(не) прощу тебя, предатель

Глава 4

Чувствую себя птицей, запертой хоть в комфортной, но все-таки клетке. Я пыталась выбраться… честно, пыталась. Свидетельством тому являются валяющиеся на полу сломанные ножницы, которыми я попробовала расковырять замок. Да, знаю — глупо с моей стороны думать, что смогу выбраться из спальни с помощью настолько незначительного инструмента. Но я просто не могла позволить себя сдаться без борьбы.

Вот только, чем больше я боролась, тем быстрее силы покидали меня. Напряжение этого адского дня так сильно начало давить на голову, что мне едва удавалось держать глаза открытыми.

В конце концов, я плюнула на дверь, решив, что разберусь со всем завтра, кое-как стянула с себя тренч, доползла до кровати, упала на нее и сразу же уснула.

Новый день встретил меня солнечными лучами, бьющими в глаза сквозь веки.

Зажмуриваюсь, пытаюсь отвернуться, но сон как рукой снимет. Жаль, что за ночь сил у меня не прибавляется. Наоборот, они словно утекают сквозь раны, нанесенные предательством мужа моей душе.

Хотелось бы целый день провести в кровати, попытаться хоть немного восстановиться, вот только реальность быстро возвращается ко мне.

Сегодня утром, каким-то чудом, мне нужно сдать анализы, а потом попасть на прием к врачу. Я думала, Саша пойдет со мной, будет держать меня за руку, когда доктор огласит свой «вердикт». Если бы я распалась на части, муж обнял бы меня, сказал бы, что будет хорошо и мне не нужно ни о чем волноваться, он все решит… как всегда.

Но, видимо, мне придется стиснуть зубы, расправить плечи и самостоятельно выслушать приговор, гласящий, какая жизнь меня будет ждать дальше… и будет ли ждать вообще.

Страх холодными лапками ползет по коже, пробирается внутрь, заставляет душу заледенеть. Приходится сделать глубокий вдох и заставить себя расслабиться, ведь пока рано паниковать. Вот только лежать дальше на кровати я тоже не могу. Нужно все-таки придумать, как выбраться из клетки, в которую посадил меня муж.

Распахиваю веки.

Сразу же вижу чемодан, стоящий у стены. Но не из-за него у меня все внутри сжимается… краем глаза замечаю, что дверь открыта. Дверь открыта!

Сердце пускается вскачь, ладони становятся влажными.

Резко сажусь.

Голова начинает кружиться, едва не падаю обратно, но кое-как удерживаю себя в вертикальном положении. Хотя прикрыть глаза все-таки приходится до тех пор, пока мир “не останавливается”.

В очередной раз распахиваю веки. Смотрю на дверь.

Мне не показалось, она открыта!

Значит, Саша приходил домой этой ночью. А где он спал? Неужели…?

Медленно поворачиваю голову, и чуть не падаю с кровати, когда вместо смятого постельного белья натыкаюсь на ноги в черных носках и черных брюках.

Желудок ухает вниз. Дыхание перехватывает. Меня начинает потряхивать.

Скольжу взглядом все выше и выше, пока не натыкаюсь на покрытое щетиной лицо и стальные глаза, оттененные черной рубашкой.

Саша внимательно смотрит на меня.

Холодный пот выступает на позвоночнике, когда я не вижу в глазах муж прежнего тепла, только лед, от которого моя душа еще больше замерзает, а на сердце появляются трещины.

— Проснулась, вечно спящая красавица? — выгибает густую бровь муж. — Я уже, грешным делом, подумал, что ты в летаргический сон впала, и мне придется тебя целовать, чтобы разбудить, — уголок его губ ползет вверх вслед за приподнятой бровью. — Но нет же, ты, как обычно, просто “отдыхала”, — кривится, после чего лицо мужа выравнивается, приобретая уже знакомое нечитаемое выражение.

Мне становится так тошно, что я бросаюсь в объятия холода, лишь бы ничего не чувствовать. Боль, разрывающая сердце, постепенно притупляется. Дрожь сходит на нет. Внутри меня не остается ничего, кроме пустоты.

Сколько раз Саша попрекал меня тем, что я лежу и ничего не делаю? Сколько раз я выслушивала его претензии из-за того, что у меня не было сил идти на званые вечера с его новыми партнерами или в казино? Сколько раз Саша упоминал о том, что если жена не удовлетворяет потребности мужа, то он может удовлетворить их на стороне?

Я думала, Саша просто пытается задеть меня, ведь ему тоже было тяжело, но, видимо, это было просто предупреждение. Как только представляю, что муж прикасался к другой женщине так, как ко мне когда-то, меня начинает мутить. Тошнота подкатывает к горлу. Я, не помня себя, спрыгиваю с кровати и несусь в ванную, находящуюся рядом с гардеробной.

Стоит забежать в прохладное, светлое помещение, как я падаю на колени перед унитазом, установленным в углу напротив двери. Меня выворачивает снова и снова, пока остатки сил не покидают мое тело и спазмы не прекращаются.

— Только не говори, что ты беременна, — сзади раздается голос мужа, в котором легко считываются рычащие нотки.

Меня передергивает.

Я так мечтала о ребенке, а теперь, возможно, у меня его никогда не будет.

Но ведь Саша тоже хотел малыша. Может, поэтому полез на другую? Мотаю головой. Неважно! Плевать на причину. Все, что нужно знать — он мне изменил. Точка.

— А если, да, это что-то изменит? — спрашиваю с сарказмом, в надежде задеть мужа побольнее.

Сил сидеть на коленях тоже не остается, поэтому сползаю на бедра, слегка поворачиваюсь, чтобы видеть Сашу, прислоняюсь спиной к стене.

Лицо мужа напоминает злобную каменную маску, а он сам — застывшую в дверном проеме статую. Только его глаза остаются живыми — они метают молнии, которые нацелены прямо в меня.

— Да, — чеканит. — В таком случае, я спрошу — кто отец? — выплевывает муж, с отвращением глядя на меня.