Тайная сила врача-попаданки

Глава 15

Несмотря на заверения Ганса, что мне полагается трапезничать в столовой, я отправилась на кухню. Даже если мой статус целительницы в этом доме отличается от статуса прислуги, разговаривать за чашечкой ароматного чая куда сподручней, чем восседая в кресле с шелковой обивкой, когда собеседница мнется перед тобой с подносом в руках.

Немаловажно было и то, что ни разу за все время пребывания в доме генерала, я не встретила никого из слуг, кроме вездесущего дворецкого. А они, несомненно, были. Кто-то отвратительно ухаживал за розами в саду, заливая их целым озером воды, кто-то готовил так, что от одного аромата слюнки текли, а кто-то нехотя гонял пыль по углам. И это, определенно, был не Ганс, искренне считающий своим долгом или провожать меня из комнаты в комнату, или подслушивать.

В своей правоте я убедилась, едва ступила на порог кухни. В огромной кастрюле бурлило что-то умопомрачительно вкусное, а над ней колдовала с половником пышнотелая кухарка в чепце и белоснежном некогда передничке, теперь заляпанном красноватым соусом.

При виде меня женщина неловко взмахнула руками и... упустила половник, который тотчас с чавканьем утонул в кастрюле.

— Я вас напугала, простите, — потупилась я. Ссориться с кухаркой в мои планы не входило.

— Крадешься, будто кошка, — беззлобно отмахнулась та. — Ты, никак, та самая целительница? Мари?

— Это я, — улыбнулась я. — А вы?

— Моника. Проголодалась? Или его высокопревосходительство чего изволит?

Пару мгновений я пыталась сообразить, о ком она. Лишь потом догадалась, что речь шла о Савьере. Я покачала головой и призналась:

— Хотела пообедать, если можно. Но не в столовой, там как-то одиноко.

— Еще бы, — понимающе хмыкнула Моника. — Поболтать-то не с кем. А из генерала собеседник такой, что с камнем говорить и то приятней. Ой, я тебе такого не говорила.

— На меня как раз в этот момент напала глухота, — хихикнула я. — А пока я все еще плоховато слышу, да и в памяти у меня вот именно сейчас провал, может, расскажете что-нибудь? О генерале?

— Чего попросту болтать, — мигом засуетилась кухарка, споро выставляя на стол посуду на троих. — Вот сейчас Глория обедать явится, потолкуем. И это, ты мне не "выкай", не привычная я к такому.

Глорией, как оказалось, звали совсем молоденькую горничную. На вид ей было лет пятнадцать, на самом деле девушка уже была совершеннолетней, просто детство выдалось тяжелое и голодное. На мир она смотрела глазами испуганного котенка.

При виде меня Глория охнула, попятилась, так что Монике почти пришлось ловить бедолагу, чтобы ненароком не сбежала в коридор без обеда.

— А Ганс здесь не обедает? — уточнила я. С ним беседы точно не получится.

— Этот-то? Таких снобов поди поищи, нет, он ходит в ресторацию напротив. Говорит, привык к изысканной пище. А у нас тут все просто: суп да каша. Генерал изысков не любит, — пояснила Моника.

— Зато Ганс за него умереть готов, — пискнула Глория. — А то, что характер тяжелый... Так и у генерала не сахар.

— И то верно, — согласилась кухарка. — Ну, Мариша, выспрашивай, чего хотела, не стесняйся.

Я улыбнулась. На кухне было тепло и уютно, в простых плошках дымился мясной бульон, а с Моникой и Глорией я неожиданно почувствовала, что можно немного расслабиться. И что ничего дурного не случится, если я и впрямь их немножечко расспрошу.

— Я хотела спросить про генерала, — осторожно начала я. — Он всегда был таким...

— Нелюдимым? — подсказала бойкая кухарка. — А вот как обезножел, так и стал. Хотя, положа руку на сердце, к нему и прежде гости не захаживали. Только лорд Бофер, да и тот... Ох, болтаю много, хороший человек Лерой, пальто мне зимнее справил, когда мое износилось...

— Генерал не платит вам жалованье? — удивилась я. Странная какая-то история, мне показалось, или Моника едва о чем-то не проговорилась?

— Платит, как не платить. Да я потратилась на снадобья для супруга. Вот и не хватило на пальто.

— А супруг где? — тихо спросила я.

— Так вона, — Моника махнула в окно. — Отобедал уже да в сад ушел, розы, говорит, не политы.

— Розы там утоплены, — хихикнула Глория.

— Чем бы мужик не тешился, — пожала плечами кухарка. — Его высокопревосходительство не слишком цветы жалует.

— А что он любит? Моника, милая, расскажи, пожалуйста, — взмолилась я. — Мне ведь вылечить его надо, а как лечить, если он сам того не желает? Может, хоть взбодрить его чем-то удастся.

— Шпагу подари, — хихикнула Глория. — Не ошибешься. Только удовольствие дорогое, но можно лорду Боферу намекнуть. Он мигом ради друга расстарается.

— Мы еще не на той стадии отношений, — фыркнула я, — чтоб подарками друг друга радовать. Может, пригласить кого-нибудь?

— Если ты про женщину, то даже не думай, — предупредила Моника. — Выгонит взашей. И ее, и тебя.

— Почему? — насторожилась я.

— Потому, — буркнула кухарка.

К счастью, Глория оказалась не прочь посплетничать на эту тему.

— У генерала раньше невеста была, — пояснила она. — Ну и, в общем...

— Теперь нет, — кивнула я.

— Нет... Она ему честно сказала, что замуж собиралась за генерала, а не за калеку. И что ни одна девица в здравом уме за него теперь не пойдет.

— А раньше очередь стояла? — недоверчиво поинтересовалась я, мысленно прикидывая, какой мерзопакостной гадюкой оказалась бывшая невеста Савьера.

— Очередь, скажешь тоже, — засмеялась Моника. — Такого поди выдержи. Хотя, говоря по чести, человек он хороший, сердце у него большое. Но коли чего не так, церемониться не станет. А мы же, женщины, ласку любим, мягкость.

— Он всегда в комнате? — допытывалась я. — Может, есть что-то, чтобы можно было его вывезти?

— Так полно всего, — с готовностью принялась перечислять Глория. — И кресло на колесиках, и кровать особая, и магические костыли. Было бы желания.

Я задумалась. Если в поместье такой арсенал разных приспособлений, значит, выволочь гулять генерала — задача достаточно простая. Технически, разумеется. А вот уговорить его на это будет куда сложнее. Может быть, Лерой что-нибудь подскажет? Но его еще дождаться нужно было...

— Засиделись мы, — вздохнула Моника. — Пора высокопревосходительству обед нести. Он завсегда в это время трапезничает. Лори...

— Я отнесу, — вызвалась я, ловко перехватывая у Глории поднос.

Порядки в доме царили странные. Но я здесь как раз для того, чтобы что-то изменилось. Желательно, в лучшую для угрюмого генерала сторону. Поэтому через пару минут я уже барабанила пяткой в дверь спальни Савьера с криком:

— Обед подан, ваше высокопревосходительство!