Экипаж Савьера прибыл ровно в назначенное время. Не знаю, кто помогал генералу со сборами, но выглядел он безупречно: идеальная выправка, ни щетинки на подбородке, даже волосы, кажется, были высушены с особой тщательностью. Единственным отклонением от местного этикета стало то, что мужчина не вышел из экипажа и не подал мне руку, но ему это было простительно.
Я ловко впрыгнула внутрь. Савьер сидел на скамейке, а коляска, видимо, была сложена в багаж. Так, пожалуй, даже лучше: создавалась иллюзия того, что с ним все в порядке. Краем глаза я заметила, как таращится на моего пациента Джули, и украдкой показала ей язык. Подруга хихикнула, пожелала всем светлого дня и скрылась в доме, а мы покатили по столичным улочкам в поисках колдуна, у которого генерал вознамерился прикупить какое-то зелье.
— От чего хоть лечитесь-то? — спросила я, когда мы миновали несколько кварталов в гнетущей тишине. — Точно не от излишней болтливости.
— Вы чрезвычайно проницательны, Мари, — хмыкнул Савьер. — Этим недугом я не страдаю. Зато вы, похоже, слишком любопытны.
— Я вас лечу, — возразила я. — И хочу знать, чем вы догоняетесь в свободное от рукоприкладства время. Вдруг что-нибудь не подействует, вы же все на меня свалите!
— Вряд ли у меня это получится, — покачал головой мужчина. — Знаете, Мари, впервые я вижу девушку, которая...
И вот тут я едва не скончалась от приписанного генералом недуга, в смысле, от любопытства. Потому что продолжить он не успел: экипаж резко замер, будто натолкнулся на невидимое препятствие, возница бесцеремонно распахнул дверь и заорал, словно Савьер был не парализованный, а глухой:
— Прибыли, мой генерал!
На мгновение Савьер застыл, а потом вдруг приказал:
— Выходите, Мари. Сделайте несколько шагов вперед и не оборачивайтесь.
— Это еще почему? — удивилась я.
— Потому что я попросил.
Я пожала плечами, с помощью возницы выбралась из экипажа и, как приказал Савьер, прошла несколько шагов. Мысленно досчитала до десяти, потом еще раз. Вскоре мне наскучило разглядывать глухой каменный забор, в который я практически уперлась, и я осторожненько обернулась.
К счастью, маневр мой остался незамеченным, зато я поняла, почему генерал строго запретил мне смотреть, как он выгружается из транспортного средства в коляску. Он попросту не хотел, чтобы я видела его слабость. Что ж, это его желание я вполне могла понять.
Сделав вид, что ничего предосудительного не делала, я снова уставилась на забор. Отвлеклась лишь тогда, когда справа появились колесики коляски.
— Благодарю, Рой, — сухо сказал Савьер вознице. — Дальше мы с Мари справимся сами. Верно?
— Куда денемся, справимся, — хмыкнула я, перехватывая у Роя ручки коляски. — Вы так и не сказали, за каким именно зельем мы идем в колдовскую лавку, мой генерал.
— Вам обязательно это знать?
— Естественно, я ведь говорила. К тому же шарлатаны всякие вас уже лечили, лечили и не вылечили. Так что...
— Это зелье действует, — перебил меня Савьер. — Я неоднократно в этом убеждался. Сейчас мои запасы исчерпаны, иначе вы бы и вовсе о нем не узнали.
— Долго будете загадками говорить? — рассердилась я. — Вдруг мне тоже надо пару капель чудодейственного эликсира, а я и не знаю. Что вы собираетесь купить?
Генерал так долго собирался с мыслями, что я уже подумала, что отвечать он не будет. И, когда его тихий голос нарушил тишину, даже вздрогнула от неожиданности.
— Мне нужно зелье забвения, Мари...