(де) Фиктивный алхимик для лаборантки

48. Горечь десерта

Я вернулась домой позднее, чем планировала. С шикарным платьем в холщовом чехле. Однако коробка бурцелек занимала мои мысли куда больше.

Каэр встретил меня в холле, окинул взглядом с головы до ног, заметил моё беспокойство.

— Ты задержалась. Что-то случилось?

— Пирожные. Нам нужно съесть их, — сказала я неожиданно даже для самой себя, — так, чтобы никто не видел.

Он приподнял бровь, но не задал вопросов.

— Тайное пиршество? — с легкой иронией уточнил он. — Отмечаем покупку платья?

— Вроде того. — Я сжала бурцельки крепче. — Пойдём в лабораторию.

Он только кивнул.

Через несколько минут мы сидели за высоким рабочим столом, пили из лабораторных кружек чай, подогретый самим Кэром, а бурцелеки уже подманивали своим брусничным ароматом. Атмосфера казалась почти несерьёзной — если бы не то, как дрожали у меня руки, когда я открывала коробочку.

— Так что за тайна? — тихо спросил Каэр, не отрывая от меня взгляда.

Я наконец выдохнула:

— Эти пирожные из кафе Телегона.

— Он снова затащил тебя туда? Решил нас отравить?

— Нет. Я купила их сама и думаю, что они вполне безобидны. И, кстати, довольно вкусны… Я просто не хочу, чтобы кто-то из домашних знал, что я там была. Но если сомневаешься, можем их просто уничтожить любым другим способом.

Он напрягся, но кивнул.

— Понятно. Но как ты там оказалась?

— Я не ходила туда специально. Я уходила от швеи и на улице увидела Ригги… Он был с девушкой, зашёл в это кафе… и к ним пришла Марта, экономка Телегона. — Я говорила быстрее, чем хотела, стараясь успеть до того, как дрожь в голосе выдаст мои мысли. — Это женщина… она рассказывала мне о своих детях: Лауре и Леоне. Это они! Ригги и та девушка! Ригги — это Леон. Он шпионит за нами, Каэр! Всё это время.

Тишина в лаборатории стала вязкой, как ртуть, тягучей, давящей. Пламя в лампе над столом чуть дрогнуло, и мне показалось, что вместе с ним дрогнул воздух между нами. Каэр медленно, с какой-то нарочитой осторожностью, отставил чашку — так, будто боялся раздавить её пальцами. Его взгляд скользнул мимо меня, упёрся куда-то в тёмный угол лаборатории.

— Вот значит как, — произнёс он глухо, и в этом спокойствии было что-то страшное. В голосе звенела сталь, сухая и холодная. — Тогда нам действительно есть что обсудить.

— Что ты будешь делать? — спросила я, и голос у меня предательски сорвался.

— Для начала уволю их. Оба уйдут завтра же.

— Каэр… — я сжала руки на коленях. — Я не знаю, шпионка ли Энид. Он ведь даже её не взял на эту встречу.

— Шпионка или нет, — отрезал он, — даже случайно она может парню пособничать. А я не могу рисковать.

— Но что мы им скажем? — Я старалась удержать его взгляд, чтобы он не отстранился совсем. — Они работают хорошо, нам не в чем их упрекнуть. Сложно будет придумать убедительную причину.

Он усмехнулся коротко, резко, будто ударил ножом по стеклу.

— С моей-то репутацией? — он прикоснулся к коробочке от бурцелек, и та воспламенилась, а я почувствовала запах раскалённого железа, витавший вокруг него в такие минуты. — Твой муж психованный пироман, который в дурном настроении поджигает ассистентов и плавит университетские здания! Разве мне нужна веская причина, чтобы кого-то уволить? Любой мелочи хватит, чтобы выкинуть их за ворота!

Я почти физически ощутила, как по комнате пробежала волна его гнева.

— Всё же постарайся не срываться на Энид, — тихо попросила я. — Вдруг она ни при чём…

Он замер, потом резко выдохнул, словно выпуская лишнее пламя наружу, и на миг закрыл глаза.

— Хорошо. — Голос его стал ниже, хрипловат. — Но ты должна будешь мне немного подыграть.