Тайная сила врача-попаданки

Глава 8

— Мари... - предостерегающе начала было Джули, но перспектива заработать внушительную сумму, которой, возможно, хватило бы на выкуп дома целиком, а не по частям, показалась мне привлекательной.

Да и общество здесь, судя по тому, что рассказывала подруга, весьма целомудренное. Так что вряд ли стоит ожидать от лорда чего-то такого, что опорочит мою местную честь. В общем-то, не сказать, чтобы я сильно за нее переживала: в том мире, в котором я провела всю свою жизнь, добрачные отношения совершенно никем не осуждались. А здесь и вовсе речь шла о целительских услугах, а не об интимных.

— Я согласна, — выпалила я прежде, чем Джули успела закончить фразу.

— Прекрасно, матресс Пирс, — легкая улыбка тронула губы Лероя. — Тогда завтра утром вас будут ждать. Вот адрес. Первую тысячу золотых вы получите завтра, если явитесь в дом Савьера.

— Мари... - почти рыдая позвала Джули, но я уже взяла бумажку с адресом из рук лорда Бофера.

Мужчина едва заметно склонил голову в знак благодарности и стремительно скрылся в толпе. Видимо, разговор с простолюдинкой тут тоже был не сказать чтобы обычным делом.

Зато Джули никуда не делась. Ухватила меня за локоть и потащила прочь с площади, петляя незнакомыми улочками и шипя на бегу как клубок разбуженных змей. Только добравшись до дома, который, если бы не внезапное предложение, точно стал бы чужим, подруга перевела дух и устало рухнула в кресло.

— Вот скажи мне, ты что творишь? — взвыла она, глядя на меня так, словно я только что записалась в ряды куртизанок.

— Собираюсь вылечить, ну или хотя бы попробовать это сделать, какого-то богатея, — пожала я плечами. — Не вижу в этом ничего страшного.

— Серьезно?! Ничего страшного? — Джули округлила глаза. — А как насчет того, что тебе придется... - она набрала в грудь побольше воздуха, чтобы произнести продолжение фразы, которое, несомненно, далось ей с огромным трудом, -... его трогать?!

— Вряд ли его нужно в этом смысле поднимать, — фыркнула я. — Понимаешь, какая штука, мой способ лечения и заключается в том, чтобы трогать людей. Воздействовать на спящие мышцы, все такое.

Подруга закрыла глаза руками. Что-то определенно было не так, и нужно было срочно выяснить, что. Потому что против леди с золотыми монетами и мальчика, которого я лечила из благотворительных побуждений, Джули ни капли не возражала. И мне вдруг в голову пришла одна догадка, которую я тотчас озвучила:

— Я никогда не брала пациентов-мужчин, да?

Судя по мычанию подруги, так и не убравшей руки от лица, в этот раз я попала в яблочко. Вот ведь незадача... Может, и правда нужно было сначала посоветоваться с подругой, которая в этом мире, в отличие от меня, прожила всю жизнь и прекрасно знала о всех этих подводных сословных, нравственных и прочих камнях. Но я-то уже согласилась.

— Ты можешь просто не прийти туда завтра, Мари, — тихо предложила Джули. — В тот дом. Может, ты адрес по пути выронила. Или читать не умеешь, такое нередкость. Или...

— Я пойду, — перебила я подругу. — Слушай, никто не узнает о том, что и как я там делаю. Мне не обязательно кричать на каждом углу, что я — личная массажистка...

— Кто?

— Руконалагательница, — фыркнула я. — Мартина Савьера. В общем, я пойду, посмотрю, что там и как. Может, он и сам не согласится. А может, мы через пару недель выкупим дом и будем жить спокойно и счастливо.

— Не такой же ценой! — воскликнула Джули.

— Нормальной ценой, — возразила я. — Я иду его лечить, только и всего. Ни грамма предосудительных действий, обещаю. А то, что мне придется к нему прикоснуться... Исключительно в целительских целях и ровно настолько, насколько потребуется.

Кажется, я была не особо убедительна. За ужином подруга была взволнована и молчалива, то и дело косилась в окно, где сиял огнями дом ростовщицы. Спать мы ушли непривычно рано, и через тонкую стену я слышала, как нервно ворочается на кровати Джули. Но сказать мне больше было нечего, кроме того, что все непременно будет хорошо.

На следующее утро я стояла у огромных кованых ворот, сжимая в руке бумажку с адресом. Мартин Савьер определенно не бедствовал: за воротами виднелась обширная территория ухоженного сада, хозяйственные постройки и огромный особняк с башенками и конусообразными крышами, напоминающий неприступный средневековый замок.

У ворот меня встретил самый настоящий стражник, который, услышав мое имя, открыл тяжеленные створки и кивнул на особняк. На крыльце меня уже ждал дворецкий, в руках которого даже издали угадывался мешочек с золотыми монетами. В доме Савьера действительно боялись, что я не приду. Вот только они нужны были мне ничуть не меньше, чем я им.

Если бы я только знала, с какими трудностями мне придется столкнуться... Но выхода у меня не было. И прозвучавшее из уст генерала "Пусть остается" стало каплей надежды для нас обоих. Для него — встать на ноги, а для меня — выкупить дом.