Доведи демона. До любви и до ручки

Глава 13 Самое безопасное место

Аскоральф. Замок

Я мирно сидела, читала, никого не трогала. Очень интересные, кстати, книги Эрма принесла. Надо будет спросить, где тут библиотека. Как я раньше-то не догадалась. Демонам каждому — по несколько тысяч лет. Какую ж богатую коллекцию книг за это время можно собрать!

Фолиант выпорхнул из рук неожиданно. Ну и разумеется, я едва лбом не ударила в лоб Дейрана. Так он близок. Ох. Меня аж передернуло. И волну демонического очарования игнорировать ну очень сложно.

Сейчас что-то будет.

Не ошиблась.

— Скажите, эйлар Аки, кто вам разрешал вступать в бой?

Так, Аки, пересобраться, изучать! Давай, прекрати поддаваться, прекрати! Демон приподнял мой подбородок пальцами, и, разумеется, поцеловал. А то, что я не знала о запрете, неважно, я так понимаю. Нет вины, так он ее придумает.

А целоваться с ним сладко. И он прав, каждая новая его ласка кажется чуть более возбуждающей, чем предыдущие. Значит, под то самое очарование я все же попадаю. И, о! Еще как! Голова кружится, невмоготу становится дышать. А еще, каждый следующий поцелуй все более длительный. Дейран соблазняет.

Но я не поддамся.

— Что, Аки Кейран, выдумали свою огромную месть или еще нет? У вас в два раза больше дней, помните, — прищелкнул языком. — Только вот когда же они наступят.

И боги, с каким спокойствием он поднялся с массивной ручки кресла. А я? Когда это я сопротивляться совсем перестала?

— Ну что, совершите со мной небольшую прогулку? Всего-то через коридор?

— А если нет?

Дейран расплылся в неприкрытой демонической улыбке, демонстрирующей все его превосходство.

— О, вы же сами понимаете, чем это закончится.

Я понимаю. Так что приходится вставать.

Что меня больше всего в нем злит — абсолютно все равно, что я думаю или как себя веду — если ему захочется, нет никаких преград к этим чертовым поцелуям. И… я уже не уверена, что способна дергаться. Вот это прямо убивает.

— Ведите, если так надо, — и в моём голосе ровно та самая сталь, которой на самом деле ужасно мало.

Посмеивается. Берет руку в свою, приближает ладонь к своим губам и делает то, что уже никогда не сотрется из памяти. Целует кончики моих пальцев. При этом в глазах черти не только пляски устраивают, а едва ли не народные гулянья. Я забываю, как дышать. Кажет, воздух становится гуще, вязкий, как сами магические потоки.

А Дейр со все той же невозмутимостью меняет положение руки и тянет еще в один капкан, за пальцы вверх, в собственные объятия. Правда, длится это какую-то секунду.

И я, признаюсь, даже разочарована.

— Идем?

Идём.

Вернее — я тащусь, не вполне понимая, как можно одновременно злиться, таять и жаждать ударить со всей силы мечом (если бы был в руке, ах!) в ближайший угол, чтобы вернуть себе способность думать. Коридор встречает прохладой. И однообразием. По-моему, так только у демонов возможно сделать архитектуру столь вызывающе спокойной, что она начинает раздражать. Действительно, два шага через коридор, и дверь.

Дерево и камень. И еще, она зеленая.

Того же тона, что и прядки в моих волосах.

И что это, Дейран Аскоральф?

Пыточная? С тебя станется.

И только тут я понимаю, что демон так и не отпустил мою руку. Как держал пальцы, так и держит.

Первым делом прижимает ладонь к двери. Зажигаются какие-то руны, и внутри двери происходит проворот пружины, механический звук наконец немного приводит в себя.

После чего в моей руке появляется совершенно обыкновенный черный металлический ключ.

— Это — твое пространство. Бери, владей.

Я нахмурилась.

После всех этих собственнических жестов мне показалось нелогичным — рраз, и взять и отпустить на волю.

— Запасной ключ только у меня, но я клянусь, что не зайду без особой надобности. Он на случай, если первый потеряется. Ну что ж вы застыли? Открывайте, это нужно сделать вам, эйлар Аки. Я, признаюсь, сюда столько магии напихал от моих дорогих братьев, что закачаешься. Лаборатория должна признать вас хозяйкой. И стать едва ли не самым безопасным местом в замке.

Я воззрилась на него с удивлением. Вернее, это шок.

Лаборатория?

Ну и, разумеется, любопытство сделало свое черное дело — два оборота ключа, и вот мы внутри.

Я с трудом верю, что это вообще существует.

Лаборатория, в которую меня привёл Дейран… она не похожа ни на одну из тех, что я видела, а видела я достаточно — и магических, и «обычных». Первое впечатление — будто очутилась внутри огромного растения, у которого есть сердце и дыхание. Стены не просто зелёные — они как будто живут: в толще просвечивают мягкие жилки, что переливаются светом, откликаются на движения, иногда на мои прикосновения отзываются теплым пульсом. Никаких камней, никакого сырого мрака.

Воздух… насыщенный, густой, но в нём нет затхлости — скорее, напоминает зарю в оранжерее, когда ещё не открыли окна. И все же, тут светло. Очень светло. Я не сразу поняла, где заканчиваются «растения» и начинается мебель.

Кушетка — мерцающая, живая, чуть подрагивает, когда я к ней приближаюсь. Это немного похоже на «Странника» — и одновременно нет.

Это даже не магия в привычном смысле — будто сама природа решила сегодня быть особенно заботливой ассистенткой. Столы… я не уверена, что это «столы» — это что-то древовидное, корнеплётное, поднимающееся из пола. Хочешь поставить склянку, а тут все наши покупки с Калаты, и конечно, образцы Арвы — тут же вырастает плоский сегмент, под ладонью становится твёрже, а рядом чуть увеличивается «выступ» для инструментов.

В каждом углу — растения, похожие и не похожие на всё, что мне знакомо. Некоторые напоминают лианы, другие — кристаллические грибы, какие-то — мхи, нежно светящиеся изнутри, как кусочка рассвета. Я не вижу традиционных горшков: всё «нарастает», переплетается, тянется друг к другу, словно у этого сада — единый разум, и меня в него просто аккуратно вплели. Есть и моя сумка — она притулилась на странную «тумбу», будто растение обзавелось толстыми, крепкими побегами и решило, что быть полкой — вполне себе смысл жизни. На потолке плывёт что-то вроде светляков — они не жужжат, не слепят, а мягко рассеивают свет, реагируя на мой голос и похоже на настроение: стоит замереть и задуматься — свет становится мягче, стоит собраться с мыслями, и он теплеет, как поддержка друга. Кажется, эта лаборатория знает о моих потребностях больше, чем я сама — реагирует, помогает, «подсказывает». Всё здесь дышит, шевелится, иногда ворчит, если я совершаю что-то слишком резко. Это даже не магия, непонятно что… Может быть, какой-то симбиоз их науки, природы и капли настоящего волшебства. И главное — всё здесь незнакомо и немного пугающе, но почему-то хочется остаться. Проверить, какие у этих стен ещё есть тайны. И позволить этой «живой» лаборатории принять меня — или, наоборот, выучить по-своему.

Я обернулась к Дейрану.

— Скажите, а ваше кулинарное разнообразие — тоже так выращено?

— О, вас, эйлар Аки, стоит познакомить с Иртой. Она мне помогала тут все устраивать, и расскажет больше. Кстати, вы можете поговорить с ней о лекарственных растениях. Что-то у нее есть, что-то может вырастить.

— Это магия или биоинженерия?

— Все в одном флаконе. Ирта, кстати, тоже хочет поговорить с вами, эйлар. Думает, вы ей раскроете секреты анатомии некоторых животных. Она там что-то задумала, среднее между быком и улиткой. Не помню, кажется, они будут миниатюрными и станут чистить помещения.

Информации было много. Я еще раз огляделась.

— Ну что ж, теперь у тебя есть всё для твоих великих открытий, эйлар Аки, — шутливо склоняет голову. — Я буду неподалеку, возможно, зайду. Если хочешь прочесть очередной трактат, зови Эрму. Если сломается что-нибудь — зови меня.

Я осталась стоять посреди собственной, удивительно настоящей, почти личной лаборатории. А Дейран вышел. Просто взял и покинул меня. Вероятно, действительно, с особой щедростью — а он умеет ее проявлять, я знаю, тут понапихано защитных заклинаний, о которых я пока не знаю. И хорошо бы мне о них не узнать.

— Как отец?

— Все так же, хорошо, судя по тому, что твоя дорогая эйлар Аки не заходит, пока не время бить тревогу, — Эрма отвлеклась от книги.

Дейран сел рядом с ней на диван.

— Ну да, была бы опасность, мы бы уже точно все на ушах стояли.

— Вероятно. Интересно, как шакирский Дом Высших Наук умудрился с ней такое сотворить?

— Эрма?

Седьмая улыбнулась.

— Хочешь, я расскажу тебе кое-что о твоей эйлар Аки? Такое, что не расскажет тебе ни один знающий? Кажется, я следила за ней все это время. Я вообще слежу за целителями и крупными исследованиями. Рассказать тебе, кого ты привел к нам в дом? И поразительно, что сам этого не знаешь.

Демон нахмурился. Кажется, Эрма совершенно не шутила.

Она встала.

— Пойдем со мной. Помнишь, ты настроил мне вселенские сети? Я и сейчас иногда читаю на всеобщем все, что попадается про сердечные болезни. И про целителей. И про Аки там тоже есть. И даже не знаю, понравится ли тебе это. Зато поймешь, откуда у нее выучка обращения с палками.

— Это не палки.

— Верно, Дейран. Это мечи. Всегда — пара. Наследные мечи рода Наджелайна. Одной из величайших человеческих магических семей. Их сейчас хорошенько разбросало по Вселенной. А кое-кто хотел и даже сумел затеряться.

Дейрана оглушило двумя вещами одновременно: тем, что да, он узнал то, что ранее было только подозрениями, и еще тем, что она ни разу ни словом не соврала.

Тетя Нейль — ихвара, фактически правительница государства Шакир на Килоре — действительно увлеченный ботаник. И вся эта история с первой любовью — была. Только еще более масштабная и злая, чем она рассказывает.

У нее в близких родственниках — президент Содружества Пятнадцати Планет. И его жена — сильнейший огненный маг. Ее родители — правители Атала, опять же, государства на Килоре.

И оххх, она от своего великого рода практически отказалась.

Вот это тайны.

Вот это эйлар Аки.

Конечно, будущих правителей учат и магии, и мечу, и дипломатии. Манипуляции, бой, целительство. И такие невероятные, огромные, зияющие в самой реальности раны. Как же так можно-то… И что они упустили, эти Наджелайна? И почему отпустили?

Сам бы он ни за что такого не сотворил.

— Думаю, за ней придут, Дейран. Рано или поздно.

— Ну да, она от того и скачет по мирам как угорелая, видимо, чтобы не нашли. Но чем они ей так не угодили, Эрма? Что там за боль?

— Ну, в заметках про скандал есть упоминание одной фразы, которая меня насторожила: ни мать, ни отец, ни кто-либо еще не прервали своих срочных дел, узнав о скандале в шакирском Доме Высших Наук. И никак не комментировали происходящее. Понимаешь?

Дейран сморщился, словно съел что-то кислое.

— Это они зря.

— Ну вот она и поехала, куда глаза глядят, видимо. Что ей там было? Лет двадцать, может. Даже по человеческим меркам смешной возраст. Ранимая, должно быть, была, очень. Ну а какой еще будешь, если ты целитель? Да еще такой, как она.

— Ох, Аки-Аки.

— Дейр, я никому не скажу, но рано или поздно наши тоже до этого докопаются. И да, кстати, брат, а ты в ней ящера чувствуешь?

— С первого дня.

— И тебя это еще не отвратило? Вот странно. На их Килоре говорят, что каждый Наджелайна — на добрую четверть — дракон. Ты говорил, поймали тебя тогда драконы.

— Да, Эрма, это была мерзкая история. Но она случилась почти четыреста лет назад. Не думаю, что Акинель в курсе проделок… ах, да, я тебе не сказал. Это был, вероятно ее предок, — Дейран улыбнулся. — Так что да, у нее есть сила демонов покорять. Да и вообще живых существ, судя по дару.

— Дай угадаю, ты веришь, что она не станет. Дейран, ты хоть понимаешь, что происходит? Пройдет твой срок, и вы на Килору отправитесь. Возможно. Она тебя потащит к себе, в свое драконье логово. И все. Больше ты уже не выйдешь. Никогда. О Наджелайна такие легенды ходят, ой, лучше тебе не знать.

— Ну, я теперь очень интересуюсь. А что до драконьего логова — вот и посмотрим, сколь силен твой брат, Седьмая. Ты ведь понимаешь, я так долго бежал от ящеров, что должен был с ними столкнуться лицом к лицу. Обязан. Кажется, эта драконица — не самое скверное, что со мной случилось, Эрма.

— Ох, брат, смотри, не сгори. Опасные игры.

— Ирония, Эрма. Нас может спасти дракон.

— Ирония. Но ты, в отличие от нас всех, своей шкурой рискуешь, и, насколько я вижу, своим сердцем.

В дверном проеме возникла рыжая голова с рогами. Девушка оглядела пространство и меня, зависшую с листиком Арвы на пинцете.

— Привет! Ага, уже освоилась? Я думала, тут Дейран. Или Эрма.

Я растерялась, признаюсь. Девушка же сделала шаг вперед, в лабораторию, и теперь я увидела ее всю. Тонкую, немного нескладную, с обрезанными по ухо рыжими волосами и яркими веснушками на бледном лице. А еще, одета она была просто, и сейчас вытирала руки о рабочий фартук, видимо, чтобы поздороваться.

— Я — Ирта, — она протянула правую. — А ты, наверное, и есть та самая эйлар Аки, о которой тут только ленивый не судачит. Как тебе тут?

Она обвела взглядом помещение.

— Мне — прекрасно. Спасибо.

— Это хорошо. Смотри, вот тут, — она подошла к странным стеллажам у дальней стены, я до них еще не успела добраться, и раскрыла, а там… — Это мини-теплица. Вот тут красный мох, трава ис-хат, это сильнейшее сонное, осторожнее, вот тут двулунник, считается, он укрепляет сердце. А вот тут у меня по дальним мирам экскурсия. Смотри, архетри, тебе знакомо, да?

— Успокоительное.

— Да, точно. Но в сочетании с красным мхом просто ужасный возбудитель… я тебе ничего не говорила, — и она рассмеялась.

— Ирта… Слушай, прости, что я с порога про исследования, я понимаю, что мы должны сначала попить чаю вместе, соблюсти приличия, но боюсь, у меня не очень много времени.

Она мгновенно сосредоточилась, я увидела в ней ученого.

— Говори.

— Ой, и тут, я думаю, сейчас будет совсем странное, но если ты занимаешься животными, вероятно, должна знать. Мне было что-то вроде видения, когда я прикоснулась к Древу. Что ваши сердца и сосуды пронизаны и опутаны энергетическими потоками. Строго говоря, это должно быть так. Но тут это было, как…

— Корни? Ура! Ты тоже видишь арвины. Наши целители их отрицают. Но это прямо чудесно. Как же так вышло? — она хлопнула в ладоши, как девочка.

Интересно, насколько юна по меркам демонов?

— А что это — арвины?

— Корни Арвы. Энергетические центры нашего организма. Арва… знаешь, это все не изучается, наши совсем считают это фантастикой. В общем, Арва в нас запускает свои частицы, мы ею дышим. И потихоньку обретаем вот эти корни. Это как тебе сказать, эмоциональные центры. Может, поэтому наши сердца плачут? В них плачут корни Арвы.

— Нет. Не корни. У вас есть еще кое-что от Арвы. А может и нет. Но это нужно еще изучить. Кое-что в самом сердце. Оно похоже на лепестки и издает магические импульсы, заставляя очень медленно разрушаться кровеносную систему. Дело в том, что медленно. Когда я восстановила Хранителю сердце и все сосуды…

Ирта расширила глаза.

— Что? Их же там… невероятно много.

— Немало. Но выхода иного не было. Так вот, я как бы закупорила болезнь. Но его сердце снова заплачет. Через некоторое время. Ты ничего не знаешь про это?

— То, о чем мы с тобой сейчас говорим, далеко от официальной медицины Аскоральфа. Нет, про лепестки я точно ничего не знаю.

— А кто может знать?

Девушка на секунду задумалась.

— Торвальд? Да, скорее всего.

Я кивнула, услышав знакомое имя.

— Ладно, я зашла на минуточку, — гостья улыбнулась. — Спускайся к нам, если захочешь. Я тебе много всего покажу. Договорились?

Я закивала. Осталось только понять, куда.

Сегодня все было совершенно необычно.

Общий ужин. На этот раз Первый и Третий сидели с нами за одним столом. Но это еще не все. Рядом с ними, буквально около Хранителя, сидела фактически неясная фигура в капюшоне. Ну, то есть, я видела только капюшон и больше ничего.

— Это дядюшка Оргус, — тихо сказал Дейран. — Вернее, дядюшка он не мне, а моему отцу. Очень древний.

— И очень сильный маг, — спокойно сказала я на всеобщем.

В меня словно ледяным воздухом дохнуло. Я увидела, как фигура подняла на меня светящиеся глаза, итак, она знала всеобщий.

Я сдержанно поклонилась.

— Простите, мы говорили о том, что вы сильны.

— Не говори со мной, недолговечная, — раздался из-под капюшона скрипучий голос. — Не тебе тут порядки устанавливать. Только на моем языке. И с кем угодно, но не со мной. Я не хочу слышать от тебя речь, обращенную ко мне. Ты не смеешь. Ты — пыль.

Я распрямила спину.

Увидела, как засмеялись Первый и Третий. Как растерян Дейран.

— Дядя, Аки наша гость…

Дейран схватился за горло, не в силах больше и слова сказать.

Дейран, возможности которого так велики, что я их даже не чувствую! Я встала. Но немедленно почувствовала, как у меня подкосились ноги. И села назад.

Дейран заслонил меня от магического удара дяди, сотворив щит. Я такого в жизни не видела. Липкая темнота вокруг нас растеклась куполом, не задев прозрачную сферу, в которой мы находились, падая мимо. Кажется, Дейр едва не всего себя вложил в это заклинание.

— Дядя, она больше не заговорит с тобой, обещаю! — закричала Эрма.

И все стихло.

Он поднялся. Но на прощание кинул:

— У себя поужинаю. Я не разговариваю с заинскими шлюхами. А ты, Дейран Аскоральф, сказал бы семье, что купил девушку.

В этот момент в гостиную, где стихло абсолютно все, зашел Хранитель. Я осмотрела всех, кто сидит за столом. Первого и Третьего с хитрыми усмешками, Ингвера, который вообще не понимал, видимо, как на это реагировать, Эрму, у которой просто глаза расширились, Дейрана, все еще способного держать удар, но немого.

— Папа, ты знал? — рассмеялся Первый. — Твоя хваленая эйлар — просто заинская рабыня. Твой сын выдает ее за свою пару.

— Дети, хватит драться.

Я было снова встала, но на этот раз меня остановил Дейран. Не имея возможности ничего возразить братьям, все, что он сделал, это прижал меня к себе и поцеловал прилюдно.

Утверждая — моя. А потом еще раз недобро оглядел братьев. Я прикоснулась к его шее. О, боги. Ощущение было такое, что ему просто перекрыли… все.

— Не трудись, сучка. Дядины заклинания абсолютны, — усмехнулся Третий.

Я усмехнулась однобоко.

— Нет, они просто подлые. За столом, в тех, кто не ожидает.

Вокруг меня встали все. Кроме, пожалуй, Эрмы и Дейрана. И Хранителя.

Видимо, правитель примерно представлял, на что способен его родственник.

Более всех поразил меня Ингвер, что мгновенно поменял сторону.

Я вдавила в стол ладонь. И произнесла то, что целители учат на первом курсе. То, что есть вообще-то основа черного целительства. Мгновенное успокоение.

Демоны снова уселись за стол. Хотя Первый все еще смотрел на меня с усмешкой.

— Дешевые фокусы, шлюха.

Я без страха посмотрела ему в глаза.

— Знаешь, почему целитель — самая опасная тварь во Вселенной? Нет? Я расскажу.

Целительская сила с примесью красных искр прошлась от меня к нему по столу и обожгла его руку вспышкой. Первый отдернул пальцы.

— Неделю ты не сможешь причинять никому физического вреда. Потому, что я так сказала.

Я снова прикоснулась к шее Дейрана. Энергия мягко засветилась. А еще через миг на самом деле довольно слабая вспышка магии была расплетена. Дейр закашлялся.

Вот тебе и дядюшка.

Я посмотрела на растерянного Первого, вообще не ожидающего, что я еще и кусаюсь.

— Пойдем отсюда, — скомандовал Дейр.

На что я ответствовала так, что вызвала счастливый смех Эрмы, увидевший вытянувшиеся лица старших братьев:

— Как скажешь, любовь моя.