Игра проклятий. В заложниках интриг

Глава 15. Кровавая церемония |Кордия

План Кордии был прост: забрать Августина и вместе с ним отплыть в Кассию. И сделать это нужно как можно скорее. Что, если Бальтазар проболтается о том, что убийца короля жив? Этому разбойнику верить нельзя! Несмотря на предложенное перемирие, ее не оставляло ощущение, что он продолжает прятать камень за пазухой и может ударить в самый неожиданный момент.

Деньги, которые дал ей Дор, оттягивали карманы и немного успокаивали. Ей удастся купить им с братом место на корабле и даже продержаться несколько дней в Кассии. Кордии было страшно возвращаться. Она не знала, как ее примут после ее побега, найдутся ли те, кто встанет на ее сторону и примет как наследницу. Впрочем, главным сейчас было вернуться раньше отца и спасти маму. Возможно, у Августина будут какие-то идеи. Она понимала, что действует безрассудно, наудачу, но на другое у нее не было времени.

Встреча с Лейфом поставила на ее плане жирную точку. Кордия до конца надеялась, что у нее хватит сил сбежать, но ее захватчик оказался проворней. Он отказался ей объяснить, зачем она ему, и это встревожило ее. Что он задумал? Учитывая, что это Лейф, вряд ли это что-то хорошее.

Когда он ушел, Кордия свернулась калачиком в кровати. Она смотрела на то место, где всего несколько дней назад лежало тело Мины, и лихорадочно соображала, что ей делать. Первой мыслью было повторить старый трюк и выбраться через окно, но, подойдя к нему и глянув вниз, Кордия поняла, что это невозможно: слишком высоко, и охрана внизу не даст ей сбежать. Она ломанулась к двери и подергала ручку – заперто. Вытащив шпильку из волос, ведьма сунула ее в замочную скважину. Ей удалось попасть в механизм, уже раздался щелчок, но в этот момент шпилька сломалась.

– Вот тьма! – пробормотала девушка и с досадой отбросила сломанный конец в угол.

Кордия опустилась на колени, и приложив руку, решила попробовать открыть замок с помощью магии. Она никогда этого не делала, но в данный момент это было плохим оправданием. Медный шар вспыхнул в солнечном сплетении, и магия полилась в ее пальцы. Она сконцентрировалась и поднесла ладонь к замку. Представила, что она магнит, и тут же ощутила покалывание на коже. Раздался приглушенный звук, и остаток сломанной шпильки медленно вылез наружу. Кордия вытерла пот, бегущий по вискам и перевела дыхание. Теперь дело за малым: подчинить себе этот проклятый механизм!

С ним ей пришлось провозиться намного дольше. Она то сбивалась с ритма, то не могла ухватиться ментальным вниманием за защелку. А заклинание, которое она создала второпях, раскалило ручку до красна, вместо того чтобы показать ей то, что внутри.

Когда дверь, наконец, открылась, Кордия чувствовала себя, как выжатый лимон. Она схватила плащ и осторожно выскользнула в коридор. Там было пусто. Стражи поблизости не видно. Девушка бросилась к лестнице. Ей было жаль, что деньги, которые дал Дор, были потеряны и теперь ей и правда придется что-то украсть. Но об этом она подумает потом, сейчас самое главное – выбраться из дворца.

Графиня Локк выросла перед нею как из-под земли. Кордия замерла, а потом испуганно попятилась. Под взглядом черных глаз ей стало страшно, внутри все сжалось. Ей казалось, что он прожжет ее насквозь. В груди заныло, и девушка охнула, сползая вниз. Горячая волна обожгла шею, и она поняла, что графиня набросила на нее магическую петлю.

– Позволь, я провожу тебя в покои, – ледяным тоном произнесла мать Лейфа.

Опираясь рукой о стену, Кордия поднялась. Она могла начать сопротивляться, но это отнимет у нее последние силы и графиня все равно победит. И ведьма решила подчиниться.

Пока служанка укладывала ей волосы, Кордия гадала, для чего она нужна Лейфу и к чему ее готовят? Все ее вопросы графиня молча проигнорировала. Она сама выбрала для нее платье и украшения, а потом заставила выпить травяную настойку, от которой девушку бросило в жар, и ей захотелось спать. В сонном мозгу медленно проплывали мысли, что она серьезно подставилась. Ее никто не будет искать. Ведь Дор думает, что она уехала. Даже если Лейф забрал записку, он скажет ее брату об этом… И Оскар будет думать, что они с Августином в пути… Она горестно вздохнула, стараясь откопать в голове какую-нибудь идею, которая поможет ей выбраться из этой передряги.

– Ты прекрасно выглядишь, – сказала графиня Локк, оглядев Кордию с ног до головы. Ведьме показалось, что в ее голосе прозвучала гордость.

– Когда вы навещали меня в тюрьме, вы знали, кто я? – спросила Кордия.

– Конечно. Более того, благодаря мне Оскар нашел сбежавшую принцессу и спас ее от костра, – улыбнулась графиня. – Так что, в каком-то смысле, твоя жизнь принадлежит мне.

– Зачем? – спросила Кордия, сложив руки на груди.

– Ты важная часть моего плана, воплощением которого я занимаюсь последние пять лет, – сказала графиня и поправила прическу. – И, как ты понимаешь, я не могла дать тебе погибнуть. Большая часть того, что с тобой произошло, не случайность.

– Даже то, что я оказалась ведьмой?

– О том, что в тебе живет магия, твоей матери сказала я, – призналась графиня. – Я увидела тебя первой после акушерки. И как только взяла на руки, поняла, что ты обладаешь огромной силой. Твоя мать очень испугалась, а я тогда была слаба в магии, не могла ей ничего посоветовать. И кто-то предложил давать тебе солнечный чай… Это была единственная возможность спасти тебе жизнь.

– Я не знала, что вы с мамой дружили.

– Твой отец поставил крест на нашей дружбе, когда начал подозревать, что я ведьма. Он заставил твою маму прекратить отношения, – сказала графиня. – Поэтому мы встречались тайком и никогда не говорили об этом. Ты тогда была еще совсем крошкой…

– Поэтому вы сбежали из Кассии и бросили Лейфа?

– В твоем голосе слышится обида за него, – усмехнулась графиня Локк. – Но мне приятно, что ты переживаешь за моего сына. Если бы не обстоятельства, я бы никогда не бросила его. Мой отъезд был единственной возможностью спасти его, даже если он мне этого никогда не простит.

– К этому причастен мой отец?

– Нет, это был другой мужчина, – глухо ответила графиня и Кордии показалось, что она ненавидит его до сих пор. – Сейчас это не имеет значения.

– И какова моя роль во всем этом? – спросила Кордия. – Для чего все это?

– Чтобы ты спасла моего сына и восстановила справедливость.

– После всего, что Лейф натворил, его никто не спасет, – вздохнула Кордия и обхватила себя руками. – Я пыталась, правда. Только ему это не нужно.

Краем глаза она заметила движение и из струйки дыма материализовалась Талика. Призрачная девушка покрутила пальцем у виска и сделала вид, что надрывно хохочет, схватившись за живот. Кордию удивило, что графиня ничего не заметила. Или притворилась? В дверь постучала и вошла служанка, сообщив, что карета готова.

– Идем, – протянув ей плащ, сказала графиня.

Кордия покорно оделась и направилась к выходу. Обернувшись на пороге, увидела, как Талика села в кресло и послала ей воздушный поцелуй.

– Поспеши, – бросила графиня, направляясь к лестнице.

– Куда мы едем? – спросила Кордия, оглядываясь по сторонам. Она очень надеялась увидеть Дора, но эта надежда не оправдалась.

Графиня ускорила шаг и ничего не ответила.

***

Поднимаясь по ступенькам в храм, Кордия не знала, как унять дрожь. Графиня соизволила ей рассказать, что задумал ее сын, когда они подъехали. Первой ее мыслью было сбежать, но гвардейцы, которые обступили карету, тут же превратили эту идею в прах. Первой пошла графиня Локк, за ней в окружении солдат – Кордия. До ее слуха долетали крики, нос щекотало от запаха гари, и она чихнула. В городе происходило что-то страшное. Из отрывистых разговоров она услышала два жутких слова: «война» и «бой». Ее начало трясти еще сильнее, и, дважды споткнувшись на лестнице, она упала на колени. Ее тут же подняли под руки и почти понесли наверх.

Графиня Локк открыла маленькую кованую дверь, и Кордию затащили внутрь. Гвардейцы оставили ее и ушли. Она жадно отдышалась, вслушиваясь в голос Лейфа. Ведьма боялась представить, как сложилась судьба у Дилены. Услышав голос отца, она тихо содрогнулась. Он здесь! Это напугало и в то же время обрадовало ее: раз он не в Кассии, значит, это может продлить жизнь маме и, возможно, она все-таки успеет спасти ее.

– Только попробуй сделать глупость, – зловеще прозвучал голос графини. Она поправила платье Кордии и убрала от лица выбившуюся прядь. – Твой костер еще не погас, помни это, когда будешь давать клятву верности своему мужу.

Кордия не успела ответить, даже полностью осмыслить услышанное, как графиня толкнула ее вперед. Она по инерции сделала несколько шагов и увидела перед собой Лейфа. Он был в белом камзоле, забрызганном чем-то красным. Когда ее взгляд упал на Дилену, ее словно ледяной водой окатило. Дыхание перехватило, сердце забилось словно бешеное. Она силилась отвести глаза от мертвой принцессы, но не могла, словно кто-то заставлял на нее смотреть.

Чтобы обратить на себя внимание, Лейф так сильно сжал ей пальцы, что Кордия едва сдержала крик. Она дернулась, чем сделала себе еще хуже, хватка у Лейфа была железная. Жрец, бледный, как смерть, начал что-то говорить, и его голос вернул Кордию в реальность. Она старалась вникнуть в смысл его слов, чтобы не попасть в дурацкое положение. Хотя разве что-то может быть хуже, чем сейчас?

Увидев Дора, Кордия словно очнулась. Их глаза встретились, и она прочла в них боль, такую же сильную, как ее собственная, и поняла, что она не одна, что несмотря на расстояния между ними, он с ней. А может быть, ей так показалось от волнения.

Кордия перевела взгляд на отца. Тот смотрел на нее с ненавистью, которая на миг обожгла ее, но тут же схлынула. Лорен что-то произнес, и она догадалась, что он проклял ее. Уголки ее губ дернулись в непроизвольной усмешке. Ей было все равно, что первый лорд думает о ней, ее больше тревожили боевые маги, которые держали защиту. Ведьма видела, как их энергия слабела, создавая бреши в магическом пологе. Вряд ли их мог заметить человек не обладающий даром. Времени, пока они оставались под прикрытием, оставалось очень мало.

Жрец перестал читать молитву и обратился к Лейфу.

– Ваше слово, Дамьян.

– Клянусь поддерживать мою возлюбленную Кордию в болезни и здравии, радости и печали, в молодости и в летах, пока вечность не встанет между нами, – сказал Лейф, глядя Кордии в глаза. Она подумала – о том, что он так же смотрел на Дилену, прежде чем, убить ее. Что, если ее сейчас постигнет та же участь?

– Ваше слово… Никандра, – с легкой запинкой озвучил ее имя жрец.

Кордия растерялась, соображая, что должна сказать в ответ.

– Клянусь быть с Ле…С Дамьяном, пока его жизнь не закончится, – проговорила Кордия и заметила в глазах Лейфа усмешку. Он притянул ее к себе и поцеловал в губы. Она не ответила. Ей даже стало противно, что когда-то она мечтала о том, чтобы разделить жизнь с этим человеком. А теперь она его жена. Жена… В это верилось с большим трудом.

– Объявляю вас супругами! – торопливо проговорил жрец, словно желая подтвердить ее мысли и, очертив в воздухе благословляющий знак, поспешил уйти. Лейф держа Кордию за руку, повел ее вперед. Она посмотрела на магическую пелену, истончившуюся еще сильнее. На боевых магов было больно смотреть. Кто-то, не выдержав напряжения лежал на полу, заливая его своей кровью. Подобная магия отнимала много сил и достаточно часто убивала.

– А теперь, – обведя взглядом присутствующих, громко сказал Лейф, – я хочу, чтобы вы присягнули новой королеве на верность.

– Лейф, у нас нет на это времени, – прошептала Кордия, соображая, как может помочь боевым магам. Если бы у нее было больше знаний и навыков! Она перевела взгляд на отца, тот что-то беззвучно шептал, и в воздухе стал разливаться жар. По земле прошла волна дрожи. Кто-то ахнул. Ведьма, как зачарованная, смотрела на отца, вокруг головы которого начала сиять радуга. Это потрясло ее до глубины души. Она никогда не видела отца таким.

Лорен вырвался из тисков Оскара, одним ударом уложил его на пол, другим сбил с ног Бальтазара освобождая своего сообщника.

– Не стрелять! – крикнул Лейф, видя, что гвардейцы целятся в первого лорда. – Он нужен мне живым!

Лорен выбросил руку вперед и прочертил в воздухе знак, похожий на стрелу. Защитная пелена пошла рябью и разорвалась надвое. Рубиновые искры заполнили помещение, крутясь в воздухе, словно снежинки. Краем глаза Кордия увидела Леона Бартона, который выхватил из кармана склянку с чем-то и хотел выбросить содержимое в воздух. Она должна помешать ему сделать это! Девушка взмахнула рукой, создавая петлю, которая подхватила склянку на лету, мягко потянула ее к себе, замечая изумление, отразившееся на лице Леона. Она сама не могла понять, как у нее это вышло, но через пару секунд склянка оказалась у нее в руке.

В этот момент Лорен кинулся к Лейфу. Дор хотел преградить ему путь, но он волной света отбросил его назад. Лейф успел среагировать и выдернув кинжал из ножен, бросил его в первого лорда. Кинжал вонзился в ногу, и Лорен упал на колени. Кордия кинулась к нему, но Лейф знаком приказал ей остановиться. Гвардейцы окружили Лорена и, подхватив под руки, куда-то поволокли, оставляя за собой кровавый след. От этого зрелища Кордию отвлек крик. Дор пронзил напавшего на него мечом. Но не успел он отбиться от него, как к нему подскочил еще один солдат из сопровождения первого лорда. Оскар тоже с кем-то дрался, как и Бальтазар. Место для торжества превратилось в поле боя. Запах гари усилился, но теперь к нему еще примешивался густой запах крови и Кордии показалось, что если она выйдет за стены храма, то увидит, как кровавая река течет по улицам. Ее охватил ужас. Она обвела взглядом помещение, глядя, как падают раненые и убитые. И всему этому положил начало ее отец. Кто-то обхватил ее за талию и потащил за собой. Она вскрикнула и начала отбиваться.

– Пусти, сволочь! – прокричала Кордия, жалея, что у нее нет с собой оружия.

– Тише, ваше величество, – услышала она знакомый голос. Джулиан, тот самый боевой маг, с которым ее познакомила Грета. – Ваш брат приказал мне увести вас отсюда.

– Но я не могу…

– Вы здесь совершенно бесполезны, – тоном, не терпящем возражения проговорил Джулиан. Он отпустил ее, распахнул дверь, ведущую через черный ход, и, убедившись, что путь чист, взял ее за локоть и повел за собой. Кордия молча подчинилась, хотя в душе у нее был бунт. Она поняла, что не может уйти и бросить свою семью. Вырвавшись из рук Джулиана, девушка стремглав побежала обратно и рванув на себя дверь, увидела графиню Локк, с торчащей из живота стрелой. Графиня покачнулась, и ведьма успела подхватить ее.

– Что ж вы делаете! – раздался у нее за спиной недовольный голос Джулиана.

– Заткнись и помоги! – оборвала его Кордия, глядя в бледное лицо графини. Девушка понимала, что ранение, которое та получила, опасно и что вряд ли она выживет.

– Уходите, я прикрою! – услышала Кордия голос Дора и, обернувшись, увидела, что он бежит к ним – без шляпы, с мечом в руках, с которого капает кровь. Их взгляды на секунду встретились, и ее охватило странное волнение. Она вдруг испугалась, что они могут больше никогда не увидеться.

– Где король? – глухо спросила графиня, как показалось Кордии, из последних сил. Джулиан подхватил ее на руки, и она застонала. Изо рта потекла струйка крови. Кордии стало жаль ее: даже сейчас, на грани смерти, эта женщина продолжала думать о сыне.

– Сражается, – сухо ответил Дор и протянул Кордии кинжал. – Возьми, пригодится.

– А ты? – растерялась Кордия.

– Убью кого-нибудь и найду себе новый, – хмуро ответил Дор. – Уходите, пока это возможно!

К ним кто-то подбежал, и Дор снова включился в бой. Джулиан стал спускаться с графиней по лестнице. Кордия поспешила за ним, сжимая в руке кинжал Дора, который еще хранил его тепло.

***

До дворца они добирались на телеге с сеном. Карета, на которой они с графиней приехали в храм, пылала огнем, впрочем, как и остальные кареты знатных господ, которые перекрывали дорогу, мешая двигаться как своим, так и чужим. Джулиан повел Кордию дворами. Они зашли в небольшую кузницу, и он за пару монет взял у хозяина телегу, осторожно уложил бесчувственную графиню на сено и припорошил им сверху. Стянув с себя заляпанный чьей-то кровью мундир, набросил его на плечи Кордии, а затем легко подхватив ее за талию, усадил на телегу рядом с раненой. Стрела по-прежнему торчала у графини Локк из живота: Джулиан отказался ее вынимать, опасаясь кровотечения, которое не сможет остановить в таких условиях.

Кордия взяла ее за руку: пальцы графини были ледяные. Ведьма сосредоточилась на своей силе, стараясь соединиться с ней и направить ее на пострадавшую женщину. Магия тут же потекла у нее под кожей и, наполнив ладони, сделала их огненными. Она зажмурилась, предоставляя себе как исцеляется рана графини.

– Смерти моей хочешь? – донесся до Кордии голос матери Лейфа. Она открыла глаза и с укором смотрела на девушку. На ее губах запеклась кровь, а под глазами пролегли черные тени.

– Для убийства я бы выбрала что-то более надежное, – призналась Кордия.

Графиня закашлялась и тут же застонала от боли. Колесо кареты наскочила на кочку, и их подбросило. Джулиан так смачно выругался, что, как показалось Кордии, покраснела даже лошадь.

До них все еще доносились крики и шум пожара, но они становились все глуше. Их путь пролегал дворами, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Джулиан создал заклинание незаметности, но Кордия видела, как сетка постепенно слабеет. Попробовала сделать свою, но она не поднялась над ними, так как вышла слабее той, что уже была. Не день, а сплошное невезение! Она задержала взгляд на левом запястье, которое было еще свободно от брачной метки. Если бы не нападение, им бы с Лейфом нанесли их сразу, как только объявили мужем и женой. Кордия подавила вздох: ей не хотелось носить метку, связывающую ее с Лейфом, а от мысли о первой брачной ночи противно заныло под ребрами. На мгновение в душе пробудилась надежда, на то, что короля убьют и она станет вдовой и тут же устыдилась этому.

Телега остановилась у ворот дворца. Джулиан спрыгнул с нее и направился к гвардейцам. Кордия внимательно наблюдала за ним. Она думала о том, как быстро напавшие доберутся сюда и попробуют захватить дворец и, смогут ли те солдаты, что сейчас здесь, отстоять его.

Джулиан вернулся к телеге с двумя солдатами. Боевой чародей помог Кордии выбраться, а солдаты подхватили и понесли графиню. Ведьма смотрела на пылающие факелы и желала только одного: чтобы Дор и ее брат вернулись живыми.