Верный наследник

ГЛАВА 3

ФОРЕСТ

Закончив распаковывать вещи, я оглядываю комнату, которую буду называть домом следующие четыре года.

— Значит, в этом году в нашей компании только мы двое и куча девчонок, — внезапно произносит Ноа.

Повернувшись к нему, я вижу, как он прислонился к дверному косяку. Ноа пришлось задержаться на учебе еще на год, чтобы получить степень магистра по бухгалтерскому учету, потому что они с Као, женихом моей сестры, поменялись должностями в издательстве «Indie Ink».

Мы росли в одном кругу, и хотя он на пять лет старше меня, он никогда не относился ко мне как к ребенку. Впрочем, он больше дружит с Фэллон и ее компанией.

— Ага. — Я пожимаю ему руку. — Давно не виделись. Как прошли летние каникулы?

— Какое там «прошли»? — усмехается он. — Пришлось стажироваться у дяди Маркуса.

Я вздыхаю: — Да, это и мое будущее тоже. Нужно начинать стажировку у отца, чтобы со временем возглавить «NextGen International».

— Как там моя будущая невестка? — слышу я голос Арии.

Мы с Ноа выходим в коридор и видим, как Ария обнимается с Джейд. Хантер, старший брат Арии, и Джейд начали встречаться год назад.

Хантер подходит к нам и, закинув руку мне на плечо, спрашивает: — Обустроился?

— Да, — я киваю на свою комнату, — только что закончил.

Хантер заглядывает внутрь. Раньше это была комната моей сестры.

— Фэллон уже съехала?

— Да. Они с Као перевозят вещи в свой новый дом в следующие выходные. А пока она поживет у моих стариков.

— Ты привез ее? — спрашивает Ария у брата.

Хантер достает из кармана зарядку и протягивает ей. — Как ты вообще умудрилась забыть ее упаковать?

— Цыц, — шикает на него Ария. — Я была слишком занята новыми шмотками.

— Боже, — бормочу я. — Вчера они скупались до тех пор, пока я чуть не упал замертво.

Парни смеются над моей участью, пока в апартаменты заходят мой кузен Джейс (старший брат Карлы) вместе с Милой.

Все еще обмениваются приветствиями, когда Хантер снова поворачивается ко мне:

— И с каких это пор ты встречаешься с моей сестрой?

Черт.

— Это только притворство, — быстро отвечает Ария, а затем, наклонив голову, спрашивает: — А ты откуда узнал?

Хантер смотрит на нее с изнуренным видом.

— Ты запостила это в соцсетях. Трудно было не заметить. Тебе лучше позвонить отцу, пока он сам не увидел и его не хватил удар.

Двойной черт.

— Упс, — Ария пожимает плечами, состроив очаровательную рожицу, отчего ее глаза кажутся еще больше. — Я позвоню и скажу, чтобы он не волновался.

Хантер переводит взгляд на меня.

— И зачем вам эти фальшивые отношения?

В этот момент в комнату заходит моя сестра вместе со своей лучшей подругой Ханой.

— Кто это в фальшивых отношениях?

— Твой брат и моя сестра, — отвечает ей Хантер.

— Зачем? — она хмурится, глядя на меня.

— Люди думают, что у Фореста эректильная дисфункция, а Арии надоело, что к ней подкатывают придурки. Взаимовыгодная ситуация, — вставляет Карла.

Фэллон мгновенно свирепеет: — Кто это так думает?

— Никто из важных, — отвечаю я. — Просто не хочу, чтобы этот слух разошелся по Тринити.

Ответ вроде бы устраивает Фэллон, и она заглядывает в свою бывшую комнату: — Блин, мгновенно превратил ее в мужскую берлогу. Времени зря не терял.

Хана, Мила и Джейд обустраиваются в своих старых комнатах, пока Ария звонит дяде Мейсону, чтобы все ему объяснить. Я иду на кухню, открываю холодильник и расплываюсь в улыбке: — Кто закупил все эти снеки и напитки?

— Персонал следит за тем, чтобы запасы пополнялись, так что не парься, — отвечает Ноа. Он указывает на меню: — А еще можно заказывать еду, если не захочется идти в ресторан.

— Спасибо.

Я оглядываю апартаменты: просторная гостиная, на стене огромная мультимедийная система. Через панорамные окна и раздвижную дверь, ведущую на балкон, комнату заливает свет. В груди нарастает азарт перед началом учебного года.

Ария подходит ко мне.

— Мне срочно нужен шоколадный торт после разговора с отцом. — Она оборачивается и кричит: — Карла, мы идем в ресторан. Ты с нами?

— Нет. — Голова Карлы показывается из ее комнаты. — Потусуюсь с

Джейсом, пока он не уехал. Бог знает, когда я увижу его в следующий раз.

— Окей, развлекайтесь, — говорит Ария и берет меня за руку. — Готов к нашему первому серьезному актерскому выходу?

— Конечно.

Мы выходим из апартаментов и спускаемся на лифте в лобби. Как только мы выходим из здания, Ария говорит: — Быстро поцелуй меня.

Наклонившись, я прижимаюсь к ее губам, а затем спрашиваю: — И как часто мы будем это делать?

Ария хмурится: — Э-э... ну, типа, постоянно? — Моя бровь взлетает вверх, и Ария обиженно поджимает губы: — Черт, ну и как мне после этого чувствовать себя особенной?

Понимая, что нужно срочно исправлять ситуацию, я выпускаю ее ладонь, обнимаю ее за плечо и притягиваю к себе. Целую ее в макушку: — Прости, мне просто нужно привыкнуть к мысли, что мы «на самом деле» встречаемся.

Ария обнимает меня за талию и улыбается.

— Мне тоже. Мы наловчимся.

— Не кажется ли вам, что вы заходите слишком далеко? — слышу я голос Джулианны позади. Она догоняет нас и одаривает понимающей улыбкой. — Все знают, что вы лучшие друзья с пеленок. К чему этот спектакль?

Глаза Арии опасно сужаются, она наклоняет голову и спрашивает: — И вот из миллионов сперматозоидов победил именно тот, что стал тобой?

Я не сдерживаюсь и хохочу, глядя на полное недоумения лицо Джулианны.

— Лучшие отношения начинаются с дружбы. За летние каникулы мы поняли, что хотим большего, — объясняет Ария, а затем бросает на Джулианну раздраженный взгляд. — Не то чтобы мы обязаны тебе что-то объяснять.

— Так вы реально встречаетесь? — спрашивает та, в ее карих глазах все еще читается сомнение.

Тут Ария теряет терпение. Прежде чем я успеваю ее остановить, она делает шаг прямо в личное пространство Джулианны. Ария хоть и маленькая, но когда ее злят — она настоящий ураган.

— Мне крайне не нравится, что ты распускаешь слухи, будто с членом моего парня что-то не так, — отчеканивает она. — Во-первых, наша жизнь тебя не касается. Во-вторых, оргазм, который он подарил мне прошлой ночью, — отличное доказательство того, что с ним все в абсолютном порядке. Займись своей жизнью и не лезь в нашу, пока я не забыла, что должна быть леди, и не влепила тебе так, что ты улетишь в следующий год.

Джулианна мгновенно тушуется: — Прости, я не хотела ссориться.

Ага, типичная Джулианна. Как только ее припирают к стенке, она становится шелковой.

Ария бросает на нее последний испепеляющий взгляд, хватает меня за руку и тащит к ресторану.

— Неплохо прошло, — бормочу я.

— Уф, когда-нибудь мое терпение лопнет, и я сорвусь на этой девчонке, — жалуется Ария, все еще кипя от возмущения.

Я останавливаюсь и, взяв ее за подбородок, заставляю поднять лицо. Улыбаюсь ей и наклоняюсь, на этот раз запечатлевая на ее губах нежный поцелуй.

В животе что-то екает, а сердце пропускает удар, но я списываю это на естественную реакцию организма на поцелуй с красивой женщиной.

Когда я отстраняюсь, лицо Арии озаряет улыбка: — Вот так гораздо лучше.

Я усмехаюсь, но затем становлюсь серьезным: — Спасибо, что заступилась за меня. Хотя это было и не обязательно.

— Я всегда буду на твоей стороне, — заявляет Ария, обнимая меня. — Никто не смеет обижать моего Фореста и оставаться безнаказанным.

Мы обнимаемся, а затем заходим в ресторан. Садимся за столик, который всегда зарезервирован для нашей компании, и я шучу: — Давай заправим тебя шоколадом, пока ты не превратилась в серийную убийцу.

АРИЯ

Я облизываю десертную вилку и блаженно вздыхаю. — Если бы мне пришлось выбрать только одно блюдо, которое я ела бы до конца жизни...

— Это был бы шоколад, — договаривает Форест. Он улыбается мне, качая головой. — И куда в тебя только лезет?

— Кому нужны внутренности? Я вся состою из шоколадной доброты, — поддразниваю я его и делаю глоток капучино.

— Ты купила все художественные принадлежности, которые тебе нужны? — спрашивает Форест.

— Да. — На моем лице расплывается улыбка. — Жду не дождусь начала занятий.

В этот момент за соседний столик садится Джордан, и я чувствую укол паники и вины. Форест берет меня за руку и сжимает ее, а затем произносит достаточно громко, чтобы Джордан услышал:

— Моя девушка — художница. Только пообещай, что не будешь рисовать обнаженную натуру. Не хочу, чтобы ты пялилась на голых мужиков.

Я заливаюсь смехом: — Фу, да я бы, наверное, прохихикала все занятие.

— Бедная модель получила бы травму на всю жизнь, — смеется Форест.

Не зная наверняка, подслушивает ли Джордан, я наклоняюсь ближе к Форесту и молю бога, чтобы мой вид был достаточно соблазнительным:

— Если мне все же придется рисовать «ню», ты всегда можешь мне попозировать.

На лице Фореста отражается шок, и я округляю глаза, давая ему понять, что это часть игры.

В его глазах мелькает понимание: — О... определенно. — Он снова расслабляется. — Мой пресс заслуживает того, чтобы быть увековеченным на холсте.

Я шутливо бью его по плечу.

— Господи, какой же ты самовлюбленный.

— Малыш... — Мой взгляд тут же приковывается к его глазам. Когда он называет меня так, в сердце происходит какой-то странный трепет. — Признай, у меня лучший пресс из всех, что ты видела.

Мне даже не приходится врать, когда я улыбаюсь ему: — Да, это чистая правда.

Официант убирает со стола и спрашивает, не нужно ли нам чего-нибудь еще. Я качаю головой и, переплетя свои пальцы с пальцами Фореста, встаю.

— Пошли посмотрим кино.

— Только если выбирать буду я.

Мы возвращаемся в апартаменты после приятного вечера. Форест сразу направляется в свою комнату, крича на ходу.

— Даже не смей трогать пульт! Я только переоденусь в спортивки.

Ухмыляясь, я бегу в гостиную, плюхаюсь на диван, хватаю пульт и включаю телевизор. Я коварно хихикаю, открывая раздел анимации. Увидев «Ледниковый период», я запускаю первую часть и ставлю на паузу. Выглядываю в коридор, и когда Форест выходит из комнаты, снова издаю озорной смешок.

Должно быть, он услышал, потому что говорит: — Я же просил не трогать пульт.

Когда он садится рядом, я улыбаюсь.

— С каких это пор я тебя слушаюсь?

— И то верно. — Он вздыхает, а затем, глядя на экран, стонет.

— Боже, только не «Ледниковый период» снова.

Я подпрыгиваю на диване: — Ну пожа-а-а-луйста!

Он бросает на меня суровый взгляд, но, снова вздохнув, соглашается: — Ладно.

— Да-а-а! — Забравшись с ногами на диван, я сворачиваюсь на боку и кладу голову Форесту на бедро.

Я нажимаю «play» и кладу пульт на стол. Поудобнее устроившись, я просовываю руку под ногу Фореста.

Как только на экране появляется Скрат, на моем лице расплывается широкая улыбка. Я могу смотреть этот мультик бесконечно.

Через пару секунд Форест усмехается: — Это прямо ты и торт.

— Точно!

В гостиную заходит Карла и падает на другой диван.

— «Ледниковый период»? Снова? — Она переводит взгляд на нас и бормочет: — Глупый вопрос.

Через несколько минут после начала фильма приходит Ноа и растягивается на оставшемся свободном диване.

— Черт, обожаю этот мультик.

— Эй, вы, носороги, у вас реально крошечные мозги. Вы знали об этом? — Карла изображает Сида, бросая косой взгляд на Ноа. — Нет, это просто факт. Без обид. — Ноа смотрит на нее со скучающим видом. — Ну, вы, наверное, даже не понимаете, о чем я говорю. — Она ложится на диван и продолжает: — О-о... вкуснятина... одуванчик. Должно быть, последний в сезоне.

У Карлы это получается так чертовски похоже, что я не выдерживаю и смеюсь.

— Не удивлен, что ты ассоциируешь себя с Сидом, — бормочет Ноа. — Он такой же придурковатый и болтливый.

У меня отвисает челюсть, и я сажусь. Карла делает глубокий вдох и бросает на Ноа испепеляющий взгляд, после чего показывает ему средний палец: — Говори с пальцем, лицо занято.

— Эй, я просто констатирую факт, — Ноа пожимает плечами. — Рыбак рыбака видит издалека.

Офигеть.

Я перевожу взгляд с Ноа на Карлу, а затем смотрю на Фореста: — Мы что-то пропустили?

Форест пожимает плечами, затем спрашивает: — Между вами все нормально?

— О, конечно, — беззаботно отвечает Карла.

— В таком случае, — бормочу я, тянясь к пульту. — Я перематываю назад, потому что вы двое испортили мне сцену со Скратом.

Со всех сторон слышны дружные стоны, и я, ухмыляясь, снова нажимаю кнопку воспроизведения.