Доведи демона. До любви и до ручки

Глава 24 Как спасти Аскоральф?

Аскоральф. Замок.

В пространстве лаборатории Тален смотрелась чужеродным объектом. Странное существо, принесенное сюда по какой-то нелепой случайности. Восхитилась технологиями, и только. Ей были совершенно неинтересны ни мои изыскания, ни колбы, ни микроскопы, ни даже растущие из стен полки.

Огляделась. И все.

— На нас Бироу пытается напасть, у них территориальные претензии к Фаэтле. Я думаю, Торусу просто нужен повод. За тобой я поехала, понимая, что они могут нацелиться на тебя, Аки. Пока ты не с семьей, мы все в опасности.

— Я не вернусь.

Тален улыбнулась.

— Наверное, ты права, я бы тоже упиралась, если бы меня сначала выкинули из системы, а потом приглашали обратно, но не так, чтобы настойчиво. Но давай подумаем. После всего, что ты мне рассказала, после всех этих арвинов и богини, и всего прочего, ты можешь не возвращаться только в двух случаях: первый — оставь демонов, лети, куда вздумается, второй — умри с ними.

Я подняла глаза на Тален.

Сурова, беспощадна, конечно, как всегда, говорит правду.

— Аки, он — твой выбор, я права? Тебя настигло проклятие Наджелайна?

Я опустила голову и кивнула.

— Тогда, как ни крути, нам придется заручиться поддержкой Лотора. Он, конечно, не идеальный брат, совсем даже не идеальный…

— Но я могу быть уверена. Что мне не всадят нож в спину, как Первый или Третий — Дейрану.

— Да. Он сильно разозлится, он будет, возможно, невыносим пару недель, но он точно поможет. У него и политически иного выбора нет. Беженцы есть беженцы Не примешь — значит, сам слаб, а кому нужно слабое Содружество? Но на всякий случай, ты должна быть с ними.

— А потом?

— Решишь. Возможно, на Килору?

Я закачала головой.

— Ни за что.

— Ну, тут бы я не была такой категоричной, Акинель Наджелайна. Лотор, как ты сама понимаешь, упрям, как осломордый баран. А вот твои родители ох как сильно раскаялись, что не подхватили тебя после окончания учебы. Дай им шанс. Как тебе дал один демон. Шанс, которого ты, видимо, не ждала.

— Да, я умирала, — признала я. — Но нет, на Килору не поеду. Не уговаривай.

Я положила руку на остроносую Ласточку. Когда-то у меня тоже такая была. Быстрая, маневренная. Управляемая. Почти как перчатка, как вторая кожа.

Тален копалась в вещах.

Мы вышли к космолету потому, что огненная что-то там забыла.

Надо же, с ней у меня стало в разы больше свободы.

Они с Дейраном заключили незримый союз. Рядом или она, или демон. Исключение — покои и лаборатория.

Огненная настолько опасна, что внушает старшим братьям моего демона первобытный ужас. О, никому не хочется сгореть заживо. Зная Тален — при опасности мне или вообще хоть кому-то из семьи — у нее ни один мускул не дрогнет.

Я вообще не понимаю, на каком языке они говорят с Дейраном, но есть ощущение, что понимают друг друга без слов. Тален понаблюдала за ним рядом со мной всего пару часов. И все, приняла как родного. Как опору, как столп бытия.

Без сомнений и компромиссов.

Ей вообще не изменяет ее дипломатическая хватка.

Кто есть кто — анализ за минуту.

Теплый взгляд на Эрму. Колючий — на Первого. Подозрительный — достался Ингверу. Насмешливый и понимающий — Дейрану. Как быстро сориентировалась в ситуации! Впрочем, как всегда.

Наконец Тален где-то в глубине космолета со вздохом распрямилась.

— Нашла!

И в меня полетели ножны. Которые, ну конечно, я поймала, куда деться.

— Дорогая, сколько ты не тренировалась, напомни?

— Года четыре точно.

Тален закивала.

— Пора начинать, не находишь? А то я вижу, тебе есть, за что сражаться. Потанцуем?

— Ты меня за две минуты уложишь, Тален.

— Ты постарайся не уложиться, продержись три, — она рассмеялась.

— Что, прямо так, здесь?

— А что тебя смущает? Площадка плоская, одежда у тебя удобная, оружие есть. Не вижу препятствий.

Тален как всегда. Ну да, если вы летели сначала до Калаты, потом до Аскоральфа, сколько уже без тренировки, дней этак двенадцать? Для Тален это просто неприемлемо, и мне это известно. Ну что ж, придется побыть грушей для битья.

Я пристегнула ножны к поясу. Тяжесть была знакомой. Возвращающей. Все же я с ней лет с десяти тренируюсь, ох, долго. И именно на этом изначально основана наша дружба. Клинки, которые у меня сейчас на поясе, подарила мне Тален.

У нее в руках — реликвия Оргейна Завоевателя, огненного мага, нашего далекого предка. И это не только красивая черная поверхность, но и огненные драконы, которых активирует ее магия, ее стихия. Мне достались тоже зачарованные, но новоделы. Мои мечи, широкие, изогнутые, в руках словно пошли трещинами. В прожилках и узком желобке посередине, там, где выгравированы драконы, моя магия, бело-желтые целительские потоки.

Я прокрутила мечи в руках. По-прежнему удобны.

Тален улыбнулась.

С помощью новой демонической способности так хорошо видна ее кристальная искренность. Она так успокаивает!

— Ты по ним скучала.

Я замотала головой.

— Не слишком.

Разумеется, она пошла по большой дуге, сначала осторожно, слегка припадая на одну ногу, но это только видимость. Возможно, проверяет снег — не обвалится ли под стопой. Но и все.

— Нападай, дорогая.

— Пфф, считаешь, я самоубийца, Тален? Может, с твоей точки зрения я недостаточно благоразумна, но не настолько же.

Она, смеясь, сделала это сама. Первый удар отбить было легко, я даже знала это движение — рассинхрон клинков, один вниз, другой вверх.

— Ты ничего не забыла.

— Так кто вбивал-то? Палками!

Тален рассмеялась, снова напала, на этот раз перекатившись по снегу, оказавшись от меня сбоку, так, что пришлось быстро уворачиваться. Моя юбка взвилась. Воительница распрямилась молниеносно, словно пересобралась, перетекла в иное состояние. Как красива.

И не дала мне шанса закончить схватку, снова напала. Синхронно двумя. О, я это уже знаю.

Яростная. Нет, она не запускала магии в клинки, но от них все равно стало жарко. Азарт. Почти не контролирует. Да я, впрочем, тоже. До того сладко поет сталь в ладонях.

Удар, удар, удар.

Никаких передышек. Звон, звон.

Удар!

Отходит.

— А говоришь, две минуты. Я уже вся взмокла. Ты точно там тайком ни с кем пируэтов не крутила?

— Сама удивлена.

И нет, она еще не нападает по-настоящему. Уж я-то знаю, что такое Тален. Что это за огненный смерч. Я поняла, что она не отстанет. Провоцирует.

Ну что ж.

Раньше мне такое удавалось.

Нечасто.

Я напала, использовав оба клинка сразу, ударила изо всех сил. Точно — всех. Звон. И вдруг…

— Аки!

Какого демона происходит?

Под моими руками — не целительская энергия, а знакомый до самого донышка серебристый свет. И вокруг — так много бордово-розовых всполохов. На снегу, на мне, на клинках.

Что это?

Я опустила обвитые арвинами, проросшие корнями мечи, которые стали на миг… частью меня? Подняла глаза на Тален.

— Боги мои, что с тобой, Аки? Что с твоей магией? Что с твоими волосами?

Если бы я знала.

Я рассматривала себя в зеркале скептически.

Во-первых, конечно, это красиво. Но, во-вторых, я начинаю походить на то, что показал мне Дейран. Вот он, кстати, привалился к стене одним плечом, руки сложил на груди, наблюдает.

— Ты становишься Арвой, а Арва — демон.

В волосах, кроме привычных зеленых, поселились яркие бордовые пряди. И от этого уже никуда не деться.

— Мне надо поговорить с этой женщиной. Она, кажется, не поняла, чего я от нее хочу.

— Аки, успокойся. Сейчас не то время, чтобы с кем-то разбираться.

Я повернулась к нему.

Что-то не так.

Прямо сильно не так.

Мой демон не хочет даже смотреть на свою целительницу — все мимо. Что происходит?

— Дейран, что-то ведь случилось?

— Случилось.

Мой риану, обычно такой ироничный, такой сильный, тяжело вздохнул.

— Отцу стало понятно, что он не выживет. Да он и не хочет. И он поговорил с Эрмой. Уговаривает ее, если придет час, покинуть Аскоральф. А она… она, Аки, пришла в прежнее состояние. Какой ты ее застала. Пожалуй, пора тебе рассказать, что не так с Седьмой, правда?

— Не понимаю.

— Она выбрала путь Шелковых Пут и младшего хранителя для себя. И он ее тоже выбрал. Все шло к такому же многолетнему союзу, как у отца с матерью.

Мы вышли из ванной, а в покоях он уселся в кресло. Не смотрел на меня.

— Все к тому шло. Она была такая счастливая. И вдруг начала чернеть Арва. Ормунд что-то знал. Знал про Арву, про крону, про болезнь, больше нашего знал. Он просто всего себя, всю свою энергию, а сильнее мага я не знаю, отдал Арве. Упал рядом с ней замертво. Мы с тобой, когда лечили отца, кажется, попытались провернуть тот же фокус. Арва — сама бездонный маг, и Хранитель — такой же. Но сейчас им словно не хватает энергии. Ормунд действительно отсрочил неизбежное, лет, наверное, на десять. А еще, я не знаю, что он сделал с Эрмой. Но ее сердце не заплакало. Должно было. Но нет. Аки, она любила его так… Я тебе даже не могу рассказать, как. Они были невероятно счастливы.

— Это он защитил ее сердце арвинами? Я только у нее видела такую клетку вокруг сердца. Броню. Но тогда получается… Лепестки входят извне. Не понимаю.

— Погоди ты со своими теориями. Мы чуть позже разберемся, обещаю.

— А что было потом? Ты говоришь, Ормунд отсрочил неизбежное.

— Да, дал времени. А потом Арва снова начала чернеть. Сейчас она готовится умереть. И словно передает себя — тебе. Сохраняет. Ты как семечко. Понимаешь? Ты — правда воплощенная Арва. У нее, видимо, нет иного пути. И поэтому да, все погибнет, все. А тебя я должен сохранить, что бы ни случилось. Даже если не будет Аскоральфа. Даже если тут останется Эрма. А она, поверь, останется.

Я села ему на колени, обняла.

— Тебе не нравятся перспективы.

— Совсем не нравятся, Аки. Но у моего существования есть цель и смысл, моей жизни словно придали ускорение. А что делать с Эрмой? Что делать с теми, кто просто теряет мир, в котором жил веками? У меня нет ответов. Наверное, их нет даже у Арвы.

Тален, разумеется, завела свой коммуникатор и связалась с Лотором.

Я слышала, как они разговаривали. Брат был сдержан, даже холоден, зол как черт. Но очень рад, что мы обе в порядке. Вспомнила невольно братьев Дейрана, и Лотор ох как сильно выиграл на их фоне. Почти героическая фигура.

Обещает выслать кораблей и эвакуировать население.

Несмотря ни на что.

Тален после разговора выглядела несколько удрученной.

— Что сказал наш прекрасный президент?

— Что все поедут на кораблях эвакуации, а мы с тобой должны будем явиться на «Антарру», которая прилетит последней. И полетим мы прямиком в Президентские башни.

— Посольское судно? Ты и я?

Тален кивнула.

— Ага. Почти военное, я бы сказала. С одной стороны, он прав, с другой — меня очень смущает, что я должна буду сдать свою Ласточку капитану Вирану. Нет, он мою птичку сохранит, это определенно. Но что-то мне подсказывает, что с Геянсы мы с тобой будем летать только на Килору и назад довольно долго. По особому распоряжению. И если тебя еще могут родители защитить, мне уповать вообще не на кого. Ну, я знала, чем рискую, что сказать. А ты говоришь, Заин, Дейран… Какой к Лхалу, Заин, у нас тут можно хоть Сирин, хоть Алкапу, хоть Ислату организовать в отдельно взятой президентской семье легко.

Дейран рассмеялся.

— Не могу сказать, что я его не понимаю, Тален.

— Нет, я его тоже понимаю: жена накануне возможного межпланетного конфликта смоталась на край Вселенной, еще и грозится привезти с собой сотню тысяч рогатых беженцев. Я бы для себя, знаешь, заготовила что-то изысканное вроде виселицы. Но это все же моя шкура. Мне как-то за нее не по себе. И смещение срока встречи с любимым на месяц только поджаривает мой зад. Если ты понимаешь, о чем я.

— Тален, прости, это я тебя подставила, — промолвила я покаянно.

— Нет, самое возмутительное, что подставил меня в том числе мой благоверный. Мне кажется, я все же выскажусь. Нет, пожалуй, потерплю, пока мы не загрузимся. На всякий случай.

Аскоральф. Корни Арвы

Ирта обогнула теплицу, кивая нам, прося, чтобы следовали за ней, не отставали, и открыла еще одну дверь. Просто дверь. На это моментально отреагировали лампы, зажигаясь по всему огромному помещению. Ну как лампы, тоже что-то растительное, на эффектных мясистых стеблях. А в помещении, в помещении, огромном, как ангар на Геянсе, было полно кораблей… Странников. Только почти все были не больше волка. Космолеты лежали на мягких травяных подушках.

— Вот. В связи с тем, что демоны не очень-то летают в другие миры, проект был заморожен, сейчас у нас примерно десять взрослых особей космолетов. Вернее, как, это не то, чтобы космолеты в вашем понимании.

— Ясно, домашние животные. Хотя я бы постеснялась назвать животное таких размеров домашним, — почесала голову Тален. — Хорошо. Десять. А сколько они выдерживают на борту примерно…

— Странники — индивидуальны, и…

— Послушайте, Ласточки тоже индивидуальны. Но смотрите, вот приходит час, когда всю планету зальет лавой. Что будет с Ласточкой? Я вам скажу. Я сяду сама и приму на борт еще девять чело… гуманоидов. Да, это будет тесно, да, полет будет сущим адом, никто из нас не согласится вспомнить, как спали по очереди и чем пахли внутренности космолета к концу поездки. Но мы все будем живы. Сколько?

— Примерно двадцать. Будет очень тесно.

— А их десять?

— Одиннадцать, — вмешался Дейран.

— Ну вот, считай двести жизней уже спасли. Двести двадцать.

— Двести тридцать, если с Ласточкой, — уточнила я.

Тален кивнула.

Ирта нахмурилась.

— С натяжкой есть еще несколько Странников… Два. А вот тут неудачные образцы. Больше похожи на капсулы. Да, они взлетят, но это… на самый крайний случай.

— И все же, посчитать нужно все, что летает, — снова вмешалась Тален.

— Я согласна, госпожа Тален. Я посчитаю.

Тален улыбнулась и неожиданно легко поклонилась Ирте.

— Спасибо. Если честно, это великолепно. Очень красиво. Никогда не видела, как растут корабли.

Девушка моментально покраснела.

— Ой, ну что вы. А хотите, мы еще теплицы посмотрим? В поездке нужны будут запасы, хотела посоветоваться…

Ирта повела ее прочь из ангара — к теплицам.

Дейран улыбнулся.

— Ух, мы с ней не пропадем.

— Да, с Тален очень трудно пропасть. Даже на пороге конца света.