Игра проклятий. В заложниках интриг

Глава 16. Шиорония в огне |Лейф

Лейф сидел верхом на лошади и смотрел на то, как рушатся перекрытия горящего храма, погребая под собой погибших. Они смогли отразить коварную атаку от предполагаемых союзников, но и потеряли немало людей. Часть Шиоронии полыхала, и этот пожар никак не удавалось потушить. Даже боевые чародеи не могли сдержать пламя, рвущееся в небо и пожирающее все на своем пути. Кто-то сказал ему, что это кара от духов Драммара за убитую невесту, но он лишь высмеял говорившего. Кому, как не духам, было знать, что это он, король Аталаксии, и его королевство подверглись обману, а он всего лишь вернул долг тем, кто поставил его в такое положение? Да, ценой жизни невинных людей, но разве у политики бывает другая цена? Он верил в свою правоту, и никакие доводы не могли с этим соперничать. Да и не такой уж невинной была Дилена, которая знала о планах заговорщиков и играла свою роль покорной девушки.

Лейф вытер кровь, текущую из рассеченной брови. У него болели плечи, пальцы рук дрожали после побоища. Давно ему не приходилось так долго работать мечом. Он не знал, скольких отправил на тот свет, все лица слились в одно. От запаха крови его тошнило. Тело болело и требовало покоя. Он глотнул воды из фляжки и закашлялся. От дыма слезились глаза, и ему казалось, что он до костей пропах им.

К нему подошел Бальтазар. Он был ранен и придерживал у груди поврежденную руку.

– Здесь больше нечего делать, – сказал он. – Можно вернуться во дворец.

– Магический купол установлен?

– Думаю да, иначе бы мы уже были атакованы.

«И убиты», – мысленно добавил Лейф.

– Что с герцогом и бароном? – спросил он. – Я давно их не видел.

– Оскар вызвался сопровождать первого лорда в тюрьму, а Дор… – Бальтазар замолчал, глядя себе под ноги.

– Убит? – с надеждой спросил Лейф.

– Я потерял его из виду, перед тем как перекрытия обрушились.

– Что ж, будем надеяться, что его смерть будет полезней небесам, чем жизнь, – сказал Лейф и на мгновение испытал легкую тоску, словно потерял любимую игрушку. Присутствие герцога привносило некую остроту в его будни. Он чувствовал в нем сильного соперника, с которым было бы интересно сразиться, а теперь… Пару дней ему будет не хватать его. Он снова посмотрел на пламя, пожирающее крышу храма. На фоне темного вечернего неба это смотрелось особенно зловеще. – С утра прикажу прочесать территорию.

– Звучит так, словно ты хороший человек, – усмехнулся Бальтазар.

– Надо же, ты научился говорить комплементы! – в тон ему ответил Лейф. – Раньше ты был более дерзким.

– Скучаешь? – с издевкой произнес Бальтазар, и в его взгляде блеснула ненависть. Лейф подумал, что, скорее всего, он знает, что смерть Мины на его совести.

– Считаю, что некоторые вещи смотрятся в прошлом лучше, чем были в настоящем. И лучше их не идеализировать, – холодно сказал Лейф. По отношению к Бальтазару у него были двойственные чувства. Когда-то он очень хотел, чтобы они стали друзьями, но судьба распорядилась так, что вражда взяла верх. Если Бальтазар узнает все, что он творил за его спиной, то никакая магия его матери не сможет защитить его от мести бывшего разбойника. Хотя кто теперь ему расскажет? Все свидетели того случая мертвы, а он утолил свой гнев. Ведь первым эту войну начал не он…

– Твою мать ранили. Ты в курсе? – спросил Бальтазар.

– Она ведьма, думаю, с такой мелочью справится, – ответил Лейф и направился в сторону дворца.

***

Подъезжая к дворцу, Лейф опасался увидеть пожарище или понять, что он захвачен врагами. Но страхи оказались напрасными: там все было спокойно. Это его даже несколько удивило и в то же время заставило насторожиться. Он всегда больше напрягался, когда узнавал хорошие новости. Ему казалось, что за ними скрывается какой-то подвох.

Лейф въехал во двор, спешился и погладил по морде лошадь, от тела которой исходил жар. У него дрожали ноги, и сердце билось, как бешеное. Пошатываясь, он поднялся по ступенькам и вошел в холл. Бальтазар шел следом за ним, и Лейф ощущал, как его взгляд то и дело упирается ему в спину – еще один повод держаться гордо и непринужденно, словно он прожил этот день легко и все далось ему играючи. Стиснув зубы, он поднялся по ступенькам и свернул в Яблочный зал. Лейфу было плевать, на то, что на дворе ночь, ему нужно было поесть и напиться. Он отбросил в сторону меч, который подобрал в храме, чтобы было чем драться. Сел за стол и обхватил голову руками. Слуги уже суетились вокруг него, расставляя тарелки с едой. Тут же откуда-то появился генерал Луупа и начал докладывать о последних событиях.

Выглядел генерал паршиво, а еще у него дергался глаз. Лейф залпом осушил два бокала вина и почувствовал себя лучше. Даже сил прибавилось.

– Нам удалось уничтожить отряд, присланный врагами, – хрипло проговорил генерал и закашлялся. – Первый лорд, а также его советник с сыном под стражей. Дядя принцессы Дилены убит.

– Это радует, – коротко отозвался Лейф.

– Пожар потушен, но из-за него мы понесли большие потери среди мирного населения, – продолжил генерал. – Финансовые потери тоже существенны…

Лейф кивнул, с раздражением думая, почему такие неприятности начались, как только он оказался на троне. Или у королей всегда так?

– Разверните временный госпиталь, подключите военных целителей, чтобы помочь раненым среди населения, – сказал Лейф, крутя в пальцах бокал. – И выделите средства на то, чтобы построить дешевое жилье для тех, кто остался без крыши над головой.

– Слушаюсь, ваше величество, – ответил генерал и снова закашлялся. Лейф чувствовал, что он еще не все сказал, и выжидающе посмотрел на него. – Есть еще кое-что… Дело в том, что тело принцессы Дилены исчезло.

– Вы уже разобрали завалы разрушенного храма? – удивился Лейф.

– Нет, ваше высочество. Ее тело было вынесено до того, как все обрушилось… и оно пропало, – виновато сказал генерал.

Лейф задумался, соображая, чем это может ему грозить. В душе шевельнулось нечто, похожее на дурное предчувствие и тут же смешалось со страхом.

– Интересно… – протянул Лейф и потер рукой подбородок. – В порт пытались войти иностранные корабли?

– Да, и все они были изначально ожидаемы… – сказал Луупа. – Но они по-прежнему не допущены в порт. Нарушители тоже не обнаружены.

– Новости их Стонвона?

– Никаких. Но все, кто сможет держать оружие ос всех концов Аталаксии, будут отправлены на подавление мятежа.

– Это все?

– Да, ваше величество, – ответил генерал, как показалось Лейфу с облегчением. Он кивнул и проводил Луупу взглядом. Вздохнув, вернулся к трапезе. В том, что впереди его ждут большие неприятности, сомнений не было.

***

О Кордии Лейф вспомнил только тогда, когда слуга доложил ему, что она предпочла остаться в своих прежних покоях и ночевать одна. Женитьба на ней была для него хорошим политическим ходом и возможностью утереть нос тем, кто пытался плести против него заговор. Правда, этот брак могут не признать, учитывая, при каких обстоятельствах он был заключен. Что ж, тогда придется за него побороться. А это значит, что им как можно скорее нужен наследник: беременная королева будет отличным прикрытием, да и скандал тоже поможет смягчить. Наличие ребенка само по себе сделает их супругами перед остальными. Он сделает все, чтобы добиться этого.

Умывшись и переодевшись. Лейф двинулся в спальню к жене. В голове пронеслось: вряд ли она будет рада ему. Впрочем, его это не волновало. Он был рад, что между ними теперь все ясно и ему не нужно больше прикидываться влюбленным идиотом. Толкнув дверь, он вошел в покои.

Кордия лежала в постели и читала книгу. Лейф задержал взгляд на названии. «Сила целительства». Самое подходящее чтиво в первую брачную ночь! Он скользнул взглядом по жене. Светлые волосы ее были распущены и мягкими локонами спускались ей на грудь, прикрытую тонким кружевом. Она оторвалась от чтения и посмотрела на него. В ее глазах промелькнул страх, тут же сменившийся надменностью.

– Стучать тебя не учили? – хмуро произнесла Кордия.

– Если бы ты не ждала меня, заперла бы дверь, – сказал Лейф, забирая из рук Кордии книгу. Она оказалась тяжелой и пахла пылью. Он положил ее на стол и заметил, что огонь в камине потух. Что ж, на сегодня и так достаточно огня.

– Ты видел свою мать? Ей очень плохо…

– Позже навещу ее. Уверен, за ней хорошо ухаживают, – холодно произнес Лейф. Он ненавидел, когда в нем хотели вызывать жалость.

– Ей нужен ты.

– Она мне тоже была нужна когда-то, но ей было на это плевать. И я не хочу сейчас говорить о ней, – сказал Лейф, откинув одеяло, которым была укрыта Кордия.

– У нее тяжелое ранение, – спустив ноги с кровати, торопливо проговорила ведьма и быстро встала, словно так могла оказаться в более выигрышном положении. – И она может…

– Замолчи! – оборвал ее Лейф. Он подошел к ней и убрал на спину волосы. Одним движением разорвал тонкое кружево, и сорочка упала к ногам Кордии. Он скользнул взглядом по ее телу, которое так хорошо знал. Красные полосы шрамов на миг вызвали у него отвращение, но он тут же напомнил себе, что на нем самом немало таких. – У нас есть более важные дела.

– Лейф…

– Больше никогда не называй меня так, – потребовал Лейф. Он провел большим пальцем по губам Кордии, и она вздрогнула. Он притянул ее к себе и поцеловал. Девушка не ответила на поцелуй, и он ощутил, как напряглось ее тело. Чуть отстранился, рассматривая ее бледное лицо, мгновенно покрывшееся красными пятнами. В глазах Кордии был холод, смешанный с решимостью не уступить ему. Что ж, значит, будет весело. Сопротивление ему нравилось больше, чем покорность. Это давало ему возможность лишний раз почувствовать себя победителем. Влюбляться было не в его правилах, поэтому трепетное отношение было ему незнакомо. Да и возникни оно, задушил бы его на корню: ведь слабость была тем, чего он всячески избегал. С Кордией все было иначе. Сначала он церемонился с ней из-за возраста, потом из-за планов, в которых она играла важную роль. А теперь должна была родить ему наследника. Лейф коснулся губами ее шеи за ухом. Насколько он помнил, раньше ей это нравилось.

– Не надо… – глухо прошептала Кордия, упираясь ладонями ему в плечи.

– Чем быстрее ты забеременеешь, тем лучше, – не обращая внимания на ее слова, сказал Лейф и, подхватив ее на руки, уложил на кровать. – Если меня убьют, тебе придется править, и наследник поможет тебе удержатся на престоле.

– Если ты хочешь быть со мной только ради этого, то не стоит, – приподнявшись на локтях и глядя, как он раздевается, сказала Кордия. – Я уже беременна.

– Что? – замерев, переспросил Лейф.

– Это случилось в ту ночь, когда ты убил Мину, – медленно проговорила Кордия, глядя ему в глаза.

– А ты не врешь мне? – с сомнением спросил Лейф.

– Можешь позвать любого лекаря, чтобы тот осмотрел меня, – спокойно сказала Кордия и села, прикрыв волосами обнаженную грудь и подобрав ноги под себя. Лейф представил, как незнакомый мужик трогает его жену, и понял, что не станет этого делать.

– Ты уже знаешь, кто будет?

– Нет, для этого еще слишком рано, – ответила Кордия. Лейф бросил рубашку на спинку стула и, сев рядом с женой, обнял ее за плечи. Зарылся лицом ей в волосы, вдыхая аромат диких цветов, смешанных с запахом дыма, мысленно радуясь тому, как удачно все складывается. Он провел пальцами по позвоночнику Кордии, стараясь не задевать шрамов, потянулся к ней и шепнул на ухо:

– Я хочу тебя.

Она чуть повернулась к нему, и Лейф задержал взгляд на ее слегка припухших от поцелуя губах.

– Ты ведь знаешь, что близость может причинить вред плоду, особенно, пока он такой маленький.

Лейф этого не знал, но позволил себе предположить, что такое возможно. В конце концов, он может найти себе любую девку на одну ночь, а вот с законными наследниками все гораздо сложнее. Он поцеловал Кордию в макушку и нехотя поднялся. В комнате стало еще холоднее, и он понял, что продрог. Натянул на себя рубашку и перевел взгляд на Кордию, кутающуюся в одеяло.

– Сладких снов, моя королева, – насмешливо бросил он, прикрывая за собой дверь. Кордия ничего не ответила. Впрочем, это его не задело. Сегодня он был по-настоящему счастлив и хотел полностью насладиться этим, ведь завтра все может кардинально измениться.

Лейф шел к себе в покои, когда в коридоре ему встретилась Грета, которая несла стопку полотенец. Даже на расстоянии от них пахло мылом и свежестью. Рыжие кудри девушки забавно подпрыгивали у нее над плечами. Лейф мало что знал о ней, только то, что она служанка Кордии, и, судя по всему, она сейчас шла к ней. Увидев его, Грета замедлила шаг, словно боялась пройти мимо. Его это рассмешило. Он ощутил себя настоящим хищником, которого боятся. Поборов сомнения, она шагнула вперед и сделала книксен.

– Я хочу, чтобы через двадцать минут ты была у меня, – строго сказал Лейф.

– Для чего, ваше величество? – спросила Грета, и Лейф отметил про себя, что голос у нее приятный. Но дерзкая, раз такие вопросы задает.

– Облегчить телесные страдания: день был тяжелый, – ответил Лейф и пошел дальше. Он не сомневался, что служанка придет минута в минуту.

***

Лейф не подавал виду, но его очень тревожило исчезновение тела Дилены. В этом происшествии ему виделось что-то дурное. Выезд из Шиоронии был закрыт, поэтому он отдал приказ разыскать труп принцессы, надеясь, что тот все еще в городе. В объявлении, которое он написал лично, говорилось, что погибшая девушка должна быть похоронена со всеми почестями, полагающимися ей по статусу. Он также выражал соболезнование всем тем, кто любил принцессу и сожалел, что она стала жертвой заговора. Ведь именно это спровоцировало ее гибель.

– Это высший уровень лицемерия! – не стесняясь, бросил ему в лицо Оскар, прочитав его объявление. – Неужели ты думаешь, что люди поверят в этот бред? Вспыхнет еще одна волна ненависти, и в ней будешь виноват ты!

– Кто-то поверит, – с уверенностью сказал Лейф, – и разнесет весть, что король пострадал от иноземных интриг и он не такое чудовище, которым его хотят видеть. Людей просто убедить, Оскар. Главное – говорить то, что они жаждут услышать. А самых страшных монстров всегда хочется оправдывать. Так легче жить.

– Не думаю, что таких много найдется!

– Вода из стакана проливается из-за одной капли, – сказал Лейф. – После всего, что случилось, мы просто обязаны въехать в Драммар как победители и по пути в Кассию показать всем, что бывает с теми, кто попробует обмануть нас. Первый лорд должен идти пешком следом за королевской каретой, прикованный к ней цепью, со стальным ошейником на шее, словно бешеный пес.

Лейф заметил, как лицо Оскара исказилось гримасой боли и мысленно усмехнулся, но не стал заострять на этом внимание. Похоже, барон все еще питал теплые чувства к своему отцу. Что ж, невозможно запретить ему быть дураком.

– А это не слишком? – наконец произнес Оскар.

– Хочешь разделить с ним его участь?

– Нет, но…

– Тогда заткнись и займись тем, что я тебе поручил! – отрезал Лейф и быстрым шагом двинулся в сторону королевской библиотеки. Ему хотелось как можно больше узнать о Драммаре. То, что он слышал, вызывало у него недоверие, но вместе с ним и интерес. Маленькое королевство, стоящее между двумя большими, как заноза в горле, никогда и никем не смогло быть завоевано. В чем секрет? В отличных оборонительных сооружениях и хорошо обученных воинах? В магии? Или им помогали духи мертвых, которые однажды выбрали эту территорию для своего покоя и не хотели, чтобы их тревожили? Он вспомнил доклад о нападении на гарнизон, где захваченные драммацы один за другим упали замертво. Ему стало не по себе. Что за магию они используют? Знают ли его чародеи, как противостоять ей? Или, может быть, им нужно захватить чародея из Драммара? От обилия вопросов у Лейфа разболелась голова.

В одной из книг он прочел, что в далекие времена Аталаския выстраивала между собой и Драммаром огромную стену с ловушками для чудовищ – так часто нечисть совершала набеги на их территорию, убивая людей и скот. Часть этой стены до сих пор сохранилась, говорилось в книге, но после того как король Лавр подчинил себе Тьму, набеги прекратились, а его семья должна была править Драммаром до конца времен, чтобы сохранить мир. Только у его потомков были ключи от тайного места, где были заперты демонические твари и, если семья погибнет, эти твари восстанут. Дилена была последней из этого рода, и если с Давией что-то случится, то новая стена от нечисти станет неизбежной. Это раздосадовало его и навело на мысль, что его тревога может быть вполне обоснована. Забрав с собой две книги, которые более или менее могли дать ему общие представления о королевстве, он сел читать. А потом приказал слуге привести к нему Джулиана.

***

Лейф медленно шел в зал для аудиенций. За последние стуки он спал сорок минут и сейчас ощущал себя выдохшимся. Глаза болели и рана, нанесенная кинжалом первого лорда, снова начала кровоточить. А ведь ему казалось, что он полностью исцелился! Или дело в том, что чародейка, которая нанесла на него заклинание невредимости была ранена и магия ослабла? Он не желал в этом разбираться, ему хотелось снова быть здоровым. Для его планов это было важно, и ради этого он был готов пойти на многое. Он попробовал отлепить от кожи намокшую от крови рубашку и поморщился от боли. Ожоги, оставленные Гретой, сперва показавшиеся ему мелочью, горели огнем. Он пожалел, что связался с ней. Поначалу все было так, как ему нравится, но потом служанка оказалась настолько строптивой, что никакого удовольствия он не получил. Нужно было бы ее проучить, дав понять, что нельзя так вести себя с королем, но сейчас у него не было на это времени. Он потом на ней отыграется.

Войдя в зал, Лейф увидел двух молодых гвардейцев. Оба ему сразу же не понравились. Впрочем, для того дела, которое он хотел им поручить, личная симпатия была не обязательна. Он развернул плечи, стараясь держаться уверенно, как и полагается королю. Порадовался, что на нем черная рубашка и темный жилет, а значит, кровь никто не заметит.

– Я так полагаю, вы догадываетесь, что пригласил я вас по очень важному делу, – бодро начал Лейф. – И оно должно остаться сугубо между нами. Если вы выполните все так, как мне нужно, вас ждет повышение и денежная премия.

Гвардейцы стояли перед ним, вытянувшись по струнке. Ил лица ничего не выражали. «Идиоты!», – с досадой подумал Лейф.

– Вы уже знаете, что во время обрушения храма пропал мой кузен – герцог де Брата, – продолжил Лейф, наблюдая за гвардейцами. – По словам некоторых свидетелей, он был ранен. Вы должны найти его.

– Но его уже ищут… – подал голос тот гвардеец, что выглядел моложе.

– Верно. Поэтому вы должны найти его первыми и сделать все, чтобы герцог не вернулся во дворец живым. Я понятно выразился? – строго спросил Лейф.

– Да, ваше величество! – бесцветными голосами отчеканили гвардейцы.

– Мой кузен с особенностями…Близко не приближайтесь, чтобы самим не пострадать, – сказал Лейф и вынул два мешочка, те самые, что он отобрал у Кордии, только сбил с них печать Дора и сделал их основательно легче, чтобы за развлечениями молодые люди не забыли о работе. – Это чтобы поиски шли легче и приятнее. Выполняйте!

Гвардейцы ушли. Лейф с облегчением вздохнул и, сев на подоконник, прижал руку к груди. Ладонь тут же стала влажной от крови.