Развод. Семейная тайна (СИ)

Глава 27

Ася услышала звонок, когда уже почти заснула. Лежала в постели, рука на животе, слушала тишину особняка и думала о Гордее. Он уехал часа три назад — сказал, так как Аделия позвонила ему крича, что ей плохо, что она беременна от него. Что у них будет малыш. Осознание этого разбивало мое сердце каждый раз. Он обещал перезвонить.

И вот — звонок.

Сердце подскочило к горлу. Она ответила сразу, не глядя на экран.

— Гордей? Что с ней?

Голос его был низким, напряженным, как струна перед разрывом:

— Все стабильно. Кровотечение остановили, она выживет.

Ася закрыла глаза. Попыталась обрадоваться. Но радость почему-то не приходила. Только пустота. И тревога.

— Тогда почему ты такой… странный?

Он помолчал. Этот молчание было страшнее любых слов.

— Беременности не было, Ася, — наконец произнес он. — Никакого ребенка. Это была ложь. Еще одна игра.

Она почувствовала, как внутри все оборвалось. Хотела сказать что-то, но голос пропал.

— Я был уверена — прошептала она. —

— Да, — резко ответил он. — но она могла умереть. По собственной глупости или чьему-то расчету. Я знаю кто ей помог создать этот спектакль. Ася села на кровати. Руки дрожали. Голова шла кругом.

— Значит… все будет не так хорошо?

Еще одно долгое молчание.

— Да, — сказал он тихо. — Теперь я в клетке похуже. Они знают, как добраться до меня. Через тебя. Через Лию.

У нее перехватило дыхание.

— Что ты имеешь в виду?

— Инесса была здесь, — голос Гордея стал каменным. — Она приехала сразу после нас. Знала всё. Даже то, чего знать не должна была. И она намекнула… — он замялся, и Ася поняла: это хуже, чем она думает.

— На что?

— На то, что даже самые полезные препараты могут быть опасны, если кто-то решит изменить состав. Или дозировку. Или просто "забыть" про аллергию.

Ася замерла.

— Ты хочешь сказать… что они могут попытаться навредить мне? Через витамины? Через еду?

— Я хочу сказать, что с этого момента ничего не принимай без моего одобрения. Петр уже проверяет всё, что тебе давали. Я не позволю им сделать тебя мишенью.

Его голос был уверенным, но Ася чувствовала за этим страх. Его страх.

— Гордей… — прошептала она. — Нам лучше расстаться? Пока это не зашло слишком далеко?

Он резко вдохнул.

— Ты шутишь?

— Нет. Я не хочу быть причиной твоих войн. Я не хочу быть оружием в чужих руках. Если мы будем вместе, они всегда будут использовать меня против тебя. Ты же сам сказал — теперь они знают, как до тебя добраться.

— Не смей так говорить! — в его голосе проскользнуло отчаяние. — Не сейчас. Не после всего…

— Я люблю тебя, Гордей. Но любовь не должна быть войной. И не должна быть риском для жизни. Особенно для жизни нашего ребенка.

Она замолчала, слушая его дыхание. Оно стало тяжелым, срывающимся.

— Ася… — голос его дрогнул. — Не делай этого.

— Я не ухожу, — прошептала она. — Просто… пусть будет пауза. Пока ты разберешься с ними. Пока я буду в безопасности. Мы оба будем.

В трубке повисло молчание. Такое длинное, что Ася подумала — он уже положил трубку.

Но нет.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Как скажешь. Только знай… если ты решишь вернуться — я буду ждать. Где бы ты ни была. И кем бы ты ни стала.

Она хотела ответить, но он уже отключился.

Телефон выпал из ее рук на кровать. За окном свистел ветер. И впервые за долгие месяцы, она почувствовала себя одинокой. Совсем.