Тайная сила врача-попаданки

Глава 6

Двух золотых на оплату дома, естественно, было недостаточно. Поэтому утро у меня началось не только с завтрака, но и с практически военного совета с Джули. Сегодня был свободный день: желающих размять косточки на кушетке матресс Пирс не нашлось. И это меня откровенно удручало.

В нашем мире у хорошей массажистки никогда не было отбоя от клиентов. Мой ежедневник пух от количества пациентов, которые записывались на мое рабочее время, пытались занять нерабочее, а еще забивали местечки на тот случай, если кто-то из уже записавшихся откажется. Здесь же мы с Джули скучали в пустом зале, неторопливо попивая дымящийся травяной отвар.

— А завтра у нас кто-то есть? — с надеждой поинтересовалась я.

Да уж, решение сложить все яйца в одну корзину, в том смысле, что и я, и подруга были зависимы только от тех, кто соберется воспользоваться моими услугами, было в корне неправильным. Работай Джули писарем, в смысле личной секретаршей, у какого-нибудь высокопоставленного господина, было бы куда проще. Во всяком случае, был бы какой-то еще доход, на который мы с ней могли бы рассчитывать.

Сейчас же выходило грустно: два дня из отведенных ростовщицей уже прошли, а мы не набрали и четверти нужной суммы. Бегать каждый день со склянками на площадь, по словам Джули, тоже было затеей малоэффективной.

— Никого, — вздохнула подруга, листая практически пустой блокнот.

— Слушай, я вот понять не могу, никто не болеет что ли? Неужели вокруг так мало тех, кому требуется исцеление растиранием?

Слово "массаж" здесь было не в ходу, поэтому приходилось изъясняться несколько витиевато. Но это меня смущало куда меньше, чем то, что и сам массаж тоже был не в ходу. И я упорно не могла понять, почему.

Вот только не учла, что в картину амнезии такой вопрос не особо укладывался, поэтому Джули снова испуганно на меня вытаращилась, сделала нервный глоток отвара, но объяснять все-таки принялась.

— Понимаешь, Мари... - осторожно начала она, — то, что ты делаешь... Оно помогает, иногда куда лучше, чем методы целителей. Но...

Она замолчала, будто старалась правильно подбирать слова. Но выходило у нее не то чтобы хорошо.

— Говори, как есть, — посоветовала я. — Все свои же.

— Ты трогаешь тело! — вдруг с ужасом выпалила Джули.

Настал мой черед поперхнуться отваром.

— И? А целители не трогают? А человека как осматривают?

— Глазами, Мари, — горестно пояснила подруга. — С соблюдением всех приличий. Никто и не подумает обнажаться перед целителем полностью, достаточно остаться в нижнем платье или нижней рубахе для мужчин. А у тебя приходится терпеть прикосновение ладоней к голому телу, понимаешь?

— То есть бедного парнишку я практически обесчестила, погладив по щиколотке? — уточнила я.

Лучше бы я не спрашивала. Потому что выходило, судя по выражению лица Джули, именно так. Прекрасный мир, с каждой минутой он нравится мне все больше. Даже девиз местной знати просится на язык: хромой, но не обесчесченный. Ужас-то какой!

— А как быть с теми, для кого такого рода лечение — единственное? — поинтересовалась я. — Есть ведь случаи, когда иначе никак.

— На все воля судьбы, — пожала плечами Джули. — На самом деле, кто-то, кто это понимает, может решиться прийти к тебе тайно и анонимно. Но таких мало. Поэтому мы имеем то, что имеем: лечим бедняков и собираем монеты на дом.

Я только и смогла, что головой покачать. Не то чтобы я собиралась устраивать здесь революцию, но такой подход для меня был странным. Хотя, если вспомнить историю массажа, что-то подобное было и в нашем мире. И аргументы практически те же.

— Не грусти, Мари, — Джули протянула мне сдобное печенье. — Раз уж сегодня свободный день, а мы ничего не можем с этим сделать, давай хотя бы прогуляемся?

Предложение было интересным. Я еще не успела как следует осмотреться, так что торопливо оделась по местной моде и с готовностью последовала за подругой. Нетрудно догадаться, что мне бы не помешала подробная экскурсия, но приходилось притворяться, что я здесь уже была, просто чуть подзабыла.

Мне все-таки удалось выяснить, где мы покупаем продукты, где берем травы для отваров, где живет сын лавочника Джозеф, по которому тайно вздыхала Джули. Впрочем, смотрел этот самый Джозеф на нее так, что я всерьез подумала о том, чтобы как-нибудь подтолкнуть их друг к другу.

А потом мы вышли на площадь. Ту самую, где вчера торговали отварами. Сегодня она была также многолюдна, шумна и хаотична. Люди прогуливались с интенсивностью муравьев в разбуженном муравейнике, перетекая толпами от одного края площади к другому.

Мы с Джули прокрались по ободку площади, чтобы не помешать никому из знатных горожан праздно проводить время. И почти уже покинули площадь, собираясь направиться в ту часть города, где располагалась регулярная ярмарка — Джули уговорила меня поглазеть на одежду — как вдруг за спиной послышалось:

— Матресс Пирс! Постойте, матресс Пирс!