— Я внесла правки в проект и отправила тебе окончательный вариант, — прижимаю телефон к уху, пока достаю из навесного шкафчика свою любимую бежевую чашку с выпуклой моськой мишки.
Последнюю неделю, пока я живу дома, соблюдаю строгую диету. Моя язва сама себя не вылечит. Но есть пресную пищу и пить только воду, жутко надоело. Сегодня, когда я проснулась, мне ужасно хотелось кофе, но его ни в коем случае нельзя. Поэтому пришлось сцепить зубы и прямо в пижаме, состоящей из черных шелковых шортиков и такой маечки, сесть работать, чтобы хоть как-то отвлечься. Но когда проект оказался закончен, желание выпить кофе никуда не делось.
Поэтому я решила его заменить своей любимой матчей, которую я раньше пила каждый день. Тем более, я люблю готовить ее на молоком. И сделаю слабенькой… о-о-очень слабенькой.
— Ты перерабатываешь, — цедит муж сквозь стиснутые зубы, когда я ставлю сотейник с молоком на плиту.
— Все нормально, не переживай, — улыбка сама по себе растягивается на губах.
Саша стал… гиперопекающим. Мужу все-таки пришлось появиться в офисе. Не все вопросы можно решить удаленно. Но он каждый день звонит и проверяет поела ли я, выпила ли лекарства, достаточно ли отдыхаю. А вечером спрашивает, хочу ли я, чтобы он приехал. Каждый раз из меня вылетает “да”, быстрее, чем я успеваю подумать. Когда мы оказываемся вдвоем, то между нами совсем не чувствуется напряжения. Скорее, я ощущаю спокойствие. Мы можем разговаривать или молчать, мне все равно комфортно. А еще у нас появилась традиция: когда Саша приходит с работы, то приносит с собой ужин — “чтобы я не напрягалась”, а потом мы выбираем фильм и смотрим его прямо на кровати. Так и засыпаем.
Вот только просыпаюсь я всегда одна, из-за чего в груди почему-то постоянно режет.
Наши отношения с мужем можно было бы назвать прежним, если бы не грозовая туча нависшая над нами.
Я знаю, что Саша готовится уйти в любой момент. Мне стоит только об этом попросить.
Вот только, я не знаю, чего хочу.
С одной стороны — предательство мужа, через которое мне довелось пройти, никто не отменял, а с другой… с другой — то, что Саша находился рядом в самый страшный момент моей жизни, бесценно. Тем более, муж продолжает ходить на терапию. Это долгий процесс, но по словам врача, ему становится лучше. И это главное.
Каждый мой день наполнен сомнениями. Я не знаю, что мне делать дальше. Правда, не знаю. Можно было бы плюнуть на все и начать новую жизнь. Но… что-то останавливает меня. Возможно, это наше с Сашей прошлое, которое было действительно счастливым, если не считать, конечно, последние полгода. А может быть, чувства к мужу, которые все еще теплятся в груди.
Знаю, что любовь к Саше никогда не умрет, как и благодарность за то, что он не оставил меня одну, когда я в нем так нуждалась. Но… смогу ли я снова ему когда-нибудь доверять как раньше? Понятия не имею. А еще не знаю, смогу ли я его отпустить.
Поэтому я просто взяла паузу, чтобы разобраться в своих чувствах.
Мы же никуда не спешим, правда же?
— Диана, ты еще не до конца поправилась. Тебе нужно позаботиться о себе. Работа в лес не убежит, — заводит свою извечную песню муж.
— Конечно, не убежит, — хмыкаю. — Я же ее закончила, если правок больше не будет, — открываю жестяную баночку с зеленым порошком и высыпаю немного чая прямо в кружку. — Конечно, было бы хорошо мне самой съездить на объект, а не только ориентироваться на планы, — заливаю чай горячим молоком. Взбиваю специальным венчиком. — Но ты же меня туда не отпустишь, — беру кружку за ручку, прислоняюсь бедром к столешнице и вздыхаю.
— Даже думать об этом забудь! — гроздный рык Саши прекрасно слышен через трубку.
Усмехаюсь.
— Как я и думала, — вдыхаю аромат чая и… кривлюсь. Тошнота подкатывает к горлу. Что за…? Мои вкусы изменились? Отставляю чашку. Разочарованно вздыхаю. — В общем, если все правки примете и не будет новых, отправь какого-нибудь дизайнера на объект, чтобы он своими глазами посмотрел. Только хорошего! — добавляю в голос строгости.
До меня доносится смешок.
— Лучше тебя все равно никого нет, — слышу скрип стула.
— Это да, — широкая улыбка растягивается на моем лице. — Но…
— Александр Романович, вам пора на совещание, — улавливаю на той стороне незнакомый мужской голос.
— Сейчас буду, — отвечает муж.
— Кто это? — свожу брови к переносице.
— Мой новый ассистент, — слышу, что Саша встает.
— А Лиза где? — дыхание перехватывает.
— Переведена во французский филиал, — произносит муж так словно ничего из ряда вон выходящего не произошло. — Ладно, мне пора…
— Подожди, — сердце пускается вскачь. — Ты сегодня… приедешь? — закусываю губу.
В трубке повисает молчание. Я же задерживаю дыхание, жду ответ.
— Если ты этого хочешь, то да, — в итоге, отзывается муж.
— Хочу… — сиплю, во рту пересохло.
Саша вздыхает.
— Тогда приеду. Только буду поздно, у меня онлайн-переговоры с корейцами, а у нас разница во времени, — на заднем фоне слышу шаги. — Мне правда пора. Береги себя и не забудь отдыхать, — голос мужа сквозит нежностью.
— Не забуду. Жду тебя, — произношу и отключаюсь. Сжимаю телефон в руке, поворачиваю голову к окну.
Саша перевел свою помощницу? Или она сама решила уйти? Но почему? Неужели, из-за меня? А что с рыжулей?
Что гадать? Когда муж приедет домой, спрошу. Договорившись с собой, выливаю чай, выпиваю воды и иду заниматься домашними делами.
День проходит без происшествий, если не считать того, что мне звонил Артурчик. Я с дуру ответила на звонок с незнакомого номера, но, благо, он вел себя нормально. Предложил мне работу в своем новом отеле. Хотел, чтобы я ему сделала дизайн. Меня подмывало согласиться. Но, в итоге, здравомыслие взяло верх. Саша прав, мне сейчас лучше не перенапрягаться и до конца выздороветь. Но я дала Артуру номер Лены. Какой бы она стервой не была, у нее, явно, проблемы и она беременна. Я не хочу, чтобы что-то случилось с ребенком из-за глупости матери.
В остальном, дома царит спокойствие. Мне впервые за долгое время, по-настоящему, хорошо. Вечером решаю подождать Сашу на кровати за просмотром сериала и сама не понимаю, как засыпаю.
Просыпаюсь от того, что чувствую руку, зажимающую мой рот.
Сердце пускается вскачь.
Распахиваю глаза. Первое, что замечаю — светлые волосы, который вуалью свисают вокруг гладкого лица. Но они сразу же стираются из памяти, когда я сосредотачиваюсь на серых глазах… безумным глазах.
— Ну привет, — ухмыляется мать моего мужа. — Ты не представляешь, как давно я хотела с тобой встретиться.