(не) прощу тебя, предатель

Глава 16

Удивительно, но остаток дня можно назвать сносным.

Мне действительно приносят кашу с бульоном. Еда хоть оказывается простой, но помогает вернуть немного сил. Желудок перестает болезненно сжиматься, тошнота проходит.

Вот только ничего не может меня избавить от пустоты в душе. Я чувствую себя так, словно из мое сердце вытащили из груди, раскромсали на кусочки, а потом истекающие кровью ошметки засунули обратно в тело. Мне больно… очень больно. Не физически, душевно. Я даже дышать толком не могу, такой силы агония растекается по телу.

С Сашей завести разговор не пытаюсь, не вижу в этом смысла. Уверена, что ничего путного он мне не скажет. Благо, муж тоже не собирается вести светскую беседу. Молча «ужинаем», после чего возвращаемся домой. Тоже молча.

Вот только, пока мы поднимаемся на лифте, мне резко становится страшно. Холодок бежит по позвоночнику. Именно сейчас осознаю, что в квартире мы с мужем окажемся вдвоем. Только вдвоем… Непонятно, что Саше может прийти в голову. Вдруг он захочет спать… со мной?

Паника постепенно заполняет разум. Пальцы подрагивают, голова кружится. Ноги подкашиваются, поэтому хвастаюсь за поручень сзади, стараясь восстановить самообладание. Вот только стоит мне услышать писк, извещающий о прибытие лифта, и увидеть раздвигающие створки — срываюсь с места.

Жаль, что приходится подождать на лестничной площадке, пока Саша откроет дверь. Он даже, как джентльмен, пропускает меня вперед, что играет мне на руку. Залетаю в квартиру, быстро сбрасываю кроссовки, после чего мчусь в нашу спальню. Только, когда закрываю дверь на ключ, получается немного успокоиться.

Понимаю, что, скорее всего, выглядела, как сумасшедшая, но я просто не могла позволить себе очередную схватку — на этот раз за кровать.

Кое-какое время стою у двери, прислушиваюсь, приближающихся шагов мужа не улавливаю, поэтому шумно выдыхаю и иду в душ.

Единственное, чего мне сейчас хочется — это спать. Но сначала нужно смыть с себя остатки ужасного дня, которые, словно грязь, оседают на коже.

Долго стою под горячими струями. Постепенно расслабляюсь, и это становится ошибкой. Пережитые эмоции огромной волной накатывают на меня. Они буквально сбивают меня с ног. Оседаю на пол. Подтягиваю к себе колени. Дрожу. Громко всхлипываю. Плачу.

Не знаю, сколько длится истерика. Но, в итоге, слезы иссякают. Я кое-как выползаю из душа, оборачиваюсь полотенцем, бреду к кровати и падаю на нее.

Засыпаю мгновенно.

Противная, громкая трель прорывается в затуманенный блаженным сном разум. Не открывая глаз, нащупываю лежащую рядом подушку и кладу ее на свободное ухо. Но надоедливый звук проникает даже через настолько толстую преграду.

Распахиваю веки. Отбрасываю подушку. Резко сажусь… и падаю обратно, потому что перед глазами тут же темнеет.

Пару секунд лежу неподвижно, восстанавливаюсь. Постепенно начинаю видеть белый потолок, а трель все не прекращается и не прекращается.

Вздыхаю. Уже аккуратнее сажусь. Еще пару секунд проверяю свое состояние, после чего откидываю одеяло.

Мои глаза округляются, когда я понимаю, что обнажена. Страх паучьими лапками ползет по коже, сердцебиение ускоряется и ускоряется, пока воспоминания о вчерашнем вечере не проникают в разум.

Жаль только, что вместе с ними на меня нахлынывает остальное. Страх проходит, но его место занимает отчаяние.

До сих пор сложно поверить, что Саша подумал, что я «купила» свою болезнь. Тяжело вздыхаю и встаю с кровати.

Из шкафа с зеркалом на дверце достаю шелковый черный халат в пол, надеваю его, подвязываю поясом. Приглаживаю воронье гнездо на голове. Бросаю взгляд на часы на стене. Чувствую облегчение, когда вижу, что стрелки перевалили за десять утра, значит, Саша уже на работе. Поэтому спокойно, повернув ключ в замочной скважине, выхожу из спальни и чапаю по коридору. Трель продолжает действовать мне на нервы, пока я не отпираю входную дверь.

— Ну, наконец-то, — оттолкнув меня плечом, в квартиру врывается ураган в белом платье и с копной черных волос. — Я тебе звоню-звоню, а мне в ответ: «абонент временно недоступен». Что с твоим телефоном? — Лена, моя лучшая подруга и посовместительству работодатель, с тревогой смотрит на меня.

— Эм-м-м, — тяжело сглатываю, чтобы смочить пересохшее горло. — Я уронила его в реку, — закрываю входную дверь. — Что-то случилось?

— Ну ты даешь, — Лена качает головой, снимая балетки и ставит их в тумбу для обуви. — Я к тебе с хорошей новостью, — она выпрямляться, на ее лице сияет широкая улыбка. — Я беременна! — счастье заставляет Лену светиться изнутри.

А я… Меня пронзает острая стрела боли. Дыхание застревает в груди. Слезы собираются в глазах.

Нет, я рада за подругу. Очень.

Просто… ребенок — это моя мечта. А теперь, возможно, она никогда не осуществится.

Никогда…

Меня начинает трясти.

Улыбка медленно сползает с лица Лены. Она хмурится, после чего в один широкий шаг подходит ко мне, аккуратно берет за плечи, заглядывает мне в глаза.

— Что с тобой? — страх отчетливо слышится в голосе подруги и резонирует с моим.

— Я… я… — не могу… не могу произнести этого вслух.

Кажется, если я скажу, то кошмар станет реальностью. Слезинка скатывается по щеке, а за ней еще одна и еще.

Нет, мне нужно поделится! Нужно с кем-то поговорить. Иначе я чокнусь.

Набираю в легкие побольше воздуха…

— Лена, не ожидал тебя увидеть, — грубый голос мужа заставляет меня вздрогнуть.

Застываю. В голове настойчиво пульсирует только одна мысль: “Неужели у меня начались галлюцинации?”.