— Что?
Я ошеломлённо смотрела на Дэйка, пытаясь осознать услышанное. Пазл почему-то никак не хотел складываться.
— Подожди, — я нахмурилась. — Я не понимаю. Как это можешь быть ты?
— Сейчас или тогда? — уточнил Дэйк, пристально глядя на меня.
— Тогда. С сейчас всё понятно: в тебе взыграли собственнические инстинкты, и ты не мог позволить меня «лечить» кому-либо, кроме себя самого.
— В тот раз было то же самое. Ты была ранена и слаба и нуждалась в помощи. А я не смог найти в себе силы отдать тебя кому-то другому.
Это всё ещё не имело никакого смысла.
— Почему?
— Потому что я люблю тебя. И всегда любил.
Сердце пропустило удар, а затем испуганной пташкой затрепыхалось у меня в груди.
— Почему тогда ты сбежал? — спросила я, пока не находя в себе силы поверить в искренность этого признания. — Я думала, ты сожалел о том, что связался с суккубом.
— Ты не выпускала меня из постели три дня. А мне нужно было явиться на службу, я и так пропустил одно дежурство, за что, кстати, получил суровое наказание. Впрочем, неважно. Убедившись, что кризис миновал и ты заснула, не нуждаясь больше в постоянном сексуальном контакте, я ушёл на службу. А когда вечером того же дня вернулся, тебя уже не было.
— Я очнулась одна в пустом доме и решила, что будет лучше уйти, — объяснила я свой поступок. — Я думала, что совершила насилие над ни в чём неповинным человеком, принудив его к сексу с помощью своей магии.
— Ты была не в состоянии применить свои суккубьи чары, — покачал головой Дэйк. — Кроме того, на меня они не действовали ни тогда, ни сейчас.
— Чушь! — возмутилась я. — Ты прекрасно реагируешь на мои чары.
— Потому что это ты, — парировал Дэйк. — Окажись на твоём месте любой другой суккуб, эффект был бы нулевым.
— Допустим. Но почему ты мне ничего не сказал? Почему все эти годы делал вид, что нас ничего не связывает?
— Потому что считал, что это ты сожалеешь о том, что произошло между нами и поэтому притворяешься, будто ничего не было.
Я недоверчиво посмотрела на него. А спустя мгновение меня накрыло осознание, от которого по спине пробежали мурашки.
— Тот суккуб, которую ты любил и которая оставила тебе шрам на шее. Это была я?
Дэйк тяжело вздохнул.
— Да, — подтвердил он и пояснил: — Первые сутки ты металась в бреду и, несмотря на то, что не спала, мучилась от кошмаров. Во время одного из них ты меня и ранила. Впрочем, сама же рану и исцелила, не позволив мне истечь кровью.
— Мне жаль, — я ощущала острое чувство вины, стальным клинком вонзившееся в сердце.
— А мне нет, — отрезал Дэйк. — Ты была на грани, я тебя спас. И безмерно рад, что смог это сделать. А шрам… — Дэйк улыбнулся. — Я ношу его с гордостью. Как напоминание о том, что, пусть и ненадолго, но ты была моей.
Я укоризненно покачала головой, однако внутри разлилось приятное тепло от осознания, что свой первый раз я разделила именно с этим мужчиной.
— И что мы теперь будем делать? — спросила я, нервно сжав пальцы.
— Я всё ещё должен тебе два свидания, — напомнил Дэйк с безмятежным выражением лица. — И было бы неплохо вернуть «Дом огненных цветов» на прежнее место. Мне, знаешь ли, нужен мой напарник. Да и детям неплохо было бы подыскать хороший дом.
— Эд, наверно, там уже на стены лезет от скуки, — тихо рассмеялась я.
На душе стало легко и спокойно. И хотя я знала, что простыми наши отношения с Дэйком точно не будут, я даже не сомневалась: мы справимся со всеми трудностями. Вместе.