(де) Фиктивный алхимик для лаборантки

22. Свидетельства

Я шагала по мостовой, стараясь не оглядываться в сторону, куда укатила самоходка Телека. Шум улицы быстро заглушил эхо разговора, но внутри оставался неприятный осадок.

Ну и наплёл же гад… союз, дружба, симпатия. Тоже мне, спаситель.

В центре города я остановилась у здания с кованой вывеской «Бюро найма». Внутри пахло чернилами и старой бумагой. За конторкой сидела женщина с круглым лицом и строгим взглядом.

— Хозяйство веду в поместье тал Вэла, — прямо сказала я, решив пока не объявлять себя супругой. — Мне нужны люди: повар, горничная, садовник.

Женщина прищурилась.

— У тал Вэла, говорите? — И вдруг её голос понизился. — Девушка, вы уверены, что оно вам надо?

— Что именно? — я скрестила руки.

Она переглянулась с клерком в углу, тот только плечами пожал. И понеслось:

— Говорят, он сжёг своих прежних слуг. Прямо в подвалах.

— Да ладно тебе, — вмешался клерк. — Никто не видел. Но все знают: у него кровь нечистая, демоническая. Ночами в лаборатории такие крики… будто души терзает.

Администраторша закусила губу и понизила голос:

— Да он и неженат до сих пор почему? Ни одна женщина с ним ночи не выдержит, он её жизнь до рассвета вытянет, будто вампир какой.

— Брось, — фыркнул клерк, но тоже тише, чем прежде. — Это всё россказни. Хотя… уж сколько он в Грейвенхольде, а рядом никого. Не просто так.

— Вот-вот, а ты говоришь, россказни… — женщина усмехнулась криво. — А про университетский флигель ты тоже скажешь «байки»? Лет пять прошло, а всё отстроить не могут. Студенты шептались, что тал Вэл там экспериментировал.

Перед глазами вспыхнула картина того сарая: дым, тьма, гул грозы, Каэр, потерявший человеческий облик… и мои лёгкие, отказывающиеся дышать. Я тогда едва не задохнулась, пока не провалилась в беспамятство.

А потом — его ладонь в воде, жар, расползающийся по ванне. Тепло, от которого у меня по спине побежали мурашки. Добро ли это было, забота? Или проявление того самого — силы, которая может не только греть, но и жечь дотла?

Я застыла с невозмутимым лицом, но внутри всё переворачивалось.

Возможно, и Телек не сильно-то преувеличивал.

— Так что насчёт прислуги? — спросила я, делая вид, что равнодушна.

Женщина закусила губу.

— Мало кто решится туда идти. Но если плата щедрая… я передам ваше объявление. Только учтите: люди будут пугливы, долго не задержатся.

Я кивнула, оставила записку с условиями и вышла обратно на улицу. Воздух показался гуще, чем прежде. Слова «демоническая кровь», «души», «подвалы» будто повисли в голове вязким облаком.

Я вынырнула из бюро найма без особой надежды на быстрый успех, но с твёрдым намерением найти сегодня хоть механика. Самоходка Каэра стояла в гараже, как укор, и чем дольше я тянула, тем меньше верилось, что сама разберусь с её гудящими трубами и рычагами.

Шла по главной улице, всматриваясь в вывески: «Слесарная мастерская», «Кузница», «Часовые машины». Всё не то. И тут взгляд зацепился за другую табличку — указатель, строгий, бронзовый, гласящий, что до Университета Грейвенхольда мне нужно пройти всего лишь два квартала.

Меня кольнуло любопытство. Механик мог подождать. А университет… это был шанс увидеть место, где Каэр оставил свой след, и, возможно, услышать о нём ещё кое-что.

Бодрым шагом дойдя до университетских ворот, я шагнула внутрь, украдкой надеясь, что никто не окликнет, и мне не придётся объясняться.

За воротами раскинулся обширный двор с величественными корпусами, но взгляд мой тут же приковало одно здание. Или то, что от него осталось.

Флигель выглядел так, словно его не просто разрушили — будто на него обрушился огонь из самых недр земли. Камень почернел и будто оплавился, как воск, кое-где всё ещё торчали словно вытекшие остатки железных балок.

Я замерла. Не нужно было ни чьих подсказок — сразу стало ясно:

вот оно

Тот самый «несчастный случай», о котором шептались в бюро. Здесь, похоже, и закончилась университетская карьера Каэра.

Удивительно, что флигель до сих пор не разобрали, а оставили стоять — то ли как памятник катастрофе, то ли просто потому, что это было не так уж легко сделать.

Я не удержалась и окликнула студента, что проходил мимо в мантии цвета выцветшей индиго.

— Простите, — я кивнула в сторону выгоревшего корпуса. — Что там случилось?

Парень скривился, будто ему предложили жевать ржавое железо.

— Ах, это... Несчастный случай. Гроза. Молнией крышу сорвало, — ответил он, явно повторяя привычную формулу.

Я перевела взгляд на почерневшие камни и приподняла бровь.

— Сорвало крышу? — переспросила я. — А стены тогда почему… — я провела рукой в воздухе, показывая, как они будто стекали вниз, слой за слоем. — Такое ощущение, что всё здание… расплавилось.

На миг студент замялся, его глаза метнулись в сторону, словно он проверял, не слышит ли нас кто-то ещё.

— Говорю же, молния. В грозу всякое бывает, — повторил он с нажимом. — А вы почему спрашиваете?

Я бы ещё поверила, если бы эти камни выглядели, как после удара — с трещинами, обломками, хаосом. Но передо мной зияло нутро флигеля, и оно словно вытекло изнутри. Пятый этаж плавно перетёк в четвёртый, а затем в третий, пока всё не слежалось в бесформенную груду. И это точно не походило на «сорванную крышу».

Парень поспешил откланяться, а я осталась стоять, не в силах отвести глаз от обугленных стен.

Каэр. Конечно, это был он.

— Девушка! — раздался хриплый оклик.

Я обернулась — ко мне семенил седой сторож с густыми бровями и связкой ключей на поясе. Его глаза недобро блеснули.

— Здесь посторонним нечего делать, — сказал он, подойдя ближе. — Убирайтесь, пока неприятностей не нажили.

— Я просто спросила, что случилось, — оправдалась я, чувствуя, как щеки заливает жар. — Вон тот студент сказал, что крыша сорвалась, но... ведь это не похоже на…

— Вам же сказали, что молния, — буркнул сторож, но вдруг прищурился и резко рявкнул:

— А ну-ка, документы предъяви!

Я застыла.

— Зачем это? Я просто гуляла…

— Документы! — настаивал он. — У нас тут не проходной двор!

Я попыталась состроить наивное лицо, пожаловала плечами:

— Но ведь ворота открыты, доступ-то публичный… Да зачем вам мои бумаги? Я же ничего не сделала…

— Ещё и спорит, — в голосе зазвенело раздражение. — Сейчас полицию позову — они быстро проверят, кто ты такая.

Я сжала зубы. Ну вот, дошутилась. Медлить уже не имело смысла.

— Ир'на Черна, — выдохнула я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Жена тал Вэла.

Сторож поморщился, будто я вслух произнесла проклятие.

— Так бы сразу и сказала, — пробурчал он и зло сплюнул в сторону. — Эх, знал бы, не стал бы связываться… Ладно, в бездну полицию, топай лучше домой. И чтобы я тебя тут больше не видел!

Я кивнула, быстро отступая назад. И только когда оказалась за углом, позволила себе выдохнуть:

Ну вот, тал Вэл, спасибо… с тобой меня уже узнают и выгоняют ещё до того, как успеваю по-настоящему вляпаться.