Барышня из забытой оранжереи

Глава 19

От радости я даже забыла об этом противном Марке. Правда, ненадолго.

Пока я варила кофе, довольная Марша прожужжала мне все уши, что приехал молодой господин. Чудесный племянник госпожи Берри был хорош со всех сторон. Не в силах слушать дифирамбы Марку, я сбежала, не допив кофе.

До «планёрки» ещё было время. Поэтому я взяла свой блокнот и прошлась по усадьбе, отмечая выполненные задания. Меня порадовали и работники, и изменения, которые они приносили. Хотя список всё ещё оставался большим.

До дома добраться не успела. Пришли новенькие, нанятые вчера на рынке. Пришлось показывать им домики, объяснять правила и выдавать задания.

Это заняло больше времени, чем ожидала. Я снова опаздывала на утреннее собрание. Занималась не тем, чем нужно. Не тем, чем хотела. Конечно, важно привести усадьбу в порядок, но мне не терпелось вернуться в оранжерею. Проверить косточки. Посмотреть, что вчера сделали мальчишки.

Однако вместо этого я вынуждена объяснять работникам, где взять инструменты, как организован быт, кто будет им готовить и прочие моменты, с которыми прекрасно бы справился кто-то другой.

Мне срочно нужен помощник!

Поначалу я рассматривала кандидатуру Айне. Однако вчера за ужином она так активно флиртовала с Марком, что забыла обо мне. Подобное недопустимо.

Теперь придётся приглядываться к остальным. Снова выбирать. Терять время.

Я направилась к дому, где уже собрались работники.

– Хозяйка! – окликнули меня. – Там у ворот экипаж. Возница говорит, по вашему приказу прибыл.

Демид!

Мысль сформировалась мгновенно. Будто только и ждала этого оклика.

– Спасибо! Впустите, пожалуйста, и отведите лошадь на конюшню, а самого возницу пришлите ко мне, – распорядилась я и добавила: – Если вам не сложно, конечно.

Я забыла имя этой женщины, но помнила, что она работает в огороде. Значит, может отвлечься на несколько минут.

– Разумеется, не сложно, госпожа, – она поклонилась, бросив на меня удивлённый взгляд, и отправилась исполнять приказ.

Может, зря я сомневаюсь? Этим людям не нужна моя вежливость. Они хотят услышать чёткое задание, выполнить работу и получить за неё деньги. Остальное излишне.

Запыхавшийся Демид догнал меня почти у самого дома.

– Доброго утречка, барышня, вот приехал, как вы и велели. Только лошадку мою увели, – он обеспокоенно оглядывался.

– Всё хорошо будет с вашей лошадкой. О ней позаботится наш конюх, – ответила я, не замедляя шаг.

– Как конюх? – удивился он. – Разве вы меня не для того взяли, чтоб за лошадьми смотреть и возить вас?

– Возить меня тоже будете, но не каждый день. Так что и со второй работой справитесь.

– С какой работой?

– Вы грамоту знаете? – я проигнорировала его вопрос, задав свой.

– Обучен, – Демид смотрел всё более непонимающе. Однако похвастался: – И грамоту, и счёт знаю. Начальную гимназию кончил.

– Вот и отлично! – я окончательно уверилась в правильности своего выбора.

При первой встрече Демид показался мне ответственным и честным. Пока этих двух качеств мне было достаточно. Неграмотность могла бы осложнить работу, поскольку я собиралась вручить помощнику свой блокнот со списками, пока не подыщу ему другой.

Негромкий гомон голосов стих при нашем появлении.

– Доброго утра, – поприветствовала я их. – Знакомьтесь, это Демид. – Наклонилась к нему и шёпотом поинтересовалась: – Какая у вас фамилия?

Конечно, стоило озаботиться этим пораньше. Но я забыла.

– Шлим, – Демид тоже старался отвечать тихо, но с его низким густым голосом это было непросто.

– Это Демид Шлим, – повторила я для работников. – С сегодняшнего дня он будет моим заместителем.

Тишина сменилась недоумёнными голосами. Человек только появился, а его уже замом назначают. Я понимала их удивление, как и желание выдвинуть кого-то из своих, чтобы прикрыли в случае чего.

– Барышня? – усач тоже не ожидал столь быстрого карьерного роста.

– Чуть позже всё объясню, – шепнула ему и вернулась к остальным: – Приказы Демида приравниваются к моим. Однако если вы сочтёте, что он злоупотребляет властью, идите ко мне. Всё понятно?

Вопросов не возникло.

Поэтому я сверилась со списком и раздала задания. С завтрашнего дня этим будет заниматься мой новый помощник.

– Демид, – начала я, когда работники разошлись и мы остались вдвоём. – Мне очень нужна ваша помощь. Я одна не справляюсь. А вы производите впечатление толкового человека, которому я могу доверять.

Радости от новой должности усач явно не испытывал. Скорее, он был обескуражен. То ли оказанным ему доверием, то ли моим самоуправством.

– Знаю, что сначала должна была спросить вашего согласия, – не слишком искренне повинилась я. – Но давайте поступим так: вы вникнете в дело, несколько дней попробуете, если не получится, я найду другого. А если всё сложится, вы станете управляющим усадьбой Берри. Согласны?

– Управляющим? – теперь он был ошарашен.

– Да, это ответственная работа, но и жалование намного выше. Что скажете?

– Спасибо за доверие скажу, госпожа! Я вас не подведу. Буду стараться, как для себя, – искренне пообещал он.

Что ж, посмотрим – увидим. А пока я поверила его энтузиазму, вручила блокнот и отправила знакомиться с подчинёнными и усадьбой.

– Я буду в оранжереях, если понадоблюсь, – ободряюще улыбнулась ему и наконец отправилась туда, куда стремилась всем своим существом.

Словно почуяв, что я иду к оранжереям, из кустов выскочил Граф и потрусил по тропинке передо мной. Мне казалось, что пёс тоже питает искреннюю симпатию к этим стеклянным гигантам. Возможно, что-то помнит из далёкого детства.

Едва я открыла калитку, как услышала весёлые голоса. На душе потеплело – мальчишки. Они уже здесь. Пришли пораньше и начали работу.

Я прибавила шагу, чтобы скорее их поприветствовать. Однако едва завернула за угол оранжереи – остолбенела.

Вот уж кого не ожидала здесь увидеть, так это Марка Берри. Что он делает?

У оранжереи вовсю кипела стройка. Пилились доски, стучали молотки, забивая гвозди. У стеклянной стены росла странная деревянная конструкция, похожая на пирамиду без верхушки.

– Что здесь происходит? – поинтересовалась я строгим тоном.

Внутри росло чувство, будто меня предали. Пустили на мою территорию вражеского шпиона.

– Гав! – возмутился пёс, разделяя моё чувство.

Однако всего лишь подбежал к конструкции, обнюхал её и задрал заднюю лапу.

– Эй! – теперь возмутился Марк. – А ну пошёл прочь!

Он замахнулся на Графа, но не молотком, который держал в правой руке. А пустой левой. Пёс словно не заметил окрик и двинулся дальше, вообще больше не обращая внимания на Берри.

Я выдохнула. Если бы Граф пострадал, Марк точно пожалел бы об этом. И всё равно я была очень зла.

– Что ты здесь делаешь? – я подошла к нему вплотную.

На парней даже не смотрела. С ними будет отдельный разговор. Очень-очень строгий. Ведь это они пустили постороннего на территорию. Как бы Азалия ни относилась к племяннику, он представлял опасность для усадьбы и оранжерей.

– Мы всё-таки перешли на «ты»? – деланно изумился Марк. – А я уж боялся, ты не захочешь сближаться.

– Я не хочу сближаться с тобой! И Азалии не позволю! – выкрикнула я запальчиво. – Не дам тебе обмануть её и продать оранжереи!

– Тебе-то какое дело до оранжерей?

Совершенно забывшись, я ткнула Берри пальцем в грудь. И продолжала тыкать с каждым новым словом, будто желая проткнуть его насквозь.

– Ты не появлялся тут десять лет, а теперь заявился весь такой благородный, полный желания помочь. С чего бы?

Марк осторожно обхватил мой палец и отвёл от своей груди.

– Если хочешь проткнуть меня, ты выбрала не тот инструмент, – спокойно произнёс он, без малейшего намёка на раздражение или гнев.

Ещё и пожал мою ладонь. Зато я была полна возмущением. Выдернула руку и сделала шаг назад.

Берри на это никак не отреагировал. Он посмотрел мне в глаза и произнёс очень серьёзно:

– До приезда в Апельсиновую долину я был уверен, что тётушка лишь обрадуется, избавившись от оранжерей. Увидев тебя в её доме, решил, что ты подослана тянуть время до осени. Но сейчас я верю, что у тебя получится возродить усадьбу Берри.

– И что же вдруг заставило тебя поверить? – я насмешливо изогнула бровь, выливая на Марка весь свой скептицизм.

Он бросил быстрый взгляд мне за спину. И я обернулась. В нескольких шагах мялись мои помощники, оказавшиеся предателями.

– Что вы сделали? – я переключила свой гнев на них.

– Мы показали… – выдавил Пров невнятное.

– Что показали? – настаивала я.

– Похоже, ты и сама ещё не поняла, – Марк снисходительно улыбнулся. – Иди за мной.

Он обошёл меня, слегка задев плечом, и двинулся к входу в оранжерею. Я последовала за ним, бросив сердитый взгляд на помощничков, которые совсем сникли.

Берри уверенно, по-хозяйски зашёл внутрь, вызвав у меня зубовный скрежет. И направился ровно туда, где стоял ящик с семечками.

В груди заледенело. Что он сделал?

Я обогнала Марка и первой подбежала к стеклянной стене. Ящик стоял на месте. А из земли проглядывали тонкие зелёные ростки с пучком наверху.

– Как это может быть? – я обернулась к Берри, словно искала у него ответ.

Меня не было только один день. А тут уже листики готовы проклюнуться.

– Я думаю, дело в тебе, – серьёзно ответил Марк. – В тебе есть то же, что было в Валентине.

– Что?

– Я не знаю, – он развёл руками, – но оно точно есть.

Я присела рядом с ростками, потрогала землю – она была влажной. Мальчишки не забыли полить. Тут они молодцы. Однако Марка Берри всё же пустили зря.

Я ему не верила.

– Ты можешь мне не верить, – озвучил он мои мысли, – но я действительно хочу помочь.

Ничего не ответив, я вышла наружу. Не знала, что ему сказать. Слишком много всего происходило и слишком быстро. Мне нужно подумать.

Мальчишки стояли на том же месте, словно боялись, что, шевельнувшись, навлекут на себя ещё больше гнева с моей стороны. Но я уже не сердилась. Это была первая реакция, когда увидела здесь Марка. На самом деле ребята не могли его не пустить. Он ведь племянник хозяйки.

– Что вы строите? – я обратила внимание на «пирамиду».

– Это господин Берри придумал, – осторожно сообщил Пров. И вместе с Михаем они умоляюще посмотрели на Марка, чтобы тот сам со мной объяснился.

– Это приспособление для подъёма, – сообщил Берри равнодушно, будто это было само собой разумеющееся.

– Какого подъёма?

– Человека наверх, Ксения! – теперь уже Марк начинал терять терпение. Мне показалось, он сейчас закатит глаза от моей недогадливости. Однако Берри пояснил: – Твой насос достаёт аршина на три, три с половиной. А с моим приспособлением можно вымыть большую часть стены.

– И каким же образом? – уже произнося вопрос, я поняла.

Заметила, что мальчишки отмыли только нижние стёкла. Выше они не доставали.

Марк Берри хорошо придумал. Но сообщать ему это я не планировала. Он и так радовался моей недогадливости. И со снисходительным видом объяснял, что человек сможет забраться по ступенькам, стать выше и вымыть то, до чего не дотянется на своих ногах.

Он, конечно, жутко неприятный тип. Высокомерный. Эгоистичный. Однако Марк может оказаться полезным.

Уже оказался.

А я так сильно хочу возродить оранжереи, что готова его потерпеть. Только пока он нужен. Когда деревья начнут плодоносить, а усадьба Берри вернёт себе былую славу, Марк вернётся в столицу и будет получать часть своей прибыли. Как прежде его отец.

– Ладно, – вздохнула я, ведь произносить это вслух было непросто, – вы можете остаться и помочь.

– Мы снова перешли на «вы»? Какая жалость, – он вернулся к насмешливому тону.

– Не заставляйте меня жалеть о своём решении, – буркнула я, добавляя: – Надо сделать этой штуке полозья для мобильности. И лучше сейчас, пока она не слишком большая, потом не поставим.

Берри посмотрел на меня уважительно, словно вдруг заметил, что голова у меня не только для красоты, но я и пользоваться ею умею.

Да и сам Марк оказался не таким неженкой, как мне представлялось. Он умел держать молоток в руках и знал, что с ним делать.

Под материал мы использовали деревянный хлам, в обилии валяющийся вокруг и наполняющий оранжереи. Если ящик стола или спинка стула оказывалась чуть длиннее необходимого, никто не тратил время на отпиливание. Поэтому края торчали во все стороны и на разную длину. Вышка, как мы дружно стали называть подъёмное приспособление к концу дня, получалась похожей на Франкенштейна или гигантскую шишку-мутанта.

В общем, выглядела несерьёзной.

Марк привстал на носочки, потянулся вверх и едва достал до края кончиками пальцев. После чего довольно хмыкнул и объявил:

– Думаю, пока высоты достаточно. Надо опробовать.

– Нужно ещё укрепить, – возразила я. – На вид она хлипкая.

– Ты споришь только потому, что это я придумал и сделал.

– Я тоже участвовала в строительстве этой штуки! Между прочим, полдня на неё потратила.

– А тебя никто и не просил, занималась бы своими делами.

– Оранжереи и есть моё дело!

– Гав! Гав-гав-гав! – раздалось между нами.

Я даже отпрянула от неожиданности. Заметив, что мы отвлеклись от спора и переключили внимание на него, Граф начал крутиться волчком, пытаясь поймать свой хвост.

Что это на него нашло? Прежде он ничем таким не занимался.

Впрочем, прежде я ни с кем не ругалась. Сейчас, отвлёкшись и придя в себя, я поняла, что кричала на Марка на глазах у ребят. Пров и Михай мялись в сторонке, явно желая оказаться подальше от нас.

Берри тоже выглядел озадаченным. Даже не прогнал Графа, который снова отправился изучать вышку.

– Ну, я попробую тогда? – произнёс он неуверенно, спустя полминуты неловкого молчания.

– Ага, давайте испытаем эту штуку. Зря, что ли, весь день возились, – я улыбнулась, пытаясь подбодрить мальчишек, и попросила: – Подготовьте насос господину Берри.

Марк подошёл к вышке, покачал её, проверил крепость опор, подёргал ступеньки.

– Отлично! – произнёс он с воодушевлением. Однако выглядел при этом не слишком уверенно.

Ещё бы, эта вышка метра два с половиной в высоту. Свалиться оттуда – мало приятного.

Берри ухватился руками за выступающие края. Чуть помедлив, поставил ногу на первую опору, назвать это ступеньками не поворачивался язык. Затем на вторую. Вышка заскрипела под его весом. Марк остановился, переводя дух, затем продолжил лезть вверх.

Я обнаружила, что слежу за ним, затаив дыхание. Мальчишки подошли к самой платформе, рефлекторно протянув руки, будто собирались ловить Берри, если он вдруг свалится. Глупые, не удержат, ещё и сами травмируются. Однако само это желание помочь о многом говорило. Я не ошиблась в выборе.

Преодолев пятую ступеньку, Марк остановился и крикнул, не оборачиваясь:

– Ну вот, я же говорил, что выдержит! Марк Берри всё делает идеально!

И только напряжённый голос выдавал его сомнения.

– Сначала доберитесь до верха и спуститесь без происшествий, потом будете хвастаться! – возразила я, прежде чем успела подумать.

Марк Берри действовал на меня, как красная тряпка в руках тореадора. Раздражало каждое его слово, каждый жест. А уж эта его хвастливая бравада вызывала желание потрясти вышку и отойти подальше, чтобы не придавило.

– Доберусь и спущусь! – пообещал он, по-прежнему не оборачиваясь. Наверное, всё же не настолько уверен в себе.

Чем выше поднимался Берри, тем менее устойчивой выглядела конструкция. Старые доски скрипели и прогибались. Уверена, наверху она ещё и раскачивается, грозясь подломиться под весом Марка.

Затея уже не казалась стоящей. И вообще – так ли нужно мыть стены доверху? Может, хватит и двух метров прозрачного стекла? Всё равно солнце будет проникать и сквозь мутное. Уверена, деревьям хватит света. А если не хватит, мы придумаем что-то ещё. Или укрепим вышку.

Сверху донёсся отчётливый хруст.

– Господин Берри, немедленно спускайтесь! – успела крикнуть я, прежде чем ступенька отломилась.

Марк потерял опору, провалился, повиснув на одной руке, а затем полетел вниз.

– А-ах! – я даже зажмуриться не успела.

Мальчишки, тянувшие платформу с насосом, застыли в десятке шагов. На лицах отражался тот же ужас, что испытывала я.

Что если Марк умер? Что я скажу его тётушке?

Он застонал, и я бросилась к нему едва ли не с радостью – живой.

– Не ожидал, что моё падение сделает вас настолько счастливой, – огрызнулся Берри.

– Извините, – я перестала улыбаться. – Это от облегчения, что вы живы. Ничего не сломано? Где-нибудь болит?

Я принялась прощупывать Марка. Сначала ноги, затем бёдра и живот.

– Ксения, – вдруг произнёс он напряжённым голосом, – мы почти не знакомы.

– Что? – пальцы продолжали трогать рёбра, слегка нажимая, чтобы выявить перелом или трещину.

И тут до меня дошло. Я убрала руки и даже постаралась отодвинуться.

– Я… в медицинских целях. Вы могли пострадать.

Про себя я ругала Берри. Мог бы и спасибо сказать, что пытаюсь оказать ему помощь. А затем увидела эту его гадкую ухмылку и пожалела, что он не сломал себе челюсть.

– Пострадало в основном моё самолюбие, – заявил он, поднимаясь.

Однако стоило Берри опереться на левую руку, как он с шумом втянул воздух.

– Ну ещё и руку ушиб.

– Может, перелом? – предположила с преувеличенной надеждой.

– Не дождётесь, – огрызнулся Марк.

Я закатила глаза и подставила плечо, чтобы он мог опереться.

– Вставайте, отведу вас домой.

– Думаете, сам не найду дорогу? – голос Берри сочился желчью, перемешанной с болью. Он бодрился, но ему явно приходилось нелегко.

– Прослежу, чтобы вы не грохнулись в обморок, как кисейная барышня, – ответила в его тоне, добавляя: – И успокою Азалию. К тому же дома должен ждать доктор. Он вас осмотрит.

– Доктор? – удивился Марк.

– Доктор, – подтвердила я, помогая ему встать. И не удержалась от ехидства: – Попрошу, чтобы слух у вас проверил. Похоже, он тоже пострадал.

– Госпожа Ксения, а нам что делать? – робко спросил Михай.

– Идите обедать, – велела я. – Продолжим позже.