Няня для дочери Темного Лорда

Глава восемнадцатая

Вчера мы вернулись до мой, кажется, все едва живые. Теодоро после проведенного ритуала был бледен, как стена, и с трудом держался на ногах, Эля тоже пошатывалась и не понимала, что происходит и куда она попала. Я же, хоть и не потеряла силы, потому что не колдовала, с трудом держала себя в руках. Мне казалось, что в дом дне было слишком много потрясений: переход Эли в этот мир, знакомство с Береникой Раньери, Светлой Леди…

Когда Теодоро сказал, что утром нам придется поговорить, я осознала, что потрясения не закончились. Всю ночь проворочалась, даже глаз не сомкнула, кажется, и не задремала вовсе, а утром, как только у меня появилась такая возможность, помчалась к Теодоро.

Он тоже уже не спал и выглядел так, будто всю ночь провел за книгами, изучая что-то. Но я и допустить не могла, что он сообщит мне такую новость.

— То есть как — не больна? — выдохнула я, выслушав рассказ Тёмного Лорда до конца.

Эля не больна! Но ведь я видела результаты медицинских исследований, видела, как она, моя бедная сестра, угасает у меня на глазах… Что это, если не болезнь?

Если б Теодоро сообщал мне хорошие новости, он бы точно не выглядел настолько мрачно…

— Вот так, — промолвил он. — Вчера мне довелось нырнуть в ауру твоей сестры, чтобы снять с неё ментальную установку. Физически с ней всё хорошо, никакой опухоли, о которой ты говорила, нет — скажу тебе больше, её никогда и не было.

— Но медицинские исследования…

— Были подделаны, скорее всего, — серьезно промолвил мужчина. — И нет, не подумай, я ни в коем случае не обвиняю в этом тебя или твою сестру. Я практически уверен, что у неё действительно были все симптомы. Но это не физическая болезнь. Это проклятье, причем очень тонкое и вплетенное в её ауру. И как вытащить его оттуда, я пока не знаю.

Я сглотнула.

— То есть…

— Твою сестру прокляли, причём несколько лет назад. Сделал это сильный маг, предположительно из нашего мира. Магия прогрессировала, Элеонора чувствовала себя больной. Потом, когда ты переместилась в этот мир, её проклятье действительно подавили, так сказать, заморозили, и она вроде как пошла на поправку. Но это не решает проблемы. Если не избавиться от него, оно в любую секунду может убить твою сестру. Прости, что так откровенно.

Я вскочила на ноги, желая что-то сказать, помчаться куда-то, сделать что-нибудь, что вернуло бы мне Элю, но потом просто обессиленно рухнула в кресло. Куда мне бежать? Да и смысл? Если мне не поможет сам Теодоро, то ни от кого другого помощи и подавно ждать не стоит. Не надо быть такой наивной, полагая, будто спасение Элеоноры в этом мире понадобится кому-то больше, чем в том.

В какую-то секунду мне показалось, будто меня окончательно покинули силы. Бороться дальше больше не имело смысла, ведь сестра и так умрет, а… А всё, получается, зря? Что ж, по крайней мере, всё это время я смогу быть с ней рядом. Если Теодоро, конечно, позволит…

— Эля может остаться? — прямо спросила я, глядя на мужчину. Прежде я не озвучивала этот вопрос, наивно полагая, что оно решится как-то само, но теперь осознала, что ничего нельзя пускать на самотёк. — В этом доме? Если мне нужно искать жилье для неё, то… Я не смогу оставить её одну в чужом мире. Но…

— Разумеется, она может остаться. Я и не рассматривал иной вариант, — пожал плечами Теодоро. — В моём поместье можно поселить огромное количество людей, конечно, тут найдутся отдельные покои для твоей сестры. И не спеши отчаиваться. Думаю, я всё-таки способен попытаться ей помочь.

Я с надеждой воззрилась на него.

— Правда?

— Если б не мог — не стал бы даже предлагать, — серьезно ответил Раньери. — Вас с сестрой использовали, и это явно было кому-то нужно. Я даже догадываюсь, кому. Ты неслучайно оказалась в Тёмной Канцелярии, ещё и так близко ко мне. Но Тени уже не смогли забрать Анжелик, и благодаря тебе в том числе. Мой долг — помочь тебе и твоей сестре, тем более, если вы пострадали из-за меня.

Мужчина поднялся со своего места — до этого он сидел за столом, — и подошел к портрету. Строгий вид Береники Раньери сейчас показался мне некой насмешкой, и я задалась вопросом, почему мужчина до сих пор держал этот портрет в своём кабинете.

— Каждый раз я заставляю себя смотреть на неё, — пояснил он, перехватив мой недоуменный взгляд. — Смотреть и вспоминать, что если б я был внимательнее, стольких проблем можно было бы избежать. Этот портрет помогает меня понять, что Береника действует всегда только в своих интересах, и не надо ждать от неё высоких мотивов. Хотя, казалось бы, такая характеристика более типична для Тёмного Лорда…

— Ты один из самых отзывчивых людей, кого я когда-либо встречала в своей жизни, — прошептала я, не сдерживая чувств. — Назвать тебя черствым и действующим только в своих интересах не смог бы никто… Клянусь.

Теодоро повернулся ко мне и вновь обнял за плечи, так, что мы оказались совсем близко друг к другу. Я чувствовала жар его ладоней сквозь платье — мужчина помог мне пополнить гардероб, легко проигнорировав все мои возражения.

— Я поищу способ снять с Эли проклятье, — пообещал Тёмный Лорд. — У нас ещё есть достаточно времени, чтобы помочь ей. Уверен, что магия поможет. В твоем мире у неё не было бы шансов, но здесь у нас наконец-то появилась такая возможность. Всё будет хорошо. Верь мне.

— Верю, — прошептала я, поднимая голову.

Теодоро наклонился ко мне, как будто собираясь поцеловать, но в последнюю секунду замер.

— Нам пора, — резко отстранился он. — Пойдем, наверное, пришло время завтрака…

У меня возникло впечатление, будто Теодоро сам смутился своего внезапного порыва. Я и сама осторожно высвободилась из его объятий и отправилась к Анжелик, рассчитывая, что она ещё спит, думала, что разбужу её и отправлюсь готовить завтрак.

Однако, девочки в постели не оказалось. Одежду, ещё с вечера подготовленную для сегодняшнего дня, я тоже не обнаружила.

Первым делом я было испугалась, что Анжелик выкрали, но после заставила себя собраться с силами и разыскать всё-таки девочку. Не могла она никуда исчезнуть из защищённого поместья!

В коридоре Анжелик тоже не обнаружилось, и я помчалась вниз, надеясь обнаружить девочку хоть где-нибудь. В эту секунду мне невыносимо хотелось владеть хоть каким-нибудь магическим даром, хотя бы самым слабым! Он позволил бы отыскать Анжелик магией, а не носиться обезумело по коридорам.

Однако, спустившись вниз, я услышала веселый детский смех. Пошла на звук — и натолкнулась в коридоре на леди Марию.

Та смерила меня презрительным взглядом, которому я никак не смогла найти объяснения, коротко фыркнула, будто показывая, что всё со мной понятно, и решительно прошла мимо. Мне только и оставалось, что проводить её недоуменным взглядом и быстрее зашагать в сторону кухни.

Анжелик действительно оказалась там, да ещё и не одна. У кипящей кастрюли крутилась Эля, что-то досаливая.

— Девочки! — воскликнула я, не сдерживая удивление. — А что вы тут делаете?

— Мы решили приготовить завтрак, — улыбнулась Эля. — Анжелик пришла ко мне знакомиться и спросила, помогу ли я ей сделать сюрприз для тебя и её папы. Конечно, я помогу! — и она заговорщицки подмигнулась довольно улыбающейся Анжелик.

Почему-то у меня возникло впечатление, что они не только познакомились, а успели уже вступить в какой-то коварный, только им одним известный заговор неведомого характера.

Эля всегда хорошо ладила с детьми, но сама уже не была ребенком. Я привыкла считать её маленькой девочкой и максимально опекать, но сейчас Эле уже исполнилось девятнадцать, и я впервые поняла, какой взрослой и красивой она стала.

Болезнь оставляла свои следы. Эля была бледнее других, немного сутулилась, будто стесняясь своего уже полностью оформившегося тела, и очень стройная — можно даже сказать, худая. Однако я с удивлением обнаружила, что у неё уже округлились бедра, да и грудь выросла за те полгода, что мы не виделись, превращая фигурку моей сестры в воистину женственную.

Из-за постоянных процедур волосы Эли прежде были не слишком густыми, но полгода без влияния проклятия, кажется, прошли не зря, и теперь её темная коса оказалась такой же тугой и толстой, как и в детстве. Теперь Эля ещё сильнее походила на нашу покойную маму, и я предполагала, что, когда она станет ещё немного старше и выздоровеет, будет полной её копией.

…А Анжелик, пришла мне в голову вдруг дурацкая мысль, будет похожа не только на Беренику Раньери, а и на меня.

— Вижу, вы нашли общий язык, — промолвила я. — Но, может, я помогу с завтраком? Эля, тебе бы не напрягаться…

— Я замечательно себя чувствую, — сверкнула улыбкой сестра. — Мне никогда не было так замечательно, как здесь! И я так рада, что ты меня забрала! Ты решила не возвращаться в наш мир, а остаться тут, да? Неужели, — Эля улыбнулась, — всё-таки встретила свою любовь?

Когда мы расставались, то говорили об этом. Я клялась, что в иной мир отправляюсь только потому, что иначе не могу, и вернусь, как только у меня появится такая возможность и как только я буду уверена, что Эле это не навредит. В конце концов, в моей жизни не было ничего важнее сестры.

Эля же утверждала, что я не должна закрываться от мира, ведь у меня есть шанс встретить свою любовь. И если вдруг мне посчастливится познакомиться с кем-то здесь, на новом месте работы, почему б мне и не остаться здесь?

Я повторяла, что это невозможно. И что в любом случае я не позволю разлучить нас навечно. А теперь сестра, кажется, считала, что я собираюсь выполнить своё обещание — просто перетащив её в этот мир. Невероятно!

— Нет, я просто… — собиралась было оправдаться я, но не успела закончить фразу прежде, чем в разговор вмешалась Анжелик.

— Да! Анастейша встретила тут моего папу! — довольно сообщила девочка. — И мне кажется, — добавила она заговорщицким шепотом, — что между ними что-то есть…

— Анжелик! — возмущенно воскликнула я. — Я ведь уже говорила тебе, что нас с твоим отцом связывают только отношения начальника и подчиненной! Он нанял меня на работу.

— Ни на одну предыдущую няню, — довольно провозгласила Анжелик, — он никогда не смотрел так, как смотрит на тебя!

Я почувствовала, что стремительно краснею. Только этого ещё не хватало!

— Анжелик, моя дорогая, — мягко промолвила я, — тебе не стоит так концентрировать на этом внимание, правда…

Девочка невозмутимо повернулась к Эле и промолвила:

— Вот если Анастейша и мой папа поженятся, то тогда ты будешь моей тетей! А ты будешь злая, как обычно бывают тети, или добрая?

И Эля, моя милая сестренка, которая должна была выслушать в эту секунду меня и перестать верить во всякий бред, заговорщицки подмигнула Анжелик и сообщила:

— Даже если я стану твоей тетей, предлагаю нам оставаться подружками! Как тебе такая идея?

Судя по довольному взгляду, Анжелик эта идея пришлась по душе. Даже более чем.

— Прекратите! — мне пришлось добавить немного строгих ноток в голос. — Не понимаю, как вы вообще можете об этом вести речь, ещё и так серьёзно, если я прямо сказала, что меня с лордом Теодоро ровным счетом ничего не связывает!

— Да-да, — серьезно кивнула Эля. — Конечно, ничего не связывает! Он просто нравится тебе, сестренка, я же вижу! А ты нравишься ему! Иначе с чего б это вдруг он стал мне помогать и переводить меня в этот мир?

— Мы просто хотели… хотели…

Я запнулась.

Эля ведь уверена, что её вылечили, осознала вдруг я! И то, что ей сейчас не слишком хорошо, не принимает во внимание. Она не знает о проклятии, считает, что была онкобольной, но её исцелили заклинанием — и теперь, в магическом мире, ей точно ничего не грозит.

Я в какой-то мере даже обрадовалась, что на плечах моей сестры не висит этот ужасный груз страха, боязни перед будущим. Мне трудно даже представить, каково ей было бы жить с осознанием, что, возможно, сейчас догорают её последние дни.

— Так, девочки, — я постаралась сморгнуть слезы быстрее, чем их кто-либо заметит. — Давайте-ка я закончу с готовкой сама, а вы идите в столовую. Хорошо?

— Ладно, — сдалась Эля. — Анжелик, пойдем. Если Настя что-то решила, её уже не сдвинуть с места, она будет упираться до победного!

О да, я всегда была упорной. Упорной и сильной. Если б не это, я б, наверное, не смогла бы спасти свою сестру, не вытащила бы её из той бездны, в которую она упорно падала. Но… Что, если нами собирались воспользоваться с самого начала? Специально прокляли Элю, чтобы я была у них на крючке? Её болезнь была такой неожиданной…

А я могла пойти на что угодно, лишь бы её спасти. Ну, или считала, что могла. Ведь я так и не позволила Тени забрать Анжелик, осознавая, что, возможно, это приговор для моей сестры. Но… Не ценой жизни маленького ребёнка, нет. Это слишком.

Сосредоточившись на готовке, чтобы всё-таки отогнать всё дурное прочь, я всё-таки смогла успокоиться. Спустя десять минут еда была разделена на четыре порции, и я, водрузив всё необходимое на поднос, направилась по коридору в направлении столовой.

— И долго это ещё будет продолжаться? — фыркнула леди Мария, едва не сбив меня с ног в коридоре. — Не стоит аж так усердно выслуживаться перед Его Темнейшеством, он этого не любит!

Я проигнорировала этот выпад, но леди Мария не унималась.

— И то, что сейчас он добр, ещё ничего не значит. Рано или поздно ему надоест возиться с девчонкой, которая ровным счетом ничего из себя не представляет!

— Леди Мария, — я медленно повернула к ней голову и зло прищурила глаза. — Если я в самом деле ничего из себя не представляю, то вам давно уже пора перестать язвить и пытаться задеть меня своими словами. Однако, вы никак не сделаете этого, верно? По какой чудесной причине? Что заставляет вас бежать за мной в попытке доказать мне, насколько я ничтожна? Вот задайте для начала себе этот невероятно важный вопрос, и уже когда найдете на него ответ, мы с вами сможем вернуться к разговору. А пока — оставьте меня в покое и прекратите разносить по всему поместью грязные слухи! Им уже верит Анжелик!

— Правда глаза колет? — язвительно поинтересовалась леди Мария.

— Правда — нет. А вот тот бред, что вы несёте, да. И, раз уж вы так уверены, что я столь приближена к Теодоро, почему вас не пугает, что я могу нажаловаться ему и попросить, чтобы он вас уволил? Кажется, он сам будет рад подобному повороту событий!

Леди Мария застыла, пораженная подобными словами. Кажется, она раньше и не задумывалась, что я в самом деле могу обладать какой-то властью, хоть сама и сплетничала об этом.

Я же больше не собиралась продолжать этот бессмысленный разговор. Вместо того, чтобы спорить и пререкаться с леди Марией, я решительно зашагала в направлении столовой.

Удивительно, но я умудрилась даже не перекинуть тарелки по дороге и ничего не пролить. А когда оказалась в столовой, Теодоро, увидев, сколько всего я несу, поспешил подскочить ко мне и отобрать тяжелую ношу. Он даже не применил магию, да и, забыв о своём статусе Тёмного Лорда, лично раскладывал тарелки на столе.

— Идеальный мужчина, — одними губами произнесла Эля, заставив меня только демонстративно закатить глаза. Судя по всему, она, как и Анжелик, совершенно не верила моим попыткам отвертеться от предполагаемой связи с лордом Теодоро.

— Что ж, всем приятного аппетита, — промолвил тем временем мужчина, отодвигая для меня стул и только потом занимая своё место во главе стола. — И, раз уж мы здесь собрались, Элеонора… Я могу обращаться на «ты»?

— Конечно, — кивнула моя сестра, и в её глазах вспыхнул хитрый огонек.

— Элеонора, расскажи, пожалуйста, как для тебя прошли последние полгода без сестры?

Я сглотнула. В этом вопросе чувствовался какой-то подвох; Теодоро вроде бы выглядел доброжелательно, даже улыбался, но у неё на душе всё равно кошки скребли. Страшно было услышать из уст сестры что-то не то. Конечно, Эля не замешана ни в чем противозаконном по собственной воле, но если её во что-то втянули? Даже без её ведома? Что тогда?..

— Я очень скучала по Насте, — тихо ответила моя сестра. — Хоть она и говорила, что так надо, что это для моего лечения, всё равно… В какую-то секунду мне подумалось, что лучше б я болела, но была рядом с сестрой.

— Не говори такого! — моментально выпалила я. — Мы с тобой теперь вместе, и болеть тебе для этого совершенно необязательно!

— Верно, лучше быть вместе и здоровыми, — подтвердил Теодоро, бросив на меня быстрый взгляд. — А как проходило лечение?

— Со мной осталась жить та колдунья, которая перешла из этого мира в обмен на Настю, — пояснила Эля. — Мне показалось, правда, что она никакими исследованиями так и не занималась. Нет, на день она часто куда-то уходила, но я ни разу не видела, чтобы она что-то записывала. Только несколько раз в неделю связывалась с кем-то через зеркало, то самое, через которое мы с тобой говорили, помнишь, Насть? Только оно почему-то разбилось… Я была уверена, что мы с тобой больше не сможем видеться, даже заболела из-за этого, и очень удивилась, когда вновь тебя увидела.

О да, я помнила это зеркало. И разбилось оно, наверное, по той причине, что Теодоро уничтожил Тень, выбравшуюся оттуда. Или, может быть, зеркало как средство связи пришло в негодность уже тогда, когда тень там только появилась?

Хотела бы я знать!

— Да, — протянул Теодоро, — занятная история… Эля, а как тебя лечила та девушка, которая жила с тобой вместо Насти?

— Я не знаю, — честно призналась моя сестра. — Она делала это, когда я спала, а ещё поила меня какими-то травами. Но я чувствовала себя хорошо, только последнюю неделю — не очень… Но это нормально, это просто весенний авитаминоз! Вот сегодня я выспалась и чувствую себя в десять раз лучше!

— Тебе надо есть больше фруктов, — вмешалась Анжелик, всё это время присутствовавшая за разговором. — А ты мне расскажешь о том, какой он, твой мир?

Я застыла. Мне никогда не доводилось рассказывать Анжелик о том, что я — иномирянка, мы как-то просто не задевали эту тему, и я была уверена, что девочке об этом знать не надо. Но теперь она проявляла удивительную осведомлённость…

Интересно, лорд Теодоро одобрил это?

Судя по тому, что он не одергивал свою дочь, да, мужчина не имел ничего против её осведомлённости в этом вопросе. Наоборот, отреагировал невероятно спокойно.

— Эля обязательно тебе всё расскажет после завтрака и после твоих занятий с Анастейшей, если ей не будет сложно, хорошо? — промолвил Теодоро. — Надеюсь, это тебя не затруднит, Элеонора?

— Отнюдь, — улыбнулась она. — Анжелик прекрасная девочка!

— Рад, рад слышать… А можешь рассказать мне о том маге, женщине, с которой ты жила? Описать её? — не унимался Теодоро. — О её привычках, что она делала?..

Эля не спорила. Она в самом деле пыталась вспомнить какие-то подробности, отвечала на дополнительные вопросы.

Разговор немного затянулся. Теодоро даже забрал Элю в свой кабинет, отправив нас с Анжелик заниматься чтением, математикой и историей. Теперь последний предмет тоже преподавала я; учитель Теренс находился в больнице, до сих пор чувствуя себя ужасно после соприкосновения с тенями, и Теодоро сомневался, что подпустит его близко к Анжелик раньше, чем всё успокоится.

Мы с Анжелик успели и обед вместе приготовить, когда Теодоро наконец-то завершил свою беседу с моей сестрой. От обеда он отказался и сказал Анжелик, что к занятиям магией сможет вернуться лишь через несколько дней; сейчас ему нужно будет срочно заняться работой. Девочка, конечно, надулась, и Теодоро пришлось отвести её в сторону, чтобы объяснить причины, по которым он временно не может находиться рядом с дочерью.

Это дало мне возможность наконец-то побыть с Элей наедине. Я поспешила заключить её в объятия, а потом шепотом спросила:

— Ну как ты? Он тебя не слишком напугал?

— О, твой Тёмный Лорд совсем не страшный, — весело улыбнулась Эля. — Совершенно! И он очень интересный собеседник, столько всего спрашивал у меня…

— Ему надо… для дела, — пояснила я.

— Ага, — подмигнула мне Эля, — знаю я, для какого дела он спрашивал столько всего о тебе! Это всё потому, что ты ему нравишься.

Обо мне? Зачем это лорду Теодоро надо было расспрашивать мою сестру обо мне?..

— Не говори ерунды, — пробормотала я, чувствуя, что начинаю краснеть. — Это всё по работе. У него сейчас не слишком легкий период, да и Анжелик…

— Да, понимаю, — кивнула Эля. — Но мне кажется, Анжелик была бы только рада, если б ты вышла замуж за её папу. Или я ошибаюсь?

— Да не будет никогда такого! — вспыхнула я.

— Конечно-конечно, — улыбнулась сестра.

Я была готова поспорить на что угодно, что она сейчас совершенно со мной не согласна. Но Эля сильно повзрослела за то время, что мы с ней были в разных мирах, и научилась мастерски уходить от разговора. Потому я и оглянуться не успела, как сестра ускользнула прочь, оставив меня наедине с собственным возмущением… И чувствами к Теодоро, которые пыталась отрицать.