Антрацит

Глава 15

Безысходность давит на плечи, неизмеримая слабость овладевает каждой мышцей. Ноги подкашиваются, оседаю на пол прямо на том месте у окна, где стояла. Сил нет, как и ресурсов, чтобы и дальше вывозить происходящее.

Меня подхватывают крепкие руки, вынуждая подняться, а в следующий миг прижимают к твердому бронежилету, помогая сохранить вертикальное положение. Сама я на это пока не способна.

Тело продолжает трясти, слезы душат, не позволяя нормально дышать. Сквозь дрожь и задушенные всхлипы слышу уверенный голос Лиама, который в своей обычной манере раздает команды.

– Перекройте выходы, приглушите свет и соберитесь в одном месте подальше от окон.

– Принято, – отвечают сразу несколько голосов.

– Я, кажется, подвернула ногу, – скулит Кейт.

– Кай, осмотри ее, – следует незамедлительное от Девенпорта.

– Я займусь, – заявляет Холден. – Ника…

– Я приведу ее в норму, – отрезает Лиам и чуть ослабляет хватку, чтобы приподнять мое лицо за подбородок и буквально отодрать от него одну из рук. Сквозь пелену слез не вижу ничего, кроме приподнятого визора шлема и зеленых глаз, взирающих на меня с беспокойством. – Идем, умоем тебя.

Трясу головой, волосы застилают обзор, прилипая к влажной коже. С губ срывается хрип. Пытаюсь сомкнуть их, чтобы не издавать ни звука. Не получается.

Лиам куда-то ведет меня. С трудом переставляю ноги. Слышу щелчок замка, спиной упираюсь во что-то твердое. Продолжаю захлебываться рыданиями и жалостью к себе. У меня больше нет желания продолжать бежать и бороться. Не вижу в этом смысла. Порыв сдаться настолько велик, что я готова принять его без разговоров.

До слуха доносится шум воды, тело разворачивается.

– Давай же, кроха, – настойчиво произносит Лиам.

Скашиваю взгляд, замечая, как он стягивает шлем, балаклаву и перчатки, а после с глухим стуком отправляет все на идеально чистую столешницу.

Лица бережно касаются его теплые, слегка грубоватые пальцы. Они убирают волосы и отводят в сторону мои ослабевшие руки. Поворачиваю голову и склоняюсь над раковиной, в которую ударяет мощная струя воды из-под крана. Кожи касаются ледяные брызги. Лиам помогает умыться. Это немного приводит в чувство. Отдышавшись, стряхиваю капли и отстраняюсь, наконец по-нормальному выпрямившись.

Плечи до сих пор вздрагивают, повинуясь остаточным всхлипываниям. Лиам не позволяет отойти далеко, вновь разворачивая меня к себе. Его ладони оказываются у меня на талии, а в следующий миг я уже оказываюсь сидящей на краю гранитной поверхности, в которую встроено не меньше десятка раковин. Одного взгляда ему за спину хватает, чтобы определить – мы в туалете.

«За чистотой здесь следили», – лезет в голову неуместное.

Лиам обхватывает ладонью заднюю часть моей шеи и касается своим лбом моего. Сейчас мы находимся практически на одном уровне, что позволяет прямо смотреть в его глаза, а не снизу вверх, как обычно.

– Лучше? – спрашивает Лиам.

Медленно качаю головой. Истерика отступила, но это ничего не меняет. Осознание того, что мы не выберемся, давит на черепную коробку, отчего в голове селится пульсирующая боль.

– Ну же, Ника, – почти ласково говорит он. – Ты должна собраться. Нам еще предстоит слинять отсюда.

– Не выйдет, – хрипло выдаю я. – Все это бесполезно, Девенпорт.

Он обхватывает мое лицо ладонями и подступает чуть ближе, прижавшись вплотную.

– Не смей сдаваться, – в разрез с нежными прикосновениями, жестко требует Лиам. – Где та девушка, которая приковала меня наручниками к изголовью кровати?

Против воли усмехаюсь, вспоминая ту ночь. Что-что, а вытаскивать меня из апатии у него всегда получалось без особых усилий.

– Боюсь, во мне нет того количества алкоголя, – слабым голосом парирую я. – Да и в тебе, наверняка, тоже.

Он улыбается и касается кончика моего носа своим.

– Как только доберемся до безопасного места, устрою.

Чувствую, как опускаются уголки губ. Я уже ни на что не надеюсь. Ощущение того, что я в безопасности, появившееся в момент встречи, окончательно испарилось.

– Что нам делать, Лиам? – шепчу едва различимо.

Его по-мужски красивое лицо приобретает серьезное выражение.

– Придумаем, – уверенно сообщает он. – В распоряжении «Антрацита» не один вертолет, если ты забыла. Вызовем новый.

– Эта крыша больше не безопасна.

– Знаю, – легко соглашается он. – Найдем другую, а лучше уберемся подальше от города. Туда, где не будет такого скопления этих тварей.

Шмыгаю носом и медленно киваю. Уверенность Лиама – единственное, что хоть как-то способно удержать меня от нового срыва. Но вместе с тем, я не позволю себе расслабиться. Больше нет.

– Кто вас отправил? Сантос сказал, что это был не Макс.

Лиам чуть отстраняется и легко касается кончиками пальцев моего лба и щек. Ощущаю саднящую боль, намекающую на то, что я разодрала себе кожу, вцепившись в нее ногтями.

– Технически, мы сами себя отправили. Максвелл позвонил, когда мы уже завершили эвакуацию «ДжейДев» и собирались заняться другими клиентами «Антрацита». – Он чуть склоняет голову, проникновенно заглядывая мне в глаза. – Как только я узнал, где ты, сразу же развернул самолет. В этой части страны не было ни одной свободной группы, поэтому моя выдвинулась первой.

В груди разливается теплое чувство благодарности, которое я не знаю, как облечь в слова, поэтому выдавливаю короткое:

– Спасибо.

Лиам понимающе кивает.

– Ты же знаешь, я не оставил бы тебя здесь.

– Знаю, – вновь шепотом произношу я.

За все время, что мы знакомы, Лиам ни разу не давал повода усомниться в своих словах или действиях. И пусть поначалу мы не особо ладили, потому как ему, мягко говоря, не понравился план пиарщиков «ДжейДев» с фиктивными отношениями Джастина, который является не только младшим братом Лиама, но и вместе с группой находится на особом попечении «Антрацита». Как водится, охрана настолько популярных личностей всегда отнимает немалое количество энергозатрат и человеческих ресурсов. А с привлечением нового внимания на волне шумихи вокруг солиста известного во всем мире музыкального коллектива все становилось в разы хуже.

По итогу, со временем нам с Лиамом удалось найти общий язык, а потом и стать друг для друга чем-то большим.

О какой-то большой любви в нашей ситуации не идет и речи. Но мы проводили много времени вместе. Действительно много. И я хорошо помню ту ночь, когда мы впервые переспали. После концерта «ДжейДев», как обычно, состоялась грандиозная закрытая вечеринка в столичном клубе, находящемся в одной из высоток в Сити. В какой-то момент мы с Лиамом, у которого в тот день был выходной, оказались десятью этажами выше. На крыше, в бассейне под открытым небом. Возможно, если бы мы были хоть немного трезвее, ничего бы не произошло.

Первую неделю после случившегося я проклинала и себя, и свою память, которая поражала кристальной ясностью, несмотря на количество выпитого. А потом смирилась. В конце концов, с Джастином нас не связывало ничего, кроме контракта и крепкой дружбы, так что никакой измены, по факту, не было. Кроме того, тогда я была уверена, что пьяный секс с братом моего фиктивного парня – единственная и никогда не повторящаяся ошибка. Кто же знал, что все обернется иначе?

До сих пор с приятной дрожью вспоминаю настойчивость Лиама, которая без проблем сломила все мои аргументы против.

Дружеский секс раз в несколько недель, что в этом плохого?

Никаких требований, лишних драм и ожиданий.

Наши недоотношения длились чуть больше полутора лет и сами собой закончились полгода назад, когда отряд Лиама сорвался охранять какую-то важную правительственную шишку, отправившуюся с благотворительной миссией на другой континент. С тех пор мы не виделись и не общались.

Но сейчас не самое подходящее время, чтобы выяснять, остались ли мы друзьями с привилегиями или он нашел другую девушку. Я уж точно поднимать эту тему не стану.

Отодвигаю прочь неуместную сейчас ностальгию и возвращаюсь к тому, что имеет весомое значение в данный момент:

– Что тебе известно о происходящем в мире?

Лиам задумчиво потирает точеный подбородок, покрытый легкой темной щетиной.

– Миру конец, Ника, – убежденно заявляет он.

Скептически выгибаю брови.

– Думаешь, я этого и без тебя не поняла? Тебе известно что-нибудь о том, как это произошло? Макс говорил что-нибудь, когда звонил? Когда вы вообще в последний раз разговаривали?

Лиам едва заметно хмурится, я же слегка съезжаю по столешнице. Выпрямляю ногу, чтобы удобнее было достать из кармана телефон.

Сорок семь пропущенных. Но уже больше получаса тишина.

– Я сообщил ему, что ты с нами, – говорит Лиам.

Киваю и засовываю прибор обратно в карман.

– Теперь понятно, почему он перестал звонить, – бормочу чуть слышно. Вновь возвращаю внимание Лиаму. – Ну так что там с… – замолкаю, не в силах подобрать подходящих слов.

– Честно говоря, удивлен, что Максвелл посвятил тебя в это, а потом отпустил в Ройстаун.

– Никто меня не посвящал, – заявляю раздосадованно. – Я сама догадалась, когда он позвонил сразу после атаки дронов и наорал, будто я в чем-то виновата.

– Его можно понять…

– Не надо, Лиам, – перебиваю настойчиво. – Тебе что-то известно?

– С чего ты это взяла? – спрашивает он, усмехнувшись с тихим выдохом.

– Не делай из меня дуру, Девенпорт, – прошу строго. – Ты занимался эвакуацией «ДжейДев», которые находились слишком далеко от эпицентра событий. Плюс, даже не удивился, когда я упомянула участие Макса во всем этом дерьме.

Плечи Лиама поднимаются на вдохе и резко опускаются при шумном выдохе. Он снова улыбается. Слишком знакомо, слишком многообещающе.

– Я тебя обожаю, ты в курсе? – произносит он, легко погладив мою щеку костяшками пальцев.

Сердце томительно вздрагивает. Так бывает всякий раз во время подобных признаний. Но они никогда не воспринимались как нечто серьезное, ведь произносились без должной значимости.

– Не заговаривай мне зубы.

Хмыкнув, он по-хозяйски кладет ладони поверх моих бедер и слегка постукивает по ним кончиками пальцев.

– Макс мне ничего не говорил. Я узнал от отца, когда тот позвонил и буквально потребовал, чтобы я немедленно занялся эвакуацией Джастина. Естественно, ему пришлось поделиться подробностями.

В горле становится болезненно сухо. Кевин – глава семейства Девенпорт – сенатор Центрального округа и близкий друг моего отчима.

С трудом сглатываю и спрашиваю севшим голосом:

– И каковы они, эти подробности?

– Не знаю, следила ли ты за новостями об исследованиях университета Дитриха…

– Ты про ту чушь с нехваткой исчерпаемых ресурсов? – уточняю скептически, ощущая расползающийся по позвоночнику холод.

На лице Лиама не вздрагивает ни единый мускул, что показывает, насколько он серьезен.

– К сожалению, это не чушь. И времени осталось гораздо меньше, чем показало моделирование ситуаций.

– Что ты… – Обрываю себя, не желая вдаваться в подробности. Сейчас важно не это. – Но Макс говорил… Погоди, а как он в этом замешан? И твой отец? Лиам, это…

– Начнем с того, – произносит он, не меняя тона, – что замешан не твой брат, а «NovaLife»…

– Нет, – отрицаю, яростно покачав головой. – Дэвид не мог…

– Мог, – мрачно перебивает Лиам. – Это был госзаказ, Ника. «NovaLife» не могли отказать правительству. По словам отца, ученые в лабораторных условиях создали патоген и антидот к нему. Сначала его хотели внедрить под видом БАДов, но время поджимало, поэтому его видоизменили в газообразную форму. Под его воздействием люди должны были очень быстро заболевать и распространить болезнь дальше. Смертность, по предварительным данным, составила бы более девяноста процентов. Целью стали небольшие отдаленные города, в которых не было никакого важного производства. Их изолировали от связи с внешним миром, чтобы информация не просочилась в массы. Но, как ты могла догадаться, что-то пошло не так. Вместо того, чтобы скосить население лихорадкой, патоген видоизменился, и вот что из этого вышло. Сейчас в «NovaLife» пытаются выяснить, как это произошло и как остановить дальнейшее распространение. Но прошло слишком мало времени, а количество жертв уже исчисляется десятками тысяч. И оно будет только расти.

Потрясенно смотрю в глаза Лиама, не в силах осознать, что он рассказывает не о фантастическом сюжете, а о том, что более чем реально. Я сама коснулась этой реальности, хотя ни за что не хотела бы этого. Но самое невероятное в том, что моя семья, как и отец Лиама, принимали во всем этом ужасе непосредственное участие. Меня начинает тошнить от осознания того, что на руках Дэвида и Макса столько крови, что не отмыться до конца жизни.

– А как же антидот? – через силу выдавливаю я.

– Он бесполезен, – негромко сообщает Лиам. – Его создавали в противовес одному, а по факту, на мир обрушили другое.

– Это… – Запрокидываю голову и пораженно качаю ею. – Как они могли на это пойти? Это же… какая-то извращенная форма геноцида.

– Знаю, кроха. Сам планирую добиваться ответов, как только доберусь до отца. Хотя и без этого понятно – выбора у них не было.

– Они ведь могли отказаться… – шепчу надломлено, но сама в это не верю.

– Не думаю, – словно прочитав мои мысли, говорит Лиам. – В любом случае, миру уже нанесен непоправимый ущерб. Ситуация давно вырвалась из-под контроля, и вряд ли хоть кто-то способен это изменить. Сейчас люди заняты собственным спасением. И мы здесь для того, чтобы вытащить тебя и твоих друзей из этого ада и доставить в безопасное место.

Никак не комментирую замечание про друзей. Я обязана Холдену жизнью. Его и Тайлера нужно спасать в первую очередь. Ну и Кейт тоже. Не бросать же ее. После всего услышанного у меня даже нет желания раздражаться по поводу ее истеричного поведения.

– А оно есть? Это безопасное место? – уточняю отрешенно.

– В данный момент людей эвакуируют на острова Тенистого архипелага, – сообщает он. – Мы отвезли Джастина и всю его группу на остров Лириум. Вас доставим туда же. А уже после решим, как поступить дальше.

– Ладно, – соглашаюсь, не скрывая обреченности.

Нам должно просто невероятно повезти, если мы действительно выберемся из Карстона и каким-то чудом окажемся на острове посреди океана. Именно там находится заповедная зона, куда Дэвид предлагал мне перебраться. Слегка качнув головой, прогоняю мысли об отчиме. Интересно, а мама была в курсе готовящегося массового убийства, которое планировали близкие ей люди?

Легкий стук в дверь заставляет перевести внимание. Створка распахивается, из полутемного коридора появляется белобрысая голова Зорана. Они с Лиамом были неразлучны, сколько я их знаю.

Карие глаза парня сканируют помещение и останавливаются на нас. Находящихся непозволительно близко друг к другу.

– Ника, ты в порядке?

– Да, все хорошо, – слабо улыбнувшись, отвечаю я.

Слегка толкаю Лиама в плечо, побуждая отступить, и соскальзываю на пол.

– В чем дело? – спрашивает он, подхватывая со столешницы шлем и остальные вещи.

– Пожар распространяется слишком стремительно, – хмуро сообщает Зоран. – Огонь уже перекинулся на соседнее здание. Если ветер поменяет направление, он доберется и сюда. Нужно уходить.

Лиам серьезно кивает.

– Что насчет патов?

Зоран тяжело вздыхает.

– С этим проблема. Пожар привлек слишком много этих тупиц. Они заполонили всю улицу.

– Черт, – ругается Лиам.

Я же снова ощущаю слабость в теле. Желание сдаться, свернуться клубочком в углу и покорно ждать смерти больше не главенствует в моих мыслях. Но и выхода из ситуации я не вижу.

Одна надежда на Девенпорта и его людей. Обещали вытащить нас отсюда, пусть выполняют.