Огненный маг для дриады

Глава 36

Черри закрыла дверь квартиры так, будто отрезала мир снаружи. На мгновение в коридоре воцарилась необычная тишина. Лишь холодильник слабо гудел на кухне да где-то внизу протяжно скрипел лифт. Она оперлась спиной на дверь и медленно сползла на пол. Слёзы пришли без спроса, и впервые она не сдерживала их. Группа направилась на задание, а её отправили домой. Отправили потому, что она не могла ничего для них сделать. Когда-то родители хотели поступить с ней подобным образом. Но не желая подчиняться им, она уехала из своей страны. Ей нечего было противопоставить маме и папе, что настаивали на её замужестве и традиционной женской роли. На их стороне был опыт. А на её только нежелание подчиняться чужой воле.

Она помнила это, но почему-то поддалась на уговоры отца Лиама. В глубине души она знала с самого начала, что их с Лиамом судьбы схожи. Но она всё равно предала его, прикрываясь заботой. Предала, а теперь не могла смириться с этим. Она потеряла способности и веру в себя.

Черри какое-то время сидела в прихожей, уткнувшись лицом в колени. Потом дрожащими пальцами достала из сумочки телефон. Ей хотелось убедиться, что с Лиамом всё в порядке, потому она набрала ему в сообщении: «Привет. Как дела?» Отправила, но сообщение так и осталось непрочитанным. И спустя десять минут, и спустя час. От этого тревога Черри только усилилась. Она боялась, что, вернув Лиама домой, отец позволит себе жестокость. Вне всяких сомнений, он был на это способен.

Стражница встала шатко и, словно желая заглушить тревогу, принялась приводить квартиру в порядок. Она отдраила пол, вытерла пыль со стола и других поверхностей, перебрала банки с травами и аккуратно разложила их по полкам. Каждое её движение было попыткой вернуть контроль. Но чем чище становилось вокруг, тем сильнее она ощущала пустоту внутри.

Ни медитация, ни чтение сутр не помогли ей обрести покой. Чувство вины жгло изнутри. Тревога не давала сосредоточиться на циркуляции Ки в собственном теле. Всё, что раньше помогало возрождать силу, сейчас не работало. Она зажмурилась и представила себе лицо бабушки, её терпеливую улыбку, мудрые слова. Но даже эта память не смогла растопить каменную глыбу безысходности. Черри открыла глаза, и в отражении зеркала увидела чужое лицо — усталое и измотанное.

«И как я дошла до этого?» — спросила она саму себя, но ответа дать не смогла.

Ей нужен был совет от кого-то, кто мог бы понять её проблему. После долгих размышлений Черри решила позвонить брату. Это было одновременно страшно и волнительно, ведь она ни разу не связывалась с семьёй с тех пор, как покинула Японию. Теперь Черри мысленно готовилась к тому, что брат не ответит. Или же если ответит, то отругает её.

— Алло? — раздался из трубки знакомый и одновременно чужой голос. — Юи, это ты?

Черри чувствовала себя странно. Живя в Штатах, она время от времени слышала японскую речь, но из уст брата она звучала как-то иначе. К тому же уже очень давно никто не звал её этим именем.

— Здравствуйте, старший брат, — отчего-то её тон сам собой получился официальным.

— Ох, ты ничего себе! — усмехнулся Сатоши-сан. — Это и вправду ты! Давненько же я ничего о тебе не слышал. Ты бы звонила хотя бы иногда. В конце концов, мы волнуемся.

— Мне очень жаль, — произнесла Черри словно провинившийся ребёнок. Отчего-то она не могла вести себя иначе. Кажется, сколько бы она ни прожила вдали от дома, в разговоре с родными она становилась всё той же неуверенной в себе двадцатиоднолетней девушкой.

— Да ладно тебе, — неловко произнёс Сатоши. — Не обязательно говорить со мной так официально. Как твои дела? Всё в порядке?

Черри нервно выдохнула. Как ни странно, брат отреагировал на её звонок очень буднично. И даже сказал, что они волновались о ней, наверняка имея в виду родителей. А ведь сразу после её отъезда, они писали, что их дочь для них мертва. Наверное, время стёрло для них все дурные воспоминания. От этого Черри стало не по себе. Она напомнила себе причину, по которой решилась позвонить.

— Старший брат, не могли бы вы дать мне совет? — быстро заговорила она. — Дело в том, что я потеряла свои способности. Кое-что случилось с моим другом, и, мне кажется, я повела себя в той ситуации не лучшим образом. Теперь я не могу использовать свою силу.

— Значит, ты до сих пор практикуешь? — в голосе брата появилось едва уловимое одобрение, смешанное с беспокойством.

— Да, — подтвердила Черри. — И сейчас друзья очень нуждаются в моей помощи. А я совершенно бесполезна.

— Я понял тебя, Юи. Думаю мой совет будет очевидным. Если твой поступок заставляет тебя испытывать такое чувство вины, что ты даже не можешь использовать свои способности, постарайся всё исправить. Иными словами, постарайся примириться со своей совестью. Если обидела кого-то, попроси прощения. Если поступила плохо, то сделай что-то хорошее, что будет равноценно дурному поступку. При этом делай это с открытым сердцем, а не из корысти. Только так ты снова постигнешь дзен. И не забывай о дзадзен (1). Практики тоже важны. Пожалуй, это всё, что я могу тебе сказать.

На глазах у Черри выступили слёзы, а по телу пробежали мурашки. Ответ Сатоши-сана действительно был прост и очевиден, но ей нужно было услышать его. Черри ощутила внутри такую необходимую ей решимость.

Она попрощалась с братом и, пообещав больше не пропадать, повесила трубку. Это не было грандиозное примирение с семьёй. К тому же она не знала точно, что о ней думают родители. Однако она больше не чувствовала себя одиноко. Тонкие незримые нити связывали её с множеством людей. Горюя о потере способностей, она как-то позабыла об этом. Но и Лиам, и Сойер с командой всё ещё нуждались в ней. Черри шумно выдохнула. Пришло время для исправления ошибок.

(1) Дзадзэн — это «сидячая медитация» из японского буддизма дзэн, которая является основополагающей практикой для достижения просветления и осознания истинной природы человека.