Мой герцог, я – не подарок! (СИ)

Глава 15

Лизавета

Отряд стражей проводил нас до самой академии, что пряталась между скал и даже при всех своих башенках не являлась доминантой в пейзаже.

Когда распорядительница спального крыла сообщила, что принцессе и ее нелле полагаются смежные комнаты, я представила две крошечные кельи с окошками-иллюминаторами. Вроде тех закутков, что были в общежитии университета. На деле же Галлее выделили целые апартаменты: с небольшой, но уютной гостиной, личной ванной и двумя спаленками по бокам.

Стражи перетащили тюки и чемоданы в наше новое место жительства, Джарр тепло попрощался с принцессой, харпемейстер позволил ей обнять на прощание Эстерелью… И вот уже зеленый прямоугольник экипажа покатился по извилистой тропе обратно. Он уменьшался на глазах, сопровождаемый шестью всадниками и ведомый четырьмя черными скакунами…

Гала заняла правую спальню рядом с купальней, мне досталась левая комнатка по ту сторону гостиной. Что-то подсказывало, что основное время ученицы проводят в центральной зале. Тут стояли два письменных стола, снабженных световыми кристаллами, диван с креслом и пустой загончик – видимо, для питомца.

Ректор принял нас лично. Тэр Вольган был представительным мужчиной лет пятидесяти. Довольно подтянутый для сидячей «бумажной» должности, он являлся счастливым обладателем широких плеч и забавной седой косы до лопаток. В комплекте это смотрелось комично, но под суровым взглядом улыбнуться я не рискнула.

Учтивый, но не подобострастный, ректор предложил кресла нам обеим, не делая видимых различий между титулованной особой и ее помощницей.

– Вы не сообщали, что прибудете с неллой, – он коснулся задумчивым взглядом бумаг.

– Я передумала в последний момент, тэр Вольган. Мой брат… герцог Грейнский… сказал, что в столице может быть опасно, – вежливо улыбнулась Галлея.

– Мудрое решение. Юной венценосной особе нужна компаньонка, – пробормотал мужчина, скользя глазами по гербовой бумаге. – А для вашей помощницы это шанс получить достойное образование, оплаченное короной. Тут не указано имя?..

– Эээ… Эмма, – промычала я, комкая платье у колен.

– Эмма Барнс, – добавила Гала, порылась в кармане и протянула ректору чуть помятый листок. – Сирота. Ее документы затерялись в храмовых архивах, но вот бумага от брата… за подписью Владыки… О том, что меня сопровождает дева достойная и чистая, одобренная короной.

– Благодарю за предусмотрительность, – тэр Вольган изучил документ и кивнул. – В военное время предосторожность не помешает. Я получил ваше письмо со списком желаемых дисциплин, моя принцесса, однако…

– «Владыка» все подкорректировал, да? – вздохнула Галлея.

– Насколько я понял, вы достигли соглашения в этом вопросе и готовы обучаться на «Бытовой магии»?

– Угум-м-м… – протянула Гала, приобретая абсолютно несчастный вид. – Достигли.

– Вот и слава Судьбоносице. Драконы – развлечение не для принцесс, – строго выдал мужчина и постучал ногтями по деревянному подлокотнику. – Теперь к вам, тэйра Эмма. Программа нелл позволяет обучаться в комфорте. Она дает шанс девам из низших сословий постигать науки наравне с высшими и финансируется из сатарской казны. Все неллы находятся в одинаковых условиях. Спальня, смежная с комнатами вашей подопечной. Питание в студенческой столовой. Также для помощниц открыта общая купальня на этаже персонала.

– Благодарю. Нас уже разместили, – пробормотала я, разглядывая идеальный маникюр ректора. Мои ногти после Священной горы выглядели кошмарно.

– Я вижу, у вас имеется прекрасное форменное платье, – он оценивающе поглядел на наряд, пошитый из приятной охлаждающей материи. Явно дорогой. – На этаже персонала найдете комнату камеристки, можете обратиться к ней за необходимым. Она выдаст письменные принадлежности и постельное белье, запасные юбки и блузки… Словом, все что нужно, за исключением парадных платьев и нарядов для прогулок вне академических стен.

Новость была прекрасной. Несмотря на то, что в чемоданах принцесса перетащила в академию весь свой монарший гардероб, не могла же я носить ее дорогие платья?

– Как и у тэйры Галлеи, у вас будет свободный доступ в библиотеку, право на прогулки по территории и… собственно, на обучение. Вот список предметов принцессы Грейнской, – ректор кинул на стол альбомный лист. – Можете выбрать отсюда пять любых обязательных дисциплин. Кроме тех, что отмечены золотой ветвью: это элитные науки, вам они не пригодятся.

Гала сидела с кислой миной, даже ямочки втянулись обратно в щеки. Ей предстояло изучать артефакторику, историю мира, сатарскую теологию, старое наречие, культуру, танцы, этикет… На многих «высоких теоретических науках» стояла золотая загогулина. Божественное, культурное и историческое бедным девицам не полагалось.

– Вот список факультативов для нелл, – тэр протянул вторую бумагу. – До утра отметьте в нем пять любых предметов по вашему желанию.

У меня глаза на лоб наскочили! На втором листе значились и «младшая боевая» практика, и «наука стихий», и уход за волшебными существами, и чертово драконоведение. Ничего себе факультативы.

Галлея даже в лице изменилась от обиды на мироздание. Ей, мол, скуку смертную, божественно-теоретическую, а помощнице – уход за драконами!

Право слово, я бы поменялась.

– Занятия начинаются через пять сигналов после завтрака. Первую вводную лекцию обычно ведет магистр Башелор, она касается правил магической безопасности и устройства академии. Посещение обязательно, юные тэйры! – строго напутствовал ректор.

Едва тяжелая дверь ректорского кабинета закрылась, Галлея застонала в голос и, изображая умирающего лебедя, привалилась к стене.

– Я помру от скуки раньше, чем раздобуду свободный статус, – протянула принцесса. – Теология? История? Древний язык? Да Гариэт издевается! Он меня со свету сжить планирует!

– А мне было бы куда интереснее послушать о богинях и традициях, чем ухаживать за неведомыми тварями, – я растерянно повела плечом.

В зеленых глазах Галлеи появился нездоровый, пугающий блеск.

– Правда, что ли, интереснее? – уточнила она, с подозрением щурясь.

– Это безопаснее. И полезнее, чем подтирать хвосты драконам.

На лицо принцессы выплыла хитрая ухмылка. Девушка вырвала из моих рук список факультативов и бесстыдно отметила галочками все самое кошмарное. Стихийное, зубастое и практическое.

– Ты что творишь, Гала?! – взвыла я, на секунду забыв, что я нелла, а не старшая, разумная сестра юной упрямицы.

– Не дергайся. Тебе не придется на них ходить, – она заговорщицки подмигнула и подтолкнула меня к спальному крылу. – Будешь учить древний язык и всесторонне окультуриваться… Но для начала надо кое-что раздобыть. Надеюсь, еще не всех разобрали.

Подхватив форменную юбку, озорная принцесса унеслась на первый этаж, а я продолжила плутать по коридору, разыскивая наши «апартаменты».

Только теперь, когда сумасшедший прыгающий полет на драконо-лошадях завершился, когда мы добрались до Пьяни и заселились в приличные, светлые комнаты… Только теперь я смогла выдохнуть с облегчением. Благодаря участливой принцессе я вполне недурно устроилась. С питанием и проживанием. Вдали от герцогской кровати, зеленых глаз, кусачих губ и загребущих лап.

Красная петелька до сих пор щекотала ладонь под перчаткой. Однако на пять полных лун я могла забыть о варваре, жаждущем завершить ритуал! В академии он не появится: Габриэл занят рогатыми, а я – самообразованием.

Дверца распахнулась, и в гостиную стремительно влетела Гала. В вытянутых руках она тащила что-то вертлявое, кусачее и толстозадое.

– Это ш-што? – задохнулась я, с ужасом глядя, как принцесса заселяет клыкастое существо в наши милые, уютные апартаменты. Прямо в загончик для питомцев.

– Один остался, представляешь? – счастливо улыбнулась Галлея. – Будто нас ждал!

Судя по тому, как голодно оно скалило зубы… Нас действительно ожидали. На ужин. В формате десерта.

Да что это за жуть собачья?

Коренастая, упитанная, размером с откормленного английского бульдога. С прозрачными фиолетовыми наростами на бело-коричневой пятнистой голове. Казалось, у существа прямо из темечка растут ограненные кристаллы! То ли костяные, то ли вовсе каменные… Чешуйки на складчатой толстой морде намекали, что у тварюшки в родичах тоже были драконы.

– Это сатарский грумль. Они живут при храмах и академиях, – пояснила принцесса, подходя к вольеру. – Навсегда забрать мы его не сможем: все завещаны науке.

– И слава вашим демократичным богиням! – вскрикнула я, когда тварь бросилась на хлипкий заборчик и, разбрызгивая слюну, вцепилась в прутик зубами.

– Обычно они спокойнее…

– Знаешь, а я догадываюсь, почему твоего «грумля» никто не взял, – прошептала я обреченно.

Как-то резко вспомнилось, что в обязанности нелл входит уход за питомцами своих подопечных. И если мне придется вот это выгуливать… Сначала надо раздобыть экипировку посерьезнее. Скажем, пожарный комбинезон или космический скафандр.

Для чего мы это вообще завели? Спит ли оно? И что оно ест? Надеюсь, не «сирот», упавших со Священной горы…

– Грумли умеют укреплять чары и делиться энергией. При храмах им цены нет, а ты нос кривишь, – рассмеялась Гала. – С его помощью я смогу заговорить грайнит не на пятнадцать минут, а часа на три.

– И-и-и? – плавно подбиралась я к главному.

У страданий должна быть великая цель, так?

– Немножко практики… и медальоны будут не копировать наши образы, а менять их местами.

– Это еще зачем?

– Может, мне хочется примерить облик неллы? – Гала загадочно поиграла смоляными бровями. – Трех часов хватит, чтобы ты сходила на скучнейшую «теологию Сатара», а я научилась управлять драконом!

***

Остаток дня мы посвятили изучению территории (и всех кустиков, которые при выгуле захотелось пометить сатарскому грумлю).

Разбрасываясь слюной направо и налево, толстозадый негодник натягивал прозрачную леску магического поводка. У меня чуть рука не оторвалась от его резких бросков то к белоствольному дереву, то к ухоженной клумбе…

Чтобы не привлекать к себе нездоровый интерес, мы с невоспитанным грумлем и развеселой Галлеей спустились вниз по холму. Извилистая дорожка вела к центру Пьяни, который отсюда, с высоты, виделся пестрым оврагом, исколотым острыми крышами домов.

– Рогатых так и манит в столицу, – пробурчала Гала, перехватывая у меня петлю поводка и резким движением присмиряя грумля.

На подходе к городскому центру чувствовалось, что за праздничными лентами и ярмарочной красотой таится тревога. Напряженное ожидание вторжения. Стены были укреплены полупрозрачными экранами. Выпуклые щиты переливались радужно-бензиновыми бликами, как мыльные пузыри.

– А что в этом месте такого?

– Много всякого, – Галлея оглядела скалы. – Королевский двор, знания при храмах, академия… А если долго ехать вдоль той гряды, прибудешь в Сандер-Холл.

Она махнула рукой на заброшенную дорогу, которой пользовались нечасто. От названия «имения ненужных жен» меня всю перетряхнуло. И сразу вспомнилось грубое, хриплое «пока мне не приспичит завести наследника» …

Вот ведь кворг!

В задумчивом молчании мы вошли в городские стены и поплелись к площади. Даже грумль присмирел, утолив все свои естественные потребности.

– Я туда ездила пару лет назад. Прямо за Сандер-Холлом расположена Роща путей, а рядом – красивейшие Сады Судьбоносной. Нынче они закрыты, заброшены… И вряд ли откроются в новом сезоне, – Галлея приблизилась к фонтану и заглянула в чашу «розовой» богини. – За Сато мало голосов. Укуси меня хэсса, если победит Триксет! Терпеть не могу холод. Я и платья новые выгулять не успела…

Кивая, но не вдумываясь, я буравила взглядом толпу. К вечеру людей на площади стало больше, и мне все мерещился, мерещился ускользающий силуэт в бледно-желтом сарафане… Я должна проверить! Убедиться, что Миланы тут нет.

– Эй, Ализ, ты куда? – дернулась Галлея за мной, но встрепенувшийся грумль потянул ее в противоположную сторону.

Я прорывалась через толчею, цепляясь взглядом за светлые пряди. Они мелькали сначала за высоким мужчиной, потом за стариком в плаще… Негодяйка ускорилась, почувствовав преследование.

– Миланка, стой! – рявкнула я, обрисовывая глазами угловатую фигуру девушки-подростка. – Погоди…

– «Миланка»? – она остановилась, обернулась и исподлобья зыркнула желтыми огоньками.

– То есть… Миландора. Погоди… те, – поправилась я, задыхаясь от бега.

– Тсс! Расшумелась! – шикнула она. – Не поднимай крик, меня тут не должно быть.

– На этом рынке?

– В этом мире, блаженная, – поморщилась Милана.

Девушка спиной отступила в темный проулок, и я последовала за ней.

– В Сатаре? – переспросила я изумленно.

– Какая умненькая, – мрачно протянула она и сдвинула белесые брови к переносице. – Наказана я, ясно?

– Кем?

– Да всеми этими, – она кивнула на фонтан, окруженный каменными богинями. – Как сговорились. Миландора такая, Миландора сякая… Надо заняться ее перевоспитанием… Нашлись тетушки, хэссы самовлюбленные!

– Погоди, погоди, я ни черта не понимаю, – взмолилась я, хватая божество за желтый рукавчик.

– Отпусти, блаженная. Мне сваливать пора, пока Ворошиловы не хватились. Я за тобой увязалась, а Изольда небось визг подняла…

– А мне? Мне когда пора будет сваливать? – зыркнула на нее сердито.

– Тебе-то зачем? У тебя тут ниточки-узелочки судьбоносные, все схвачено-оплачено, – подмигнула мохнатая зараза.

– Поговори мне еще, мерзавка, – я вцепилась пальцами ей в локоть.

И вроде обещала себе быть вежливой, смиренной с Миландорой, но как увидела наглые желтые глазки, сразу все ужасы вспомнились.

И как она хвостом вертела, пока я колени себе отбивала. И как мяукала призывно из черной глубины. И как швырнула в лапы герцога-неадеквата, который мне чуть пальцы не переломал.

И ладно бы еще объяснила хоть что-то… Так нет, подхватила Хермину и сбежала, оставив Лизавету бултыхаться в «неудачном супружестве»!

– Встань спокойно и объясни по-человечески, что ты забыла в моем мире… и что я забыла в твоем?!

– Выгнали меня! – грубо буркнула девица. – Обрекли на земную хавранскую жизнь. Ох и мучение!

– Что? – я аж рукавчик выпустила.

– Сейчас еще терпимо, – скривилась негодяйка. – Но валяться в кроватке и орать, когда голос тебя не слушается… А теперь вот гормоны полезли. Пополам с прыщами. Как вы вообще выживать умудряетесь? Я всех ненавижу.

Ну точно, богиня в пубертате. Переходный возраст во всей красе.

– Целую земную жизнь? Там?

Я указала пальцем куда-то… «туда». Понятия не имела, в какой стороне Утесово.

– Там, там. В жутком имении Ворошиловых, в компании полоумной Изольды и развязного Артемия, – с горьким вздохом призналась Милана. – Пока не отбуду срок, вернуться нельзя.

– Хочешь, я помогу тебе «отбыть срок» прямо сейчас?

– Знаю, о чем ты подумала, – фыркнула она, глянув на мои сжатые кулачки. – Принимается смерть только от естественных причин. Случайная.

– Можно я тебя случа-а-айно придушу? – взмолилась я искренне. Руки прямо чесались.

– Тогда я начну путь сначала, с колыбели… Оно тебе надо?

– Зачем ты меня сюда запихнула? К этому варвару в кровать?

Я нервно огляделась, представив, что герцог может быть в столице. Прямо на площади. Вдруг он тоже не успел сделать подношение? Колючий ком встал в горле, стоило вообразить, чем окончится наша случайная встреча. И в какой неприличной позе.

– Скучно мне одной страдать, – ухмыльнулась Миланка. – Да и на избирательный сезон поглядеть охота. По Сатару истосковалась… А ты мой билетик. В один конец. «Избранную» провела да сама проскользнула, пока стерва воссиявшая отвлеклась на свой хвост…

– Значит, ты будешь моим билетиком в другой конец, – покивала ей убедительно. – Пойдем. Влезем на гору, распахнем «дверцы». И домой, в Утесово. Пока этот ваш герцог меня между избирательных урн не уложил, вон на тех пестрых ковриках.

– Войти не выйти…

– Ты же как-то меня сюда закинула? Вот и выкинешь обратно!

– Не закинула, а провела тайной тропой, – девица гордо распрямилась.

– Почему меня? За что?

– Выбесила. Вот я и психанула, – она пожала плечами в желтых «детских» рюшах. – Говорю же, гормоны…

– Врешь, – прошептала я, внимательно заглядывая в хитрые божественные омуты.

– Вру. Рассчитывала на милость главной богини, – она сделала грустные глазки и сложила домиком белые брови. – Вот, жену нашла для ее любимчика, обязанности исполнила… Надеялась, что мне позволят вернуться раньше, чем я свихнусь от общества Изольды.

– Опять врешь, – поняла я по издевательским искоркам, перебегающим в янтарных радужках альбиноски.

Ну и актриса! Божественного размаха! Догадываюсь, почему прочие «владычицы храмов» решили избавиться от мелкой заразы-выдумщицы… У меня до сих пор кулаки чесались.

– Ох, Лизавета, Лизавета… Ну к чему тебе правда? Неужто от нее кому-то легче делается? Ты моя ставка в очень крупной божественной игре. Чистая дева. Для любимчика Верганы. Она купилась… не могла не купиться, – туманно объяснила Милана.

– Мне все еще ни черта не ясно, – заверила мерзавку.

Она привстала на носочках и глянула через мое плечо на избирательные чаши.

– Эх… Ну, не судьба так не судьба. Попасть в мир легче, чем уйти, – проронила она отрешенно. – Связанной – вообще без шансов…

– Связанной?

– Узами, – она нетерпеливо кивнула на мою ладонь.

Ах, у-у-узами…

– Кстати, насчет «чистой девы». Ты ничего не перепутала?

– Помыслы у тебя чистые, блаженная. Ты за братца моего нареченного собиралась совершенно искренне, – пробормотала она равнодушно. Будто потеряла интерес к нашей беседе и теперь с любопытством следила за подношениями. – Колечко в ванной сняла да бросила. Забыла. Кто в своем уме бриллианты оставляет в чужом доме?

– Артемий меня ищет… наверное, – прошептала я, потирая ладонь.

Впрочем, что мне с его поисков? Пускай с кисунями утешается да заказы свадебные отменяет. Сам, без личной помощницы.

Правда, страшно, что он шум поднимет, полицию вызовет. А у матери сердце слабое, не дай бог решит, что дочку маньяк в лес утесовский утащил… Без кольца и туфелек…

– Обижаешь. Опять обижаешь! – возмущенно запыхтела Милана. – Я хоть и младшая, временно изгнанная богиня… но, как-никак, профессионал. Переход прошел по всем правилам. Легко и безболезненно. Вас приветствуют «Миландорские авиалинии»…

– Безболезненно?! – меня захлестнуло возмущением.

А колени мои убитые? А платье драное? А пальцы, а ногти?

– Крошечная «турбулентность», – фыркнула она. – Ты не задохнулась, не захлебнулась, язык с первой фразы поняла… Междумирской акклиматизации тоже не наблюдаю. Так что не жалуйся, тебе со мной еще повезло.

– Я просто изнываю… от распирающей благодарности…

– Твой мир отдал, мой мир принял. Мироздание подстроится, – с равнодушным видом она выковыривала грязь из-под ноготка. – Никто не станет по тебе тосковать. Ворошиловы уж точно… Я с этими упырями двенадцать лет живу, как с приюта забрали. А зачем забрали, как думаешь?

– По доброте душевной? – предположила я, не рассчитывая, что угадаю.

– Игорь Евгеньевич в депутаты избирался, светлых пятен в репутации не хватало. Вот ему в пиар-службе и предложили взять сиротку приютскую, особенную, альбиноску… Притерлись, конечно, – вздохнула Миланка. – Изольда не так плоха, когда на антидепрессанты не налегает.

– Я хочу домой, – взмолилась я. – У меня там…

– Жизнь? – издевательски хихикнула девчонка. – Жених любимый, работа чудесная? Да-да, я в курсе, как оно у вас, у людей, бывает… Ладно, блаженная, свобода воли и все такое. Когда воссияю, верну тебя на место. Если захочешь.

– Вернешь? Честно?

– Если сама свое зыбкое положение не ухудшишь, – строго заявила Милана и взяла меня за руку. Впилась ногтями в завиток на ладони. – Кстати, о привязке… Она уже очень крепкая, и к миру, и к человеку. А после завершения церемонии станет такой сильной, что никаким богам не порвать. Если хочешь домой…

В постель к варвару не ходить? Верно я поняла намек?

– Я и не собиралась…

– А то он спрашивать тебя будет, если найдет! – невозмутимо хмыкнула мерзавка. – Возможно, я скоро помру в Утесово от тоски и снова воссияю в Сатаре. Но гарантировать не могу. Так что пока ты сама за себя, герцогиня.

– Погоди, стой!

С ехидной ухмылкой девица прыгнула в толчею и за секунду смешалась с чужими лицами.