Огненный маг для дриады

Глава 35

Билли медленно шёл по узкой песчаной дорожке меж трейлеров, внимательно всматриваясь в темноту вокруг. Ночь была прохладной и ясной. В воздухе висел запах бензина от электрогенераторов, смешанный с вонью нечистот. Одинокие фонари над входами в трейлеры обрисовывали круги тусклого света, выставлявшие напоказ частички чужих жизней. Билли не было до них дела — он искал следы чужой магии, хоть что-нибудь, что бы объяснило гибель Джоэла. Но единственная его находка — частицы водного заклинания. Он снова вспомнил о Чарли. По-видимому, друг детства наследил тут, когда навещал отца.

Билли вернулся к трейлеру и молча постоял у крыльца, глядя на тёмную дверь. Свет внутри был приглушён. Должно быть, отец засел перед телевизором с бутылкой, как делал всегда, когда хотел забыться. Кэтти бродила рядом, подсвечивая себе экраном мобильного. Билли тихо позвал её.

— Я закончил. Идём, — сказал он коротко и кивнул в ту сторону, где располагался выезд на шоссе.

Кэтти посмотрела на закрытую дверь трейлера, а потом на него.

— Ты уверен, что хочешь вот так уйти? — спросила обеспокоенно. — Может, всё же поговоришь с отцом?

— Мы поговорили, — угрюмо ответил Билли.

Кэтти невольно поморщилась.

— Я не это имела в виду. Я не знаю, что между вами произошло, но…

— Вот именно, Кэтти, ты не знаешь! — отрезал он, резко обернувшись.

Её глаза расширились от испуга и удивления. Но в конце концов понимание взяло верх. Она шагнула ближе, не нарушая дистанции, которую он бессознательно отмерил. Её просьба была не настаивающей — это был тихий призыв попытаться.

— Знаешь, я бы многое хотела сказать дедушке, как приятного, так и грустного. Но уже не смогу. А у тебя всё ещё есть шанс. И не ради него, а ради самого себя.

Что-то в голосе Кэтти тронуло Билли, пусть он и считал, что она не способна его понять. Он с тяжёлым вздохом вернулся к трейлеру и вошёл внутрь. Старик поднял глаза и посмотрел на него с той самой грустной улыбкой, которую Билли ненавидел больше всего. Билли бесило это его выражение, а также то, каким слабым, маленьким и жалким стал отец за все эти годы. Именно из-за этого такие, как Кэтти, считали, что он заслуживает второго шанса, и выставляли Билли злодеем, когда тот отказывался мириться. Они не знали и не видели всего, что знал и видел Билли.

— Знаешь, что бесит меня больше всего? — бросил Билли отцу. — Что ты лишил маму жизни и сделал моё существование невыносимой, а теперь сидишь здесь с таким видом, будто это ты тут жертва обстоятельств.

Отец виновато опустил взгляд.

— Прости, сын, — ответил он. — Я знаю, что это невозможно, чтобы ты принял мои извинения. Но просить прощения — это всё, что я могу.

Его голос был глухим и сдавленным, будто сама судьба держала его за горло. Билли, как всегда, собирался отвергнуть все оправдания отца и его извинения. Но отчего-то в этот раз отец вёл себя иначе. Должно быть, смерть друга так повлияла на него.

— Ты прав, я действительно виноват в том, что произошло, — продолжил он ещё тише. — Пожар в доме случился из-за того, что я не смог сдержать свои способности под контролем. У тебя это получается, и я очень этому рад. Ты смог совладать со своим даром, а я нет. И я до конца своих дней буду нести груз вины за это. Буду помнить тот день, точно всё случилось вчера. Твоя мама много работала, чтобы у нас было всё необходимое. А я не мог ничего. Из-за моей нестабильности я не задерживался надолго ни на одной работе. Мне было жаль её, твою маму. И я ненавидел себя всей душой.

Билли ощутил, как сдавило грудь. Он хорошо понимал то чувство, которое описывал отец. Он знал не понаслышке, что значит быть несостоятельным для женщины, которую любишь. Билли был прекрасно знаком с отчаянием, что окутывает, когда ты вдруг понимаешь, что без тебя ей будет лучше.

— Почему… Почему ты просто не оставил нас? — спросил Билли мучительно.

— Я не мог, — признался отец. — Если бы я сделал это, тогда твоя мама осталась бы совсем одна. А так я хоть и был её балластом, но присматривал за тобой, когда она работала.

Билли захотелось закричать от накатившего чувства несправедливости, но пришлось лишь стиснуть зубы. Его злило, как сильно он походил на отца. А ещё он боялся, что из-за этой схожести, может закончить также, как его старик.

— Тогда она отсыпалась после дежурства в больнице, а я с тобой был на кухне, — глаза отца стали стеклянными, а голос отстранённым. — Когда пожар охватил кухню, я успел лишь схватить тебя и выбежать наружу. Наша картонная коробка вспыхнула, точно стопка бумаг в камине. Когда приехали пожарные, тушить уже было нечего.

Сойеру хотелось крикнуть, чтобы старик заткнулся. Но он словно онемел. Билли знал, что будь он на месте отца, то сумел бы подчинить пламя. Но он также понимал, что всеми своими навыками управления стихией огня он обязан Аркануму и лично Агате. К тому же, из-за того что в своей службе он может пользоваться способностями, у него не бывает непроизвольных выбросов магической энергии. Снова Билли нехотя подходил к мысли, что не имеет права винить отца. Ведь, как бы абсурдно это не звучало, Билли находился в более привилегированном положении, чем он.

— Но почему после её смерти ты покатился по наклонной⁈ — воскликнул Билли. — Почему превратился в животное, хотя должен был заботиться обо мне⁈

Изо всех сил он цеплялся за свои обиды и злость. Казалось, что они уже стали частью него. Он не мог просто так отпустить их.

— Я сломался, Вилли, — сказал старик. — Просто сломался. Не мог больше выносить своё существование. Алкоголь помогал заглушить все чувства. Забыть на время обо всём. Признаю, я был трусом и просто сбежал. Если бы я мог вернуться в прошлое, я бы попытался всё исправить. Но сейчас всё, что мне остаётся, — это сожаление. Я рад, что несмотря на такого ужасного отца, ты вырос крутым парнем, Вилли. И пусть тебе нет до этого никакого дела, но я горжусь тобой.

— Да пошёл ты! — Билли отвернулся и направился к двери.

Слезы накатили неожиданно. Сначала он пытался бороться с ними, но потом заплакал без стеснения. Это были слёзы бессилия. Билли словно бы, наконец, понял, что сколько бы ни злился на отца, тот не сможет ничего исправить. Не сможет повернуть время вспять и вернуть ему мать и счастливое детство. Ведь его отец — такой же жалкий человек, как и сам Сойер, и требовать от него невозможного, значит, ожидать того же от себя самого. Это понимание было словно тяжёлая бетонная плита, что на время расплющила его. Но в то же время оно и освободило его. Когда Билли закончил плакать, он был уже другим: лишённым ложных ожиданий от самого себя, трезво смотрящим на вещи и живущим одним моментом.

— Я… не могу прямо сейчас простить тебя, — сказал Билли, толкнув входную дверь. — Но обещаю навещать тебя иногда.

Он сам удивился тому, как легко дались ему эти слова. И кажется, они сделали старика немного счастливее.

— Вилли, постой, — окликнул он его мягко. — У меня есть кое-что для тебя.

Отец тяжело встал и вышел следом за Билли на улицу. Кэтти взглянула на Сойера с надеждой, но тот покачал головой. Отец повел Билли к куче хлама за трейлером к чему-то, что было накрыто старым брезентом. Когда он отодвинул ткань, Билли увидел старый отцовский мопед, каким-то чудом оказавшийся целым и исправным.

— Теперь он твой, — объявил отец, похлопав ладонью по сидушке. — Мы с Джоэлом починили его не так давно. Это должен был быть подарок на твой день рождения.

На миг Билли потерял дар речи. В воспоминаниях его внезапно появилась картина, как отец катал его в детстве на этом самом мопеде. Тогда Билли мечтал, что однажды сам будет ездить на таком. И самое странное, что это воспоминание было из времени, когда мамы уже не было в живых. А ведь до сих пор Билли искренне верил, что с тех пор, как она умерла, у него не было ни единого светлого момента в жизни.

Билли не сразу смог ответить — язык будто прилип к нёбу. И единственным, что он мог выдавить, было:

— Спасибо.

Отец улыбнулся и слабо обнял Билли. И впервые в жизни Сойер был не против этого. После старик помог ему выкатить мопед на дорогу. Кэтти осторожно шла следом. Перед тем как проститься, Билли достал из бумажника несколько смятых двадцаток и протянул отцу.

— Купи себе мобильный, чтобы я мог тебе позвонить.

Отец смущённо принял деньги и кивнул. Покидая трейлерный парк, Билли знал одно: путь к сложному примирению только начат, но это было его собственное решение — идти дальше.

Ночь тянулась тёплой пеленой над городом: асфальт ещё хранил остаточное тепло дня, а редкие фонари мягко подсвечивали мокрые от недавнего дождя тротуары. Билли ехал вперёд, ладони плотно цеплялись за руль мопеда, а за его спиной Кэтти прижималась так близко, что он мог чувствовать её тепло. Мопед, кожаная куртка и красивая девушка позади — о чём ещё мог мечтать парень вроде него?

Когда они свернули на улицу Кэтти, Билли сбросил скорость. Домики плотнее подошли друг к другу. Тёмные окна домов блестели в свете фар. Билли подвёз Кэтти до ворот сада. На душе, несмотря на смерть Джоэла, было светло. И от этого прощаться с Кэтти и ехать спать на базу не хотелось. Кэтти тоже выглядела бодрой. Наверное, потому, что думала, что смогла помирить его с отцом. Она навалилась на калитку спиной и уставилась на звёзды.

— И почему я раньше не замечала, насколько яркие в это время звёзды? — сказала она вздохнув. — Даже созвездия можно увидеть.

Билли поднял глаза к небу. Он никогда не интересовался ни звёздами, ни астрономией, а потому не разделял её восторга.

— Я ни одного не вижу, — пробубнил он, чувствуя себя глупо. Он подумал, что они сейчас выглядят как парочка из тупого ромкома.

— Да вот же, смотри, три звезды в ряд образуют пояс Ориона, — сказала Кэтти, указывая на небо. — А если вот через эти провести линию…

Билли пытался понять логику, но это было слишком скучно для него, так что параллельно он снова задумался об убийстве стражей.

— Постой… Как ты сказала? — он нахмурился. — Если соединить точки линией, то получится узор?

— Ну да, — кивнула Кэтти. — Не говори, что впервые слышишь об этом.

— Да нет, — замотал головой он. — Я о другом… Слушай, у тебя есть приложение с картами местности на телефоне?

Кэтти послушно протянула ему телефон. Билли вдруг накрыло осознание, что убийства стражей это не месть и не совпадение. Это тёмный ритуал. Места преступлений образовывали схематичный узор на карте.

Кэтти посмотрела на него с тревогой.

— В чём дело, Билли? Что-то не так? — спросила она осторожно.

— Нет, всё нормально, — ответил он, заводя свой мопед. — Просто я вдруг понял, что смерть твоего дедушки и гибель Джоэла, а также другие нападения на стражей — всё это связано между собой. Слушай, я расскажу тебе всё позже. Но сначала мне нужно встретиться кое с кем.

Свет фар разрезал темноту. Билли помахал Кэтти на прощанье, а после мопед рванул вперёд. Ему нужно было срочно увидеться с Чарли и задать ему главный вопрос: «Какого чёрта?»