Оказавшись в своей комнате, я устало опустилась на кровать и задумалась. Нужно было как-то договориться с Савьером, чтобы он позволил мне хотя бы себя осмотреть. Вот только как это сделать с учетом нетерпимого, вредного характера генерала?
Я с трудом сдерживала смех, представляя, какое безумие творится у бедняги в голове. Это в моем мире поход к врачу-женщине не воспринимался мужчинами как что-то необычное. Здесь же я для Савьера выглядела как девица крайне распущенных нравов. Вот только это было не так, ни в моем мире, ни в этом. Не то чтобы я страдала излишним целомудрием, скорей уж причина была в трудоголизме, вот только серьезных отношений с мужчиной я так и не завела.
Приближалось время обеда, а я так и не решила, что делать дальше. Понятно было, что нужно попытаться зайти к генералу еще раз, но не сейчас. Он явно еще не успокоился, на дворецкого орал так, что стекла в особняке дрожали. Уж не знаю, чем бедняга его так огорчил, но глядя на обстановку я бы тоже загрустила.
Любопытно, могу я попросить слуг генерала немного изменить жизненный уклад? Или они осознанно выбрали такое угрюмое существование? За относительно недолгое время дом Савьера превратился в обитель безнадежно больного мужчины, напрочь лишенного веры в чудо. Да так и от простуды окочуриться недолго! Глаз и сердце должны находить повод для радости. Всегда, даже в самые сложные времена нужно искать свой лучик света. Но обитель Савьера к этому решительно не располагала.
На обед неожиданно пожаловал Лерой. Я слышала, как он зашел поздороваться с генералом, но пробыл в комнате угрюмого мужчины недолго. А потом вдруг постучал в мою дверь.
— Матресс Пирс, могу я с вами поговорить?
Я поспешила открыть. Глупо прятаться от того, кто платит мне деньги. Или это деньги Савьера? Неважно.
— Светлого дня, лорд Бофер, — улыбнулась я.
В полумраке коридора Лерой казался таким же неуместным, как рождественская елка в мрачном колдовском лесу. Он был одет в белоснежный камзол с золотыми родовыми знаками, черные брюки и сапоги, начищенные до такого блеска, что зеркало бы не понадобилось, вздумай я полюбоваться на свое отражение.
— Я попросил Ганса соорудить для нас что-нибудь на обед. Разговаривать лучше на сытый желудок, верно? — подмигнул Лерой.
Любопытно, выглядело его поведение не то как неуместный флирт, не то как попытка расположить к себе. В любом случае, глупо было отказываться от еды, я и правда проголодалась. Единственное, что меня удивило, так это желание лорда потрапезничать без хозяина дома.
— Генерал не будет против? — уточнила я.
— Март не покидает свою комнату, матресс Пирс, — мрачно сообщил Лерой. — С тех пор, как с ним случилась эта беда, он предпочитает одиночество. Так что вряд ли он осудит двух одиноких людей, решивших побеседовать за обедом. Тем более, мне есть что вам сообщить.
— Хорошо, — осторожно согласилась я. — Идемте.
В огромном особняке Савьера Лерой ориентировался свободно, очевидно, что бывал он в гостях у друга не раз. Да и Ганс относился к нему с тем же почтением, с каким слуги обычно относятся к своему господину. Не успели мы сесть за стол, несколько горничных шустро вынесли блюда и удалились.
— Лорд Бофер... Вы ведь понимаете, что у меня нет титула? — я оглядела сервированный золотыми тарелками стол. — Уверены, что стоит обедать с прислугой?
— Вы здесь в роли целителя, Мари, — проникновенно улыбнулся Лерой. — Не забивайте свою прекрасную голову подобными мелочами. И потом, разве еда нужна только тем, у кого есть титул? Поверьте, если вы поставите Марта на ноги, проблема вашего происхождения...
— Прошу прощения, лорд Бофер, — перебила я. — Я не считаю свое происхождение проблемой. И да, с удовольствием попробую и бульон, и вот эту потрясающе пахнущую индейку. Главное, чтобы вас это не смущало.
— Никоим образом, — прищурился мужчина. — Знаете, матресс Пирс... Вы не похожи на других девушек вашего круга. Обычно они ведут себя иначе. Впрочем, может быть, в этом и есть ключ...
— Ключ к чему? — поинтересовалась я.
— Перед тем как постучаться к вам, — начал Лерой, наливая мне в кубок ягодный отвар, — я зашел к Марту. И нашел его в крайне любопытном настроении.
— Он был очень зол, — догадалась я.
— Зол... - хмыкнул Бофер. — Да, похоже на то. Март был в ярости. Он кричал, что я перешел все границы, когда привел вас сюда. И что он был дураком, что согласился на шарлатанство. И руки на него накладывать не нужно. В общем, мне до жути любопытно, чем вы его так рассердили?
— Вам лучше не знать, — потупилась я, припоминая совет про куртизанку. — Значит, я возвращаюсь домой?
— Ни в коем случае, матресс Пирс! — воскликнул Лерой. — Вам не хуже меня известно, что одна из важных составляющих выздоровления — настрой. И все это время я с ужасом наблюдал, как мой друг угасает на глазах: он потерял надежду, не желал выходить из комнаты, общался только со мной и слугами.
— Кажется, и сейчас ничего не изменилось, — пожала я плечами, с наслаждением положив в рот кусочек запеченной индейки.
— Вы ошибаетесь, — покачал головой лорд. — Знаете, о чем меня попросил Март, когда я уходил?
— Ума не приложу.
— Открыть окно, матресс Пирс.
Открыть окно, значит? Что ж, кажется, еще не все потеряно. А генерал определенно еще не догадывается, что я так просто не сдамся. И киснуть в темной комнате молодому и привлекательному мужчине не позволю!
Оставшееся время я посвятила поиску информации в библиотеке. Долго, непривычно после глобальной паутины, но это ничего. А еще расспросила Ганса о том, как прежде проводил время генерал. Так что к вечеру у меня в блокноте был целый план действий.
И с первого пункта началось уже следующее утро, когда я решительно постучала в дверь комнаты Савьера...