Прости меня, Вероника!

Глава 32 Марк

Обнимаю мою девочку. Она стоит, поражённая. И вроде бы в самое сердце.

– Ника, пойдём внутрь. Ты простудишься.

Тяну её за руку в кафе. Усаживаю за столик.

– Марк, она с ним, с ним, – лепечет Ника. – Как она могла? Это же просто отвратительно. И Вадим не знает.

Сажусь на стул, напротив Ники. Потираю подбородок. Надо было вмазать старому хмырю. И за Нику, и за Риту.

– Давай уедем, – говорит.

– А как же еда?

– Я не хочу есть.

Да, уж.

– Марк, давай уедем.

– Хорошо. Поедем обратно в квартиру?

Качает головой.

– Нет, ты не понял. Давай вообще отсюда уедем. Из этого города.

Уехать из города? Я и ехать сюда не хотел, если честно. Но Нику не отпустил бы одну.

– Твоё желание совпадает с моим.

У Ники звонит телефон. Она достаёт его из кармана шубы.

– Я не могу с ним говорить сейчас, – показывает мне на экран. Вадим. – Иначе я всё ему расскажу. Не выдержу. Ответь ему сам.

Она встаёт из-за стола.

– Дай мне ключи. Я подожду тебя в машине.

Отдаю ей ключи. Ника хватает сумку и выходит.

– Да, Вадим, – отвечаю братцу.

– Марк?

– Ну, а кто ж ещё. Конечно.

– Где Ника?

– Она не может подойти к телефону сейчас.

– Ясно.

Молчит.

– Что-то ещё?

Не знаю о чём с ним говорить. Извиниться за то, что я испортил их с Риткой отношения? Не думаю, что ему от этого станет легче. А делать ещё тяжелее, сказав про Риту и Былова, я не собираюсь.

– Марк.

– Да.

– Раз уж ты взял трубку. Хочу поговорить с тобой об отце.

Об отце? Что ж.

– Говори.

– Знаю, в свой последний визит ты с ним разругался.

Ага, и сказал, что у него больше нет сына.

– Но он всё время о тебе говорит. Жалеет о том скандале. И он звонил тебе. Ты не отвечаешь.

Это точно. Он звонил и не раз. Но мне было совсем не до него.

– А мама пытает меня вопросами о тебе и Нике. Она зудит постоянно, как хочет встретиться с ней снова.

Чего он хочет-то? Чтобы мы с Никой приехали к ним?

– Раз уж вы оба в городе, может, приедете? Хотя бы ненадолго. Ты поговоришь с отцом. Да и с Никой они пообщаются. Она им обоим очень нравится.

Конечно, нравится. Малышка просто не может не нравиться.

– Я спрошу у неё. Если Ника не будет против, то мы приедем сегодня.

– Хорошо. Я передам отцу.

– Пока, Вадим.

Что ж, разговор прошёл довольно спокойно. Вадим ни словом не обмолвился о том, что я урод. Не обвинял меня. Он уравновешенней, чем я. Я бы на его месте рвал и метал. Разбил бы мне морду. Ну, хотя бы попытался. А Вадим спокоен как удав. Мне бы его выдержку.

Расплачиваюсь за наш нетронутый обед. Выхожу из кафе. Ника сидит на водительском сиденье. Постукивает ладонями по приборной панели. Она и, правда, здорово смотрится за рулём "Шевроле". И ещё круче, когда на ней эта шубка.

Сажусь рядом с ней. Кажется, она уже пришла в себя от новости про Ритку.

– Ты уже роман закрутила с моим красавцем?

Брови Ники взлетают вверх.

– Марк!

– Что?

О чём она подумала?

– Я никогда не привыкну к твоим пошлым шуточкам, – фыркает Ника.

– А о чём ты подумала?

– Отстань. Лучше поехали.

Хочет завезти машину.

– Подожди, – говорю ей.

Она смотрит на меня.

– Что такое?

– Как насчёт съездить в гости к моему отцу? Он очень хочет тебя видеть. И София тоже.

Ника прищуривается.

– Это Вадим тебе сказал?

– Ага.

– Что они МЕНЯ хотят видеть?

Мнусь. Блин. Хотят видеть нас обоих. Но вот я их не очень-то хочу лицезреть. Тут уж Нике решать.

– Марк.

– Ладно, нас обоих.

– Мм. Отец скучает по тебе. Если учесть, какой была ваша последняя встреча…

– Знаю, малыш. Я наговорил ему гадостей.

Кивает.

– Тебе бы извиниться.

Извиняться? Серьёзно?

– Не перегибай, Ника.

– Разве я перегибаю? Он твой отец, чтобы там ни было. И он сожалеет, что так поступил с тобой. Точно сожалеет. Но ты же и шанса ему не даёшь, Марк! Представляю, что он чувствует.

Ника замолкает. Учитель тоже мне нашлась. Что она вообще знает об этом! Что он чувствует! А что чувствую я? Это не в счёт? Спокойно, Марк. Сдерживай себя.

– Там будет Вадим, конечно.

– Не знаю.

– Я не хочу рассказывать ему про Риту. Это будет для него ещё одним ударом.

– Согласен. Не будем ему говорить.

Киваю.

– Ну, что решим? Домой или к отцу?

– Ты извинишься за свою грубость?

Пытает меня. Раздражает меня.

– Хорошо, – вздыхаю. – Твоя взяла. Обещаю.

Губы Ники трогает улыбка. Моё раздражение как рукой снимает.

– Ты такой милый, когда дуешься.

Наклоняется ко мне и целует. Её язычок проникает мне в рот. Чуть прикусываю его. Кладу руку на её затылок. Притягиваю Нику ближе к себе. Целую её жадно. Она такая сладкая! Обожаю целовать мою крошку. Руки так и тянутся под её одежду.

– А ты безумно сексуальная, когда сидишь за рулём "Шевроле", – шепчу ей на ушко. – Я бы прямо в машине тебя трахнул.

– Ох, я даже не сомневаюсь, что ты можешь, Марк!

Она отстраняется от меня.

– Поехали к твоему отцу. Но сначала нужно забрать сумки из квартиры.

– К отцу ненадолго. Потом домой. Ты ведь сама хотела.

– Да, да.

По дороге пишу Вадиму смс, что мы скоро будем у отца. Сразу приходит ответ.

– Хм. Вадима нет дома, по всей видимости.

– Почему ты так решил?

– Пишет, что позвонит отцу, сообщит о нашем приезде.

– Значит, его точно нет дома.

– Тем лучше, – говорю.

– Да, я не смогу смотреть ему в глаза.

Вздыхает тяжело.

– Чёрт, – ругается.

Чего это она? Дорога нормальная. Ну, почти. Ника едет не быстро. Умница.

– Хочешь, я поведу? – спрашиваю.

– Что? Я сама неплохо справляюсь, Марк. Или тебе так не кажется? – резко отвечает она.

Злится.

– Ника, ты чего такая злая?

– Блин. Прости меня, – уже мягче. – Не могу перестать думать о Рите.

– Ясно.

– Не понимаю, зачем ей всё это. Она хаяла Былова, на чём свет стоит. Сама хотела рассказать, какой он похотливый старый козёл!

Ржу.

– Что?

– Такие ругательства я слышу от тебя редко, оттого и смеюсь. Ну, в смысле забавно ты их произносишь.

Хмыкает.

– Я раньше вообще не ругалась.

– Точно.

Мы подъезжаем к дому Николая Романовича.

– Час, полтора и домой, – поворачиваюсь к Нике.

– Хорошо, – кивает. Открывает дверцу.

– Ника, – зову.

– Да?

Смотрит на меня. Я протягиваю к ней руку, наклоняюсь к самому лицу. Легонько целую губы.

Она улыбается.

– Не мог сдержаться.

– Люблю тебя, – гладит мою щёку. – Пойдём?

– Да.

Ворота дома открыты. Мы подходим, и я открываю входные двери.

– Марк, нужно было позвонить в дверь, – с укором говорит Ника. Правильная, как всегда.

– Вот ещё, – фыркаю.

Я никогда не буду звонить в эту дверь. Я всегда сам открываю её.

Беру Нику за руку. Заходим внутрь. И где же мои родственники обитают? Может в гостиной или на кухне?

Идём в гостиную. Пусто. Подходим к кухне. Слышим голос отца. Вот и нашли пропажу.

Я открываю дверь.

– Марк! Ника! – Радостно произносит София. Она быстро подходит к нам. Обнимает Нику, целует меня в щёку. Я даже сообразить ничего не успеваю. Сроду не дал бы ей себя целовать! И как она не запуталась в этом длинном голубом платье, когда бежала? Это же, бля, просто! Оно ей до пят доходит.

– Привет Ника, привет Марк, – кивает Николай.

– Мы так рады видеть вас обоих! – Восклицает София. – Вадим сообщил, что вы приедете. Правда его самого не будет. Он работает. Ничего страшного пообедаем вчетвером! У нас уже почти всё готово.

Тараторит без умолку. Я уже привык, но Ника ещё нет. Стоит и не знает, что сказать.

София вдруг замирает.

– Вы ведь хотите есть? Я столько наготовила!

Лично я жрать очень хочу. В кафе мы так и не поели.

– Да, мы голодны, как волки, – говорю, не дожидаясь Нику.

– Отлично! Тогда идите, раздевайтесь и марш обратно!

Хватаю снова Нику за руку. Выходим из кухни.

Я снимаю с неё шубу, вешаю на стул в гостиной. Своё пальто тоже.

– Держи сумку, – говорит Ника. Подаёт мне шапку и сумку. – Надо обувь снять. Пойдём.

Через пять минут мы уже снова в кухне.

– София не отстанет от тебя. Она всегда много говорит, – шепчу Нике, пока идём к столу.

– О, поверь, я уже это знаю. Я уже была у них, забыл?

Подмигивает мне. У неё игривое настроение? Это классно. Значит, она уже не думает о Ритке. И хорошо.

Рассаживаемся за столом. Мы с Никой садимся рядом. Отец во главе стола, София напротив Ники. Еды, действительно, целый стол.

Я молча накладываю в тарелку несколько кусков рыбы. Кошусь на Нику. Она в нерешительности.

София говорит о Ритке. Сочувствует ей. Ника снова грустна. Мачеха видит это. А Ника молчит. И София тактично замолкает. Она не в курсе всех событий и не думаю, что ей нужно знать.

– Как дела у Лидии? – Спрашивает София.

– Всё хорошо. Скоро открываем магазин.

– Расскажи подробнее!

Минут двадцать уходит на то, чтобы София задала моей крошке кучу вопросов о новом книжном, о Лидии, и о её женихе. Откуда она вообще знает о женихе? Хотя Лидия давно знакома с отцом и Софией, насколько я понял. Они много лет общаются. Вроде Ника упоминала об этом как-то.

Я вижу, что Ника воодушевилась рассказом. Но есть-то всё-таки надо. Она ничего не ела сегодня до сих пор, а дело идёт к вечеру.

Беру её тарелку, накладываю ей рис, жареную курицу. По-любому хочет.

– Держи, Ника. Ешь, давай, – говорю.

– Спасибо, Марк.

– София, можно Нике поесть, а не трындеть с тобой? – Бесцеремонно. Да хрен с ним.

Ника пинает меня под столом.

– Конечно, конечно, – улыбается София. Она, кажется, вообще не смущена моей резкостью. Вот и ладно.

– Налетай, дорогая.

– Спасибо.

Ника, наконец-то, начинает есть.

Отец болтает о своём бизнесе. Ника делает вид, что ей это интересно. Жуёт курицу с большим аппетитом. Кушай, маленькая.

Когда Ника опустошает тарелку, я подкладываю ей салат и картофельную запеканку. Ника косится на меня.

– Пирожочек, – кладу ей на тарелку.

– А я купила новую орхидею, – говорит София. Отпивает вина из бокала. Ника тянется к стакану с соком.

– Вау, правда? – Восклицает Ника, медленно отставляя от себя тарелку с запеканкой.

– Ага, на прошлой неделе. После, я покажу её тебе, если хочешь.

Я снова подвигаю Нике тарелку.

– Да, я очень хочу взглянуть на неё.

Ей, правда, интересно? Она же лилии любит.

– Какие ты любишь цветы, Ника? – псрашивает мой отец.

– Она любит лилии, – отвечаю за Нику. Она сопит рядом со мной недовольно. Отставляет тарелку, теперь с салатом. Но берёт пирожок и съедает его.

– О, лилии очень красивые цветы, – София. Отец кивает.

– Ника, – говорю я. – Попробуй запеканку. Она супер.

– Спасибо, Марк, – радуется София моей похвале.

Да, пожалуйста!

– Спасибо, я уже наелась, Марк, – говорит Ника.

– Ты почти ничего не съела! – говорю громко.

– Я съела достаточно!

А София всё трещит о любимых орхидеях.

– Салат не поела.

Ника, правда, очень мало съела. Я хочу, чтобы она не стеснялась и ела столько, сколько хочет.

– Ника!

– Марк!

Ника роняет вилку под стул.

– Ой, простите.

Звонок в дверь.

– Кого это принесло? – София встаёт из-за стола. – Я сейчас.

Она поспешно выходит.

– Марк, – тихонько говорит мне Ника. – Я не хочу больше есть.

Что ж.

– Ладно, не хочешь, как хочешь.

Я беру блюдо с фаршированными перцами и накладываю себе. Пусть Ника упрямится, а я буду жрать дальше.

Отец рассказывает Нике о каких-то новых книгах, я молчу. Не знал, что папаня читает.

Заходит София, и с ней двое: мужчина и женщина. Мужчина средних лет, с тёмными волосами, просто огромным носом и маленькими глазками. На нём строгий серый костюм.

Женщина маленького роста, белокурая. Симпатичная. Только зачем-то губы выпячивает вперёд, будто обижается. Смотрится это довольно комично. Её чёрное платье чересчур короткое. Такую длину любит носить Саша. Я бы ни за что не позволил Нике надеть такое в гости. Вот точно нет. Хотя, я сомневаюсь, что Ника сама надела бы такое. На ногах у женщины туфли на высоком каблуке.

Ника смотрит на них. Сначала на женщину, потом на мужчину. Поднимает брови удивлённо. Есть чему удивиться. Пара, я бы сказал, довольно несуразная. И это ещё мягко сказано. Но любовь есть любовь.

Я тихонько посмеиваюсь, наблюдая за реакцией Ники. Она немного морщится. Потом быстро глядит на меня.

– Ника, Марк, позвольте представить. Александр и Ольга Пузищины. Наши друзья.

Ох! Ну, и фамилия! Хрень полная. Еле сдерживаюсь, чтоб не заржать.

– Добрый вечер, – встаёт Ника со стула.

Мужик с большим носом целует руку Ники. Фу. Его дама натянуто улыбается.

– Это Вероника, – говорит София.

Отец встаёт и здоровается с новоприбывшими.

– Это мой сын, Марк.

Вот вообще не хочется вставать и знакомиться с ними.

Но, встаю, видя поднятую бровь моей крошки. Оказываюсь на голову выше хрена в костюме.

– Очень приятно познакомиться, – говорит Александр, но звучит так, будто ему похер совершенно. Как и мне, впрочем.

Жмём друг другу руки. Ольга смотрит на меня, взгляда не отводит. Ждёт, что я руку ей поцелую? Сейчас прямо! Ещё этого не хватало. Руки я чужим теткам целовать не собираюсь!

Просто киваю ей. Сажусь обратно. Слышу её хмыкание.

Все рассаживаются. Сидим ещё около часа. По прошествии этого времени все уже наедаются до отвала.

За столом оживлённый разговор. Правда, оживлены только четверо из шести. Мы с Никой чуть не засыпаем. Хотя Ника сначала принимала участие в беседе. Потом тоже заскучала. Делаю вывод, что темы зубных протезов, термобелья и дорог в нашей стране, Нике совсем неинтересны.

Она вдруг щипает мою коленку. Поворачиваюсь к ней. Вопросительно поднимаю брови.

– Отец, – шепчет.

Чего?

– Что?

Придвигаюсь к ней ближе. Нас, кажется, и не замечают. Вот так по нам скучали.

– Поговори с отцом. Ты обещал, – говорит Ника тихо.

Вспомнила, блин.

– Сейчас?

– Да, а потом поедем домой. Я уже устала здесь сидеть, если честно, – посматривает на гостей Софии и отца.

И я.

– Ладно. Отец, – зову его громко. Он, рассказывает Александру о своей недавней поездке.

– Да, сынок.

– Мне нужно поговорить с тобой. Сейчас.

Он кивает.

– Конечно. Пойдём в кабинет?

– Ага.

– Извините нас, – встаёт он из-за стола.

Могут и не извинять. Я тоже встаю и выхожу из кухни. Отец за мной. Проходим через гостиную. Пересекаем коридор. Оказываемся в кабинете. Отец прикрывает дверь.

– Извини за весь этот цирк, – говорит Николай Романович. – Я не знал, что они придут. Они скорее друзья Софии, чем мои. Но…

– Да мне плевать, вообще-то, – говорю. Встаю у окна. – Просто я хотел извиниться за нашу последнюю встречу и мои слова.

Молчим. О чём мне ещё с ним говорить?

Я сдержал обещание. Извинился.

– Знаешь, сынок, – устало говорит отец. – Я виноват перед тобой. Но я хочу хоть как то это исправить.

Исправить? Столько лет безотцовщины. Как это можно исправить?

– Но ты не даёшь мне шанса.

Сколько раз я уже слышал эти слова за последние сутки!

А хочу ли я дать ему этот шанс?

– Да уж, – говорю.

– Вероника чудесная девушка.

И это верно.

– Знаю.

– Давно вы помирились?

Тебе то что?

– Неделю как.

Поворачиваюсь к нему. Отец сидит за письменным столом. Потирает виски. Он выглядит усталым.

– Не обижай её. Чтобы ты не сделал раньше. Больше не обижай.

– Да что ты знаешь, отец…

– Я знаю, что она любит тебя.

– И я её люблю.

Но тебя это не касается.

– Я вижу. Ты нашёл свою любовь. Так не теряй её снова. Я не имею права учить тебя, но всё-таки послушай меня. Можно любить человека, но всё равно его обижать.

Это он себе? О себе и о ком интересно.

– Да, я понял тебя. Но я, итак, это знаю.

На своём собственном опыте научен.

– Я рад.

Пора заканчивать.

– Нам пора ехать домой, – говорю и иду к двери.

– Я думал вы останетесь сегодня. На улице метель.

Он смотрит в окно.

– Мы не останемся.

Открываю дверь и выхожу. Пора забирать малышку и валить отсюда.

Захожу в гостиную. На диване сидит большеносый Пузищин. Роется в телефоне.

– Где София и Ника? – спрашиваю.

Он поднимает голову. Смотрит на меня. Ну и морда у него! Недовольная страсть как!

– Ваша мачеха повела мою жену и Вашу девушку в оранжерею.

Холодный, резкий голосок у этого чувака. Противная рожа и противный характер. Взгляд мне его разу не понравился. Особенно, когда он целовал своими губищами руку моей Ники, не отрывая при этом от неё свои маленькие глазки. Эх, залепить бы ему по большому носу!

Надо увозить отсюда Нику. София присела ей на уши со своими орхидеями.

Больше ни слова не говоря Пузищину, чёрте его, покидаю гостиную. Иду в оранжерею. Захожу.

– Ника, – зову.

– Я здесь, – тихо откликается девочка.

Иду на её голос. Она стоит в глубине оранжереи, рассматривает какой-то уродский цветок. Она одна здесь. Софии нет, Ольги тоже.

Подхожу к ней. Встаю сзади. Мм. Прекрасный вид!

– И тебе он нравится?

Пожимает плечами.

– Да, наверное. Но я больше люблю лилии.

Знаю.

– Где София и её подружка?

– Софии позвонили и она вышла. А Ольга пошла с ней.

Голос у Ники усталый.

– Поедем домой? – обнимаю её сзади. Прижимаю к груди. Откидывает голову мне на плечо.

– Да. Хотя София предлагала остаться у них сегодня.

– Знаю, отец тоже предлагал. Но я не хочу, малыш.

Она вздыхает.

– Ладно, тогда поедем. Сядешь за руль?

– Не хочешь продолжить роман с "Шевроле"? – шучу.

Смеётся.

– Не сегодня.

Хорошо. Я сяду за руль.

– Пойдём.

Беру её за руку. Идём в гостиную. Там полным ходом трещит София. Умница просто! Оставила Нику одну и даже не вернулась за ней в грёбаную оранжерею. Я думал, Софии нравится Ника. А она просто кинула её.

– Мы уходим, – говорю. Беру наши вещи. Подталкиваю Нику к выходу.

– Как уходите? – кричит София. – Я думала, вы у нас останетесь.

Бежит за нами.

Я помогаю Нике надеть шубу.

– Марк, почему так поспешно? Я…

– Ты идиотка что ли?

Она меня бесит просто. Хотела видеть Нику, а сама бросила её и болтает со своей белобрысой подружкой!

– Ч..что? – Лепечет.

– Марк, это невежливо! – Вскрикивает Ника.

Да вы что, издеваетесь?

– Невежливо? – говорю. – А вежливо бросить тебя одну и развлекать эту бабу?

Плевать мне, что Ольга здесь же стоит. Зачем она вообще поперлась за нами?

– Марк, – София сама не своя. Смотрит затравлено. – Я не хотела.

– Марк, перестань, всё нормально, – Ника пытается сгладить ситуацию. Да хрен там. Зачем мы вообще сюда приехали? Ах, да я должен был извиниться. И мои родственнички соскучились!

– Ты не хотела? – взрываюсь. – Ты София, нормальная вообще, бля?

София теребит своё необъятное платье.

– Что здесь происходит?

Это отец. Появляется в коридоре, идёт к нам быстро.

– Ничего, – Ника выступает вперёд, отталкивая меня. – Марк, успокойся.

Да, капец.

– Как хочешь, Ника. Меня все здесь уже бесят!

Все смотрят на меня. Ника поворачивается ко мне. Смотрит. Гладит по щеке.

– Подожди в машине, я сейчас приду, и поедем домой. Хорошо?

Голос по-прежнему усталый, но такой спокойный.

– Ника, я…

– Марк, – она встаёт на цыпочки, прижимается ко мне, целует легонько. – Иди, я буду через пару минут.

Хорошо, малыш. Кидаю взгляд на стоящих в коридоре людей. Они уставились на нас. Я разворачиваюсь и выхожу на улицу. Снег валит как ошалелый. Я иду к машине. Сажусь. Скорей бы Ника вышла! Не могу больше находиться здесь. Вижу, как заезжает машина Вадима. Его только не хватало!

Из дома выходит Ника. Трёт о чём-то с Вадимом. Кидает взгляд в мою сторону. Хрен я выйду. Даже не проси.

Машет рукой Вадиму и идёт к машине.

– Можем ехать, – говорит Ника, когда опускается на сиденье рядом со мной. Наконец-то. Дорога длинная. Ещё и снег валит. Едем.

– Ты поступил некрасиво, – говорит Ника, смотря в окно.

Молчу. Нормально я поступил. Нечего было Софии бросать Нику одну.

– Марк!

– Ника.

– Ты не должен был кричать на Софию. Она очень расстроилась.

– Плевать.

– Нет, не плевать.

– Ника, не надо меня учить. Сиди, пожалуйста, молча, – рявкаю на неё.

– Так, значит?

– Да, и не говори мне под руку. Ты видишь, какая погода на улице? Дорога скользкая, а ты зудишь. И, вообще, София сама виновата!

– Марк ты…

– Стоп! – кричу на неё.

Ника замолкает. Хорошо. Не хватало ещё ругаться, сидя за рулём!

До дома мы больше не разговариваем. Когда, наконец, подъезжаем к дорожке, Ника дремлет.

– Ника, – тихонько трогаю её за плечо.

Она открывает глаза.

– Приехали.

Она открывает дверцу и выходит.

– Книги занесём завтра, – говорю по пути домой.

Молчит. Обижается.

Заходим домой, раздеваемся. Хочу помочь ей снять шубу, но Ника отходит от меня. Качает головой. Блин, очередной бой нам точно предстоит. А я устал и спать хочу.

Ника идёт на кухню, я в спальню. Я не хочу ругаться. Достало.

Раздеваюсь. Кидаю шмотки на кресло. Не на пол! Расправляю кровать. Ложусь. Тут одиноко без Ники. Ворочаюсь долго. Придумываю, наконец, что подарю моей девочке на день рождения. Она, думаю, обрадуется моему подарку. Он не будет совсем уж обычным. Главное успеть заказать его. И чтобы он был готов в срок. Есть у меня один приятель, который может сделать работу быстро и качественно. Завтра же ему позвоню.

Чёрт, да где же Ника? Не могу уснуть без неё. Она мне бойкот объявила что ли? Не хочет спать со мной в одной кровати? Как бы ни так!

Я не слышал её шагов. Значит она внизу. Встаю. Выхожу из комнаты. Спускаюсь на первый этаж. Дверь на кухню закрыта. Из-под двери виднеется свет.

Раскрываю дверь в кухню. Вижу уже знакомую картину. Чёрт!