Мой герцог, я – не подарок! (СИ)

Глава 33

В горле застрял невысказанный вопрос. Где ее мама? Где девушка, родившая эту зеленоглазую малышку? Но я интуитивно чувствовала, что вопрос будет неуместен, и пыталась проявить чудеса дедукции.

Пышнотелая женщина с зычным командирским голосом явно была из прислуги. Говор у нее был простой, манеры прямолинейные… Эмильена упомянула, что на днях из Вандарфа должна приехать какая-то умная тэйра. И они после «жарких каникул Верганы» наконец вернутся к обучению чтению и письму.

Мы провели в том домике почти час, разбирая тряпичных кукол, угощаясь сладким взваром и свежей сдобой и болтая о пустяках. Наконец нелла сообщила, что юной воспитаннице пора отправляться на дневной сон.

Девочка проводила нас до калитки, вытирая рукавицей шмыгающий нос. Долго душила шею Габриэла маленькими ладошками. И не оставляла сомнений в том, кто из всех величеств передал ей по наследству грайнитовые глаза.

– Почему она говорит «Габи», а не «папа»? – спросила я, когда герцог за поводья потащил харпию по дорожке.

– Она так привыкла. Какое-то время и мне так было проще, – пробубнил он, не оборачиваясь. – Я монстр, Гала, но не настолько, чтобы отказаться от ребенка… Я лишь пытался ее защитить. Сейчас она в безопасности. Ничто не связывает Эмильену со мной.

– Кроме подарков, редких визитов и цвета глаз, – пробормотала я в напряженную спину.

– Именно.

– Мне нужно вернуться в академию, – сообщила, с неохотой поглядывая на харпию. Обратный путь будет таким же зубодробительным. – Я совсем забыла про промежуточный зачет у магистра Башелора. Если потороплюсь, успею сдать в числе последних.

– Не спеши. Я договорюсь, чтобы Башелор принял у тебя зачет завтра, в индивидуальном порядке, – предложил Габриэл. – Должны же быть привилегии у принцесс? Составь мне компанию за обедом, потом я найду для тебя экипаж, а сам поеду в Вандарф.

Он тряхнул головой, указывая на распахнутые ворота за нашими спинами. От них тянулась широкая дорога, возле сторожевой башни разделявшаяся на два «рукава»: один вел к Грейнхоллу, другой – к зловещим Рубежам.

Не взбираясь больше на харпию, мы добрели до центральных улочек Пьяни. Габ издевательски долго крутился на пятачке, выбирая, куда пойти. В брутальное заведение «Рога на углях»? Или все-таки отобедать в «Сладкой благодати»? Калькулятор в голове нервно нашептывал, что через час нам с дракошкой придет конец – феерический и юбкозадирательный.

– Пойдем сюда! – не выдержав, я схватила мужа за рукав и потянула в ближайшую таверну.

Вывеска гласила, что на втором этаже заведения «Сытый кворг и его друзья» имеются нежные перины, в стойлах – злаковая смесь для ездовых харпий, а повар готовит с керрактским огоньком… Черный юмор коренных сатарцев иногда настораживал.

– Я сейчас съем целого кворга. Хоть сладкого, хоть на углях, хоть вместе с друзьями, – пожаловалась упирающемуся герцогу, намекая, что обедать мы будем быстро, плотно и вот-прям-щас.

– Уговорила, идем, – Габ бросил поводья местному харпемейстеру, а сам помог мне забраться по обледенелым ступеням.

Повар дружелюбного «Кворга» готовил хоть и с огоньком, но так медленно, что у меня начало по-настоящему урчать в животе. Мы заказали стейки из копытного (нас заверили, что мясо будет свежайшим), гарнир из печеных овощей, закуску из копченостей и сырные лепешки.

Судя по тому, что полчаса спустя наш столик был все так же пуст, кворга безуспешно ловили в окрестностях Вандарфа. А овощи не то что выкапывали – их еще выращивали! К такой свежести продуктов мой артефакт оказался не готов. Хоть запрыгивай на харпию и лети, лети, перескакивая сугробы, так быстро, чтобы герцог не догнал…

Единственной, кто мог меня спасти, была настоящая принцесса. Я бы охотно вручила ей эстафетную палочку. Но как передать Галлее сообщение? И как поменяться с ней так, чтобы Габ не заметил подвоха?

Помимо удавок-переговорников на шеях монарших особ и гулкого голоса ректора, разносящегося по коридорам академии, я не заметила в Сатаре других средств связи. Наверняка имелась и почта (писал же советник Танисе?), но где она? И как ей пользоваться?

Вдруг в разукрашенном морозцем окне промелькнул знакомый силуэт. В русой девушке, по самый нос укутавшейся в шерстяную шаль, угадывалась нелла Фотьи. Прислужница закупалась кренделями, а с ее плеч свисали сумки, набитые сладостями.

Сато-Судьбоносица, слава твоим чудесным ниточкам!

– Я сейчас вернусь, – пообещала Габу и, подхватив мантию, выскочила за дверь. Догнала девушку, склонившуюся до земли под тяжестью сумок, и окрикнула: – Лайла? Славного правления Триксет! Ты идешь в академию?

– Ой, тэйра Галлея, вы… Славного правления… – она сделала расторопный книксен и чуть не уронила крендели в снег. – В академию. Тэйра Фотья изволила… ради кулинарного разнообразия…

– …Объесться конфет вместо супа, – договорила я за неллу. – У меня к тебе поручение государственной важности. Лично от Владыки и сатарского генерала.

Я сделала страшные глаза и зыркнула на окно, за которым меня дожидался скучающий Габ.

– Слушаю, моя принцесса, – покивала перепуганная прислужница.

– Бросай чертовы конфеты…

– Да как же бросить? Тэйра Фотья из меня душу вытрясет!

– Ладно, хватай чертовы конфеты и беги в кабинет зарядной практики…

– Не могу, моя принцесса, я же прогуливаю, – взмолилась она.

– Скажешь Шимани, что исполняла поручение герцога Грейнского, – махнула на нее. – Срочно найди мою неллу.

– Эмму?

– Ее, да. И передай… слово в слово, – я развернула девушку к себе и медленно прошептала. – Скажи, что ее принцесса в опасности и ждет спасения в таверне «Сытый кворг». И еще… скажи, что если Эмма не поторопится, то Кворг утолит все, вообще все аппетиты!

Преисполненная важности, Лайла унеслась, потряхивая свертками. А я на дрожащих ногах вернулась к Габу. На столе уже дымились лепешки, но герцог к трапезе не приступал: рассматривал, как я приближаюсь.

– Ты нервничаешь, Гала.

– Это все зачет. Я чувствую большую ответственность… из-за свободного статуса, который пообещал Гариэт, – пробормотала я, укладывая руки на колени. – Почему ты так смотришь?

– Ты сегодня очень странная. И такая рассеянная… – признал он, разрывая пальцами несчастную лепешку. – Учеба вдали от дома сделала тебя другим человеком.

– Я все та же, – улыбнулась я, надеясь, что нужные ямочки появились на щеках. – Просто… я удивлена, что ты уделяешь мне столько времени. Обычно тебе составляет компанию леди Ротглиф.

Моя хмурая мина была натуральной. Однажды мы столкнулись с ней здесь, на улицах Пьяни. Я выгуливала грумля и спустилась до самых ворот, а Сиелла шла навстречу в компании пожилого джентльмена.

В вечерних сумерках я не сразу узнала рыжую хэссу, а она, слава богиням, и вовсе меня не вспомнила. Потрясла головой в секундном замешательстве и поспешила дальше.

– Разве что по ночам в постели, – холодно бросил мой верный до неприличия супруг. – С каких пор ты запоминаешь имена моих женщин, сестра?

– С тех пор как ты женился, мой… «брат»!

Мысленно добавила «на мне». Потому как брат-то он был липовый, а вот муж вроде как настоящий.

Тик-так, тик-так… Я глянула на массивные часы, что парили за спиной генерала. Стрелки бежали слишком быстро. Боги, боги… Хоть бы Галлея бежала быстрее.

Когда минутная перевалит за середину, я спрячусь в уборной и запрусь на все щеколды. Пусть хоть дверь ломает!

Не так страшила мысль о разоблачении и «завершении», как его реакция. Что скажет Габриэл, если поймет, что целый день делится сокровенным с беглянкой-женой? Что его, генерала, обманывала родная сестра на пару с неллой? Впервые за все время побега я ощущала не панику, а вину.

Я всегда была честной девушкой, ответственной, исполнительной. Никогда не притворялась в отличие от тех кисунь, что косяками ходили по офису бывшего босса… В них не было ничего настоящего. От губ до ногтей, от улыбки до томного голоса – все подделка.

Когда я так завралась? Когда стала такой же?

– Женился, да… Вы с твоей неллой удивительно похожи, – рассмеялся Габ и откинулся на спинку стула, позволяя повару поставить перед нами два блюда с шипящими стейками и горкой овощей. – Тэйра Эмма рассказала о нашей прогулке?

– О чем именно? – я невинно похлопала чужими ресницами и приступила к трапезе. Когда рот занят, есть официальный повод молчать.

– Забудь, – пробубнил Габ и встрепенулся, дернул головой в сторону двери.

Там как раз звякнул колокольчик, и какая-то девушка в глубоком пурпурном капюшоне пробежала в уборную. Мое спасение!

– Я сейчас…

– Разумеется, – нахмурился герцог и проводил цепким взглядом до самой уборной.

Скрывшись за ширмой, я постучалась в дверцу.

– Занято, – пропищала Галлея.

– Пусти, – взмолилась я, на ходу сдергивая дракошку.

В тесноте деревянной комнатки, отведенной для естественных дамских нужд, мы едва могли развернуться вдвоем.

– Раздевайся, быстрее, – поторопила Гала, стягивая с себя мантию и рукавицы в оттенке молодого вина.

– Ты меня спасла, спасла… Еще немного, и он бы приступил к пыткам с пристрастием, – вымученно стонала я, припоминая важные детали разговора. – Твоя мантия на крючке у входа. Его харпия в стойле, мы ехали верхом. Габ говорил о Рубежах, о леди Ротглиф… Джарр передавал, что Эстерелья по тебе скучает. А нервничаешь ты из-за зачета у Башелора: очень ответственно относишься к свободному статусу.

– О-о-очень ответственно, – покивала она, присборивая свой воротничок, чтобы он лежал ровно как мой. – Видишь, как быстро с холма спустилась. Буквально на пятой точке съехала.

– На харпии не лучше, – прокряхтела я. – Ты должна узнать, куда он меня возил. В смысле… тебя.

Я торопливо рассказала ей о встрече с зеленоглазой малышкой. О куколке, изображавшей пятую богиню, о коллекции, о строгой нелле, о секретном домике у дальних ворот…

– Габ позаботился о ней, да? – ахнула Гала и быстро стерла слезы, скопившиеся в глазах.

Не сдержав порыв, она все же расчувствовалась и бросилась мне на шею.

– Эмильена… Ее зовут Эмильена… – прошептала я, похлопывая Галлею по лопаткам.

Как важно ей было оказаться там сегодня вместо меня!

Воронка из лжи, разросшаяся до невообразимых размеров, затягивала нас обеих. Бултыхаться в вязком болоте и держаться на плаву становилось все труднее. От притворства сводило зубы, грудь обжигало горечью… И казалось, что сама Сато наказывает нас за нелепый маскарад, поначалу казавшийся спасительным.

А теперь уже не было шансов повернуть назад и придумать другой способ. Слишком крепко обе «повязаны», слишком суровой будет расплата в случае неудачи. Если тайное станет явным.

– Моя племянница? – подпрыгивала Галлея. – Моя настоящая маленькая племянница?!

– Она была впечатлена, что ты коллекционируешь драконов, – промычала в ее плечо. – Крошка премиленькая. И герцог рядом с ней другой… счастливый, не мрачный. Прости, прости. Я не могла подумать, что он повезет меня туда. Это тебе нужно было…

– Нет, Ализ, Судьбоносная решает, кому и где быть, и в какой момент, – с придыханием прошептала Галлея, поправляя растрепавшийся венок из черных кос. – Значит, Габ не закрыл сердце до конца… Оставил малышку себе.

– А где ее мама?

– Солея умерла, Лис-с. Очень быстро и неприятно, – выдохнула она и грустно наморщила носик. – Брат уверен, что из-за виззарийского проклятия. Теперь он никого, кроме придворных хищниц, к себе не подпускает. Чтобы не забываться.

Она натянула мне на запястье «косметический» браслет. С унылым вздохом я покосилась в зеркало. Оттуда пялилась огненная, медовая Эмма… Ну, здравствуй, третья личность, мы скучали.

– У входа стоит зеленый экипаж, – сориентировала Гала. – Ждет тебя. Дай мне пять минут, чтобы увести Габа к столу, и постарайся проскользнуть незаметно.

– Ты моя спасительница. И моих юбок, – протянула я и аккуратно выпустила настоящую принцессу из уборной. А сама затаилась за дверью.

Одна минута, две, три…

Наверняка Галлея уже вышла к брату, уселась за стол и с живым аппетитом принялась уминать мой стейк. В животе голодно булькнуло: вот он, минус «двуличия». Личности две, а тарелка с едой – одна.

Четыре, пять, шесть…

Минуты шли, но я боялась покинуть спасительный закуток. Сидела бы тут и сидела, если бы в дверцу не поскреблись другие страждущие. Я запахнула на груди родную мантию и вывалилась из уборной.

Прямо в объятия собственного мужа.

Точнее, влетела я ему в грудь, в те самые золотые пуговицы… А лапы герцогские сомкнулись за спиной уже после, изобразив радушные объятия.

– Эмма, – сообщил мне любвеобильный гад.

– Мой герцог… – уныло улыбнулась я.

Горестно усмехнулась: тот редкий случай, когда действительно «мой». По закону.

Как-то резко вспомнился наш прощальный поцелуй у входа в спальное крыло. Успокаивающие объятия в номерах по третьей улице. Треск поленьев в камине, теплые пальцы в моих волосах…

– Я вашу мантию узнаю из тысячи похожих, – довольно промурчал он в меховую опушку, не расцепляя рук. – Останетесь?

– Меня ждет экипаж, я забегала на минуту.

Я выпуталась из собственнических объятий и сделала подобающий книксен. Надеясь избежать расспросов, двинулась к выходу, но была схвачена за локоток.

– Какая все же неожиданная случайная встреча…

Его взгляд снова упал на мои губы, и я от греха подальше прикусила нижнюю. Зрачки зеленых глаз опасно сузились.

Как-то странно он реагировал на мои губы. Нездорово.

– Вовсе и не случайная. Я повстречала знакомую неллу и от нее узнала, что моя подопечная обедает в «Сытом кворге». А должна бы сдавать зачет по «Теологии»! – с легким придыханием, так как губа была прикушена, выдавила я. – Башелор рвет и мечет, мой тэр, что вы увели сестру с занятий.

Трясясь от паники, я импровизировала на ходу, стараясь не глядеть в хищное лицо «супруга». А также «брата» и «малознакомого герцога, подбивающего клинья к нелле сестрицы».

Нет, вот прямо слышала эти вопли: дурка так и плакала по мне. Так и стенала.

– С магистром я все улажу, – вкрадчиво заявил герцог. На фоне сытости его голос окрасился в соблазнительные бархатистые тона. – Здесь чудесные стейки из кворгов, вы обязаны попробовать, тэйра Барнс.

– Мне нужно готовиться к…

– Никаких отказов. Сделайте еще одну порцию! – крикнул он повару, а сам незаметно скользнул лапой сильно ниже поясницы и игриво подтолкнул меня к столу.

Некоторых кворгов только на стейки и отправлять! И хорошенько прожаривать на углях…

– Оставайся, Эм! – окончательно поколебала мою решимость Гала, выдвигаясь из-за стола. – Не стесняйся моего брата.

Вот бы еще он хоть чего-то стеснялся.

Так как настоящий кворг был уже пойман и разделан, третью порцию принесли быстро. Пряное мясо было чудо как хорошо… И совершенно некстати я ощутила на коленке чью-то наглую пятерню. Непослушную юбку Габ решил попросту прожечь – настолько горячей была герцогская ладонь.

– Я бы хотела еще съездить к Эмильене, брат, – просительно улыбнулась Галлея, пододвигая к себе блюдо с копченостями. – Нам с ней столько всего нужно обсудить!

– В следующий раз, – кивнул герцог.

– Я бы могла показать ей своих драконов… И подарить ту книгу, что мама читала на ночь… И…

– Гала, – осек Габ и резко отодвинул тарелку. Под его воротником настойчиво вибрировало.

Герцог распахнул мундир, постучал ногтем по грайнитовой бусине и нахмурился.

– И мне столько нужно о ней спросить! – тараторила принцесса, ничего не замечая. – Как вы с ней… после всего…

– Вам обеим надо вернуться в академию, – глухо велел Габриэл и резво поднялся со стула.

Бусина в кулоне пылала изумрудным огнем. Отрешенный взгляд герцога намекал, что мыслями тот не здесь, не в таверне. Он напряженно слушал чью-то речь, льющуюся в ухо из маг-приемника.

– Мы только сели, брат! – фыркнула Галлея и сдула с носа прядь, выбившуюся из растрепанной косы.

– Одевайтесь, живо. Тэйра Барнс, вы упоминали про экипаж? – Габ вцепился взглядом в мое лицо, дожидаясь неуверенного кивка. – Садитесь и езжайте без остановок. Пообедаете в столовой.

– Что-то стряслось? – нервно прошептала я, натягивая на плечи мантию.

– Еще не знаю… Минуту, Бланко! Я слышу, жди! – гаркнул он в переговорник и уставился на замешкавшуюся сестру. – Ты еще не одета? Какого демона, Гала? Возвращайся в академию и держись тэра Вольгана, я передам ему, чтобы до вечера глаз с тебя не спускал. За спиной Влада безопасно, он передаст из рук в руки.

– Кому передаст? Зачем? Я что, вещь какая-то? – запыхтела Галлея, гневно метая искры. Зеленые радужки взрывались убийственными огнями.

– Хуже, Гала. Ты принцесса, – хмуро сообщил ей Габриэл, вытолкал нас из таверны и засунул в зеленый экипаж у входа.

– Да что происходит, Габ? – взвилась девушка, не желая присаживаться на диванчик.

– Галлея, послушайся меня хоть раз! – прошипел он сквозь сжатые зубы, чернея лицом. – Хотя бы сегодня!

Велел кучеру везти нас в академию с ветерком, а сам вскочил на харпию и во всю прыть поскакал к дальним воротам Пьяналавры. К дороге, ведущей на Туманные Рубежи.

– Ты что-нибудь поняла, Ализ? – прошептала Гала, когда экипаж сорвался с места и попрыгал к холму.

– Только то, что что-то случилось на Рубежах. И что нам безопаснее рядом с ректором, – я утянула ее вниз, к себе на диванчик, и с тревогой уставилась в окно.

Мелькали лавки, улицы, погашенные фонари. Солнечный свет ослеплял, отскакивая от белых сугробов. В столице было спокойно, торговля велась как обычно… Но вскоре я заметила, что все чаще глаз ловит мужчин в военной форме. Они потихоньку наводняли Пьянь и что-то втолковывали людям.

На холм мы практически взлетели. Выплюнув пассажирок у центральных ворот Сатарской академии, экипаж так же быстро унесся вниз.

Здесь вовсю суетились люди. Студентки, покрикивая в панике, подхватывали подолы зимних мантий и бежали к спальному крылу. Из окон и с балконов глазели перепуганные однокурсницы.

Размахивая серебряной косой, ректор руководил установкой защитных заслонов вокруг академии. Младшие маги помогали ему разворачивать полупрозрачные «шатры» чар. И что-то подсказывало, что зачет с нас спрашивать сегодня не будут.