложила дракошку к щеке, чтобы я могла сравнить оттенок. Действительно, камешек цветом очень походил на глаза принцессы. И у герцога были такие же, бледные, глубокие и опасные.

– Я пока слабо владею маскировочными чарами. Обучалась сама вечерами в библиотеке. Как знала, что пригодятся! – объяснила Галлея, удерживая оба медальона в сжатых кулачках. – В академии я быстро знаний доберу. Научусь управляться без «передатчика». Но пока – только так…

Я смирилась с сумбуром, что меня окружал. С ее магическим лепетом, с рассказами о каких-то чарах. Чужой мир – что монастырь. Тут другие правила, и со своими войдет лишь глупец.

– Один дракон должен быть на мне, тогда второй будет копировать образ, – поясняла девушка, жмурясь от напряжения. По ее пальцам перебегали игривые искорки, и я пыталась не удивляться спецэффектам.

Если верить принцессе, она как-то связала драконьи половинки. И теперь вторая, закрепленная на «новой герцогине», должна транслировать в мир облик принцессы.

– Я влила энергии минут на пятнадцать. Потом иллюзия слетит, – виновато призналась Галлея и развернула меня к зеркалу. Распахнутый в изумлении рот не шел нам обеим.

Две принцессы. Две Галлеи Грейнских! Одна в белой сорочке, вторая – в сером ученическом платье. С одинаковыми медальонами на шеях!

– Времени должно хватить. Тебе всего-то пробежать по лестнице, пройти по парковой дорожке, сесть в закрытый экипаж, отослать кучера за забытым саквояжем и зашторить окна. Если не споткнешься и не замешкаешься, успеешь, – уверенно заявила та, что в сорочке. – Я пойду следом. Попрощаюсь с прислугой, а харпемейстеру скажу, что вышла, пока он за вещами бегал.

– А если мы столкнемся с моим кворгом? В смысле… с мужем? – я испуганно поглядела на отражения. Упорно путалась, которая из двух принцесс я.

– Обнимешь его на прощание за нас двоих, – рассмеялась вторая Галлея. – Но Габ улетит раньше, портальным кристаллом. Мне радости перемещения не положены… Все уходит на передовую. Поэтому будем трястись полдня. Сопровождение встретит на выезде из Грейнхолла…

– Сопровождение?

– Небольшой охранный отряд. Но с Джарром проблем не возникнет, он старый вояка и не болтлив. Скажу, что выбрала себе неллу в последний момент.

Голос Галлеи снова звучал звонкой уверенностью. Она решила во что бы то ни стало вызволить меня из лап изверга-брата, ущемлявшего права необразованной сироты.

Почти правда. В этом мире у меня не было ни родни, ни полезных знаний. А герцог, чтоб ему все утро мигренью мучиться, ущемил меня по полной программе. Сначала на подоконнике, а потом и на постели…

К счастью, и я в долгу не осталась, ущемив его гордость и череп урной для праха.

Спустя пятнадцать минут иллюзия и впрямь растворилась, вернув на место лицо Лизаветы Кутейкиной. Изрядно обалдевшее от метаморфоз. И Гала опять попробовала зарядить кулон-артефакт, чтобы потренироваться перед побегом.

Чужое зеленоглазое личико с ямочками на округлых щеках на ощупь было моим родным. И в области высоких скул, и на остром кончике носа.

– Иллюзия только внешняя, – пояснила принцесса. – Старайся не попадаться в руки никому, кто хорошо меня знает. При физическом контакте нас раскусят.

– Значит, на ощупь я – это все еще я?

– Угу, – промычала Галлея. – И тебе нужны перчатки. Кое-какие вещи божественного происхождения иллюзия не скрывает.

Ой… Красная загогулина переселилась на ладонь «принцессы». Даже не поблекла, пакость этакая!

Я сжала кулачок, решив не расправлять пальцы, пока мы не выедем из Грейнхолла.

– Утром я поищу одинаковые перчатки, – успокоила Гала и набросила на сорочку монарший халатик, расшитый золотыми вензельками. Мой же, подранный и помятый, спрятала в ящик низенького комода.

В животе предательски забурлило, выдавая во мне не величественную принцессу, а голодную Лизавету, не евшую с самого Утеса. В крайнем случае – сиротку с темных земель, что искала в храме ночлег, но вряд ли нашла в нем плотный ужин…

Столы под серебряным пологом ломились от вкусностей, и сейчас, вспомнив десертное «разнотравье», я вновь упрекала себя в глупости. Надо было хоть булочку украсть, пока герцог меня тащил мимо яств!

И пирог лоранский съели, по-видимому, без меня. Интересно, что подумал Артемий, увидев помолвочное кольцо? И туфли, и сумочку, и брошенную машину…

– Я сбегаю на кухню, раздобуду еды. Сама от волнения проголодалась, как хэсса на болотах, – простонала Галлея. – Привыкай к внешности, сиди в спальне и не высовывайся!

Подпоясавшись, девушка выбежала из комнаты, а я осталась одна. Принцесса на пятнадцать минут. Герцогиня неизвестно насколько. А так Лизавета… Из Утесово.

Только я издала громкий выдох облегчения, радуясь и надеясь, что на рассвете выберусь из заварушки, как в коридоре послышался шум. И в драконью дверь остервенело забарабанил чей-то настойчивый, каменный и откуда-то знакомый кулак.