Суккуб для Проклятого, или Ты мое наказание

Словесная дуэль

— Дерзкое заявление, — хмыкнул Дэйк. — Надеешься покорить меня своими демоническими чарами?

— О, ни в коем случае! — рассмеялась я. — Это будет неспортивно. Так что никакой магии, лишь моё природное обаяние.

— Вряд ли у тебя что-то получится.

— Почему нет? Мы уже убедились опытным путём, что проблем с эрекцией в моём присутствии у тебя нет. Более того, даже сейчас ты реагируешь на меня, хотя я ничего особенного не делаю.

Тут нашей милой беседе помешал официант, вернувшийся с ведёрком со льдом, в котором стояла бутылка вина, и двумя бокалами.

— Ужин будет готов в течении получаса, — сообщил он, с опаской поглядывая на меня.

— Чудесно, мы никуда не торопимся, — заверила я его с самой очаровательной улыбкой из своего арсенала.

Одним ловким движением юноша откупорил бутылку, разлил рубиновую жидкость по бокалам и удалился, вновь оставив нас с Дэйком наедине.

— Ты физически не способна не флиртовать? — мрачно поинтересовался охотник, наградив меня колючим взглядом.

— Флиртовать? — я изобразила удивление. — Не понимаю, о чём ты.

— Вот прямо сейчас. Ты строила глазки официанту и призывно улыбалась ему.

— Возможно, — я пожала плечами и взяла свой бокал за тонкую ножку. — Некоторые реакции тела сложно контролировать. Если тебя подобное моё поведение задевает — приношу искренние извинения. Я не специально.

— То есть ты сейчас не пыталась соблазнить этого мальчишку? — с подозрением уточнил Дэйк.

— Ни в коем случае. Как ты верно заметил, он ещё мальчишка. А меня не привлекают дети.

— Внешне я выгляжу не сильно страше него, — заметил Дэйк. — Как, впрочем, и ты сама. Не знай я, что твой возраст перевалил за пятьсот, не дал бы больше двадцати лет.

— В этом прелесть бессмертия, — усмехнулась я и пригубила вино. — Хм, а действительно неплохо. — Я потянулась и повернула бутылку к себе этикеткой, чтобы рассмотреть название. — Надо будет запомнить на будущее.

— Я видел множество тебе подобных, уже к столетнему возрасту выглядевших как древние старухи, — заявил Дэйк, не сводивший с меня пристального взгляда.

— Да, в последнее время я тоже замечаю подобную тенденцию, — отозвалась я равнодушно. — Большая часть общества перестала относиться к суккубам и инкубам, как к бездушным монстрам, и они стали очеловечиваться. Как итог: сокращение продолжительности жизни и старение.

— Вы ведь вроде бы страеете по тому же принципу, что и маги? — Дэйк выглядел искренне заинтересованным, хотя я пока не могла понять причину подобного интереса.

— Да. Меньше негативных эмоций — дольше живёшь и моложе выглядишь. Чем больше переживаешь и страдаешь — тем хуже тебе.

— Занятно, что при столь насыщенной биографии ты сохранила лицо юной девочки.

Это был камень в мой огород. И хотя голос Дэйка звучал ровно, я подспудно ощущала осуждение, исходящее от мужчины.

— Могу то же самое сказать и о тебе, — отозвалась я. — У тебя за эти годы было столько напарников… и все они погибли. А у тебя не прибавилось ни одной морщинки.

— Моя работа сопряжена с риском…

— Это не оправдание, — перебила я его, после чего сделала ещё один глоток из бокала. — Чувства и эмоции не поддаются контролю. Ты можешь сколько угодно убеждать себя, что это нормально, умереть на работе от лап какой-нибудь тёмной твари, но сердце всё равно будет скорбеть по дорогому человеку.

— Возможно, у меня просто нет сердца? — предположил Дэйк, а затем, отсалютовав мне бокалом, добавил: — Как, впрочем и у тебя. Скольких ты там мужей похоронила?