Доведи демона. До любви и до ручки

Глава 8 Раздень демона

Космос. Путь к Аскоральфу

Демон всегда почему-то возникает передо мной неожиданно. Вроде я уже привыкла и к нему, и к его манере держать меня в поле зрения несмотря на то, что в космосе некуда провалиться. И все равно — раз, и вырос перед глазами, когда я перебирала собственные записи, сидя на кушетке. Странник сделал мою постель чуть мягче. В общем, лежу, перебираю записи, фыркаю, когда нахожу обрывочные сведения о демонах — все ложные, до одного.

Дейран улыбается.

Явно задумал что-то.

О, три дня пути осталось, а он еще меня не соблазнил, все разговоры разговаривает.

Какая, должно быть, досада.

Как-то он одет неправильно.

Свободные штаны чуть не падают, рубаха, серая, простая, на нем болтается балахоном. И все. Ну явно пришел все это с себя снимать.

— Хочешь, я тебе кое-что покажу? О демонической природе. Такого, чего ты еще не знаешь.

Я насторожилась.

— И это даже не будет связано с сексом или гипнозом?

— Практически — нет, — удивил Дейран.

И стащил с себя рубаху через голову.

Что и говорить, мощное мужское тело с выпуклыми мышцами смотрится устрашающе и впечатляюще. А еще, его плечи, руки почти до запястий и верхняя часть груди покрыты… что это, татуировки? Тонкие темно-красные линии, практически растительное содержание, круги, подобие листьев — никаких пугающих символов.

Я непроизвольно двинулась вперед.

Дейран подошел еще ближе.

— Ну же, Аки, где же закопался твой исследователь? Обещаю — не трону. Мне другое интересно.

— Обещаешь?

— Двумя лунами клянусь.

Я встала с кушетки, подошла ближе. Как же такое нанесли? В Шакире есть подобная технология, огненные делают так свои татуировки. Но они черные, выжженные. А эти — красные.

Линии четкие, и словно каждая немного углублена в кожу.

И как же эти рисунки плотно на нем расположены.

А еще… боги, они двигаются!

— Это красиво.

Дейран наблюдал за мной, а я в любой момент была готова от него бежать и лезть на стены.

— Спину показать?

— Там еще есть? — я аж охнула.

Он с видимым удовольствием развернулся. О, да. Вся спина — поле для этих странных рисунков.

— О твоей спине, наверное, легенды ходят. Каждая твоя любовница, вероятно, поделилась с подругой — у меня был татуированный мужик…

Он посмеялся над моей наивностью.

— Я могу их скрыть. И рога могу. Да и вообще, вполне владею иллюзией.

— Почему со мной не стал?

— Тебе я интереснее в настоящем виде. Я тебя, Аки Кейран, на демона и поймал.

— Логично, — задумчиво произнесла я, и положила руку на горячую мужскую спину.

Она чуть дернулась.

— Ну хоть один спор я выиграл, — усмехнулся демон. — Мысленно поставил на то, что исследователь в тебе победит страх.

Татуировки буквально разлетелись из-под моей руки. Но я успела почувствовать — тонкие бороздки, как на пропиленном дереве, только в живой плоти.

Демон повернулся ко мне лицом.

— Еще информации? Но предупреждаю, она может пугать.

Я кивнула. Исследователь всегда побеждает.

— Ну смотри. Я предупредил.

Дейран отошел на пару шагов. И… преобразился. Я не уловила даже момента, как произошел переход. Раз, и трансформация. Передо мной стоял настоящий демон, не мужчина, а вот та самая инфернальная сущность, которой пугают детей. Татуировки сложились в тонкий узор, а сзади стали серыми перепончатыми крыльями, красными по краям и с белесым налетом там, где сквозь натянутую кожу виднелись кости.

Дейран стал крупнее. Знаки на его груди зажглись, словно внутри была лава, и стали исходить тонким дымком. Руки теперь заканчивались внушительными когтями, а ироничная улыбка перестала скрывать крупные белые клыки. Ну и да, рога тоже претерпели изменения, став внушительнее и больше.

Я шагнула вперед — дотронуться до исходящей паром груди.

— Это горячо?

— Не слишком. Но выглядит, должно быть, пугающе.

— Пугающе, — призналась я.

Он все же немного жегся.

— Да, в таком виде в кольце обитаемых миров можно только прилетать по ночам в окно к девушке и говорить что-то вроде: «Красавица, продай мне душу. Я подарю тебе могущество демона, всю Вселенную и… сколько там натикало? Шестнадцать дней в придачу». В твоем домашнем мире бы такое попрактиковать, ах, что ж я не прилетел на Килору лет этак семь назад. Была бы у нас с вами совсем другая история. Продали бы душу?

Я рассмеялась, задрала голову, чтобы понять, с каким выражением лица он это произносит. Как ни странно, темные глаза были печальны.

— Насчет Вселенной я бы подумала.

— Да? — брови Дейрана взлетели. — Не ожидал в тебе правительственных замашек.

— А, вы не про путешествия, — притворно разочарованно протянула я.

— Вот черт! У меня, видимо, был отличный шанс совершить выгодную сделку. А теперь уже все. Потеряна вселенная.

— А как же могущество?

Дейран принял свой обыкновенный вид и очень осторожно положил руку мне на талию. Я сделала вид, что не заметила.

— Вам могущества недостаточно, Аки? О, вы невозможны. Потребовать своего собственного живого демона и говорить о недостатке могущества.

Он вдруг стал серьезным.

— Вообще, раньше мы действительно могли делиться собственной сутью. Как все древние расы.

— Драконы тоже могут, — проговорилась я и тут же прикусила язык.

Говорят, каждый Наджелайна на четверть дракон. На всей Килоре говорят. И хорошо, что Дейран не был на Килоре.

— Да, и драконы. Все эти сказки про проданную душу — именно от этого. Это такой интересный способ размножения — отдать человеку немного собственной сути. Есть древний ритуал… Но теперь, из-за болезни, такое очень опасно. Для самого человека. Так что, ритуал затерялся. Кстати, даже интересно, что бы вы делали, Аки, если бы в вас было немного демона? У нас, знаете, очень особенный взгляд на мир.

Дейран поступил совершенно бесчестно. Прижал меня к себе крепче. Употребил весь свой гипноз, вероятно. Мне сейчас хотелось его поцелуя, как ничего на свете. Сердце плясало как сумасшедшее. Я чуть прикрыла глаза. А демон наклонился, и шепнул прямо у моих губ:

— Теперь это очень опасно.

И отстранился. Ну да, он же обещал, демон его раздери!

Мне казалось, я лопну от злости. С одной стороны.

С другой, он, вероятно, хорошо подумал о последствиях. Ну, поддамся я. Так буду жалеть. Ладно, он прав. Но я все равно очень злюсь.

Я сложила руки на груди.

— Рассказывайте. С чего вдруг спектакль, Дейран?

— О, какой напор. Сейчас я все расскажу, сейчас, — он шутливо поднял руки. — Причины, на самом деле две: смотрите, мы летим на Аскоральф. Там — представители моей расы, правильно?

— Конечно, — я кивнула.

— Если я так умею, остальные тоже, верно?

— Аааа, вы не хотите, чтобы это было неожиданно. Пожалуй, даже спасибо, риану Дейран. Когда вокруг тебя много таких… трансформаций, это немного пугающе, действительно. А вторая?

— Ну, у меня была шальная мысль, что вы меня испугаетесь в таком виде и раздумаете лететь. Будете истерить, как одна моя знакомая, прекратите воспринимать как разумного собеседника. У меня такое случалось несколько раз. Это неприятно, — он поморщился. — Но, как вижу, вы не просто исследователь, а совершенно безбашенный исследователь. Для меня это неплохо.

Она выла и кидалась на стены.

Я лишь немного могла приглушить эту боль. И нет, она не винила меня, скорее наоборот. Видела, как возле нее вставали люди, еще час или два назад обреченные на смерть, люди, которые стремились ее утешить. Никто, в сущности, не был виноват.

Но ее утробный вой раздавался снова и снова, слепое материнское отчаяние заполняло собой буквально весь медицинский отсек.

Мальчика было решено сжечь.

Это было правильно — эпидемию на Калату, кажется, принес именно он.

Но… она выла.

Богами клянусь, я пыталась облегчить, утешить. Но ничего не помогало.

Она была молодой здоровой женщиной. У нее могли быть еще дети. Много, если захочет. Но, о, Хатта, как же она выла.

— Пожалуйста, пожалуйста, успокойтесь. Вы не вернете его. Пожалуйста, нужно жить. Пожалуйста.

Мир изменился.

На мою голову легла горячая мягкая ладонь.

Прикосновение утешало и вытаскивало из тяжкого сна одновременно.

— Эйлар Аки. Проснитесь. Вам кошмар снится.

Я открыла глаза.

Как всегда, мокрые от слез, будь неладна эта целительская эмпатия. Как же она разрывает мне сердце своим воем, это даже плачем не назвать.

Дейран наклонился надо мной.

— Все хорошо? О. Что вам снилось, признавайтесь?

Он щелкнул пальцами, и зажегся неяркий свет. Странник, кажется, щадил мои глаза. Я села на постели и тут же получила в руки кружку теплого чая.

— Травы, — я принюхалась. — Я такое только у тети пила. После того случая она меня именно таким отваром отпаивала. Что это?

— А. Банальная успокаивающая атерия. С Килоры отварчик. А, ну да, неудивительно, что вы с ним знакомы. А тетя — тоже целитель?

— Нет, — я улыбнулась, — ботаник. Межпланетная селекция, грибозавры, синенос, краснобородый чертополох. В общем, я думаю, она бы полжизни отдала, чтобы взглянуть на ваше древо. И еще полжизни, чтобы Странника изучить.

Корабль предупреждающе зажегся красным.

— Странник ближе к животным, чем к растениям. Тут скорее — ваша территория, эйлар Аки. Так что успокойся, старина, если кто и будет тебя изучать, так это она.

Корабль действительно мгновенно успокоился, сменил красный на светло-сиреневый. Дейран рассмеялся.

— Не очень-то он против, как я погляжу. Так что снилось-то? Калата?

— Откуда вы…

— Знаю? Я после того, как все это произошло с тем бандитом и вашей записной книжкой, я вспомнил, что видел вас после эпидемии на Калате. Я приехал за Лейпой и ее сыном. Простите, я даже не знаю, как зовут мальчика.

— Звали Агоном.

— Агон. Он был сыном моего земляка, и… демоны ведь очень редко уезжают с Аскоральфа. Знаете такую планету — Бироу?

— Да, ранее они входили в Содружество, но почему-то его покинули.

— Я вам скажу, почему. Власть окончательно сосредоточилась в руках Торуса. А это, знаете, та еще диктатура. В основании которой есть один краеугольный камень. У Торуса тоже пунктик насчет демонов. Только иного свойства — он хочет нас уничтожить. Всех до одного. Уж и не знаю, чем ему моя раса так не угодила, но дружить лучше против кого-то верно? Вот так и получилось, что отец Агона попал на Бироу. А потом мы получили тело. В весьма скверном состоянии. И каждый из нас — теперь в опасности. У Бироу — довольно серьезный флот. А мы по натуре не воины.

— И вас послали за его сыном?

— Да, совершенно верно. Я знаю космос едва ли не лучше любого демона. Это был правильный выбор. Но я не успел. Так что считайте, наша с вами история началась немного раньше, на Калате. Признаться, на Тхариме я вас не узнал. И сопоставлял, видите, очень долго.

Дейран встал, снова пригладил обеими руками свои длинные темные волосы — я уже успела выучить, что так он проявляет крайнюю степень досады.

— Что вас в этом печалит, Дейран? Не вижу, чтобы вы где-то ошиблись. Меня вытащили, а мальчика и сам Хатта бы не смог, увы.

— Что меня печалит? Да вспомнил, как вы выглядели. Еще раз понял, опоздай я хоть на час, на этот, чтоб его, Тхарим, вас бы со мной не было.

— Но я же тут, — возразила я.

— Это хорошо. Нам, кстати, часа четыре до Аскоральфа осталось. Так что, через час-другой я бы вас все равно разбудил.

Он попытался забрать у меня пустую уже чашку.

— Погодите. Вы не договорили, Дейран. Что случилось с Лейпой? Не может быть, чтобы вы ее бросили.

Дейран сел на постель возле меня.

— Слушайте, почему вы все время задаете вопросы, а? Я ведь могу не отвечать?

— Можете. Но я приму к сведению. Не доверяете, не надо, но…

— Ах. И снова вы выкрутили Дейрану Аскоральфу руки. Кто вас учил манипуляции, Аки? Я пожму этому красавцу правую руку… может, не одну? Сколько у него правых рук, скажите?

— Одна. Это мой отец. Ответьте на вопрос, пожалуйста, если хотите ответов на свои. Потом.

— Да, это уже даже не изящно. Грубый шантаж, — Дейран вздохнул. — Ладно. Скорее всего, ее судьба не касается ни вас, ни меня более. Живет она в провинции Элстафы, на ферме своих родителей.

Выращивает крондальских быков. Все хорошо у нее. Я заставил ее забыть демонов. Всех. И своего сына — тоже. Малышу было два всего. Да, из ее жизни исчезло почти четыре года. Да, это было довольно грубое несанкционированное вмешательство, и да, это было отвратительно. Но она кроме всего была слаба. И могла привести к нам Торуса. А мне дико не хотелось ломать ей жизнь еще раз.

— А вы опасны. Даже целитель редко имеет столь масштабный доступ к телу и мыслям. Что еще вы можете?

— Многое. Но давайте не сразу хотя бы?

— Хорошо. Меня вы тоже заставите забыть? Потому так уговариваете с вами лететь?

— В этом был бы резон, эйлар Аки. Но если бы у меня было такое намерение, скажите, я разве бы признался вам сейчас в содеянном? Вероятно, нет. Да к тому же, я туда столько сил влил. Не уверен, что хочу хоть раз еще проводить такую процедуру. Ну и да, это секрет, для своей семьи — я уничтожил девушку. Если что. А про способности они не знают. И им не надо.

— А я знаю. Где логика?

— О, вы самый сильный, самый умный противник, какого я знаю, эйлар Аки. Я уже успел оценить, что за сокровище спас. И кажется, как и у меня, у вас достаточно тайн за спиной, верно? Что-то в вас есть такое — первозданное, древнее, примерно как демоны. Такое, от чего в дрожь бросает. Вы — потомок какой-то очень древней расы. А древнее демонов, пожалуй, только драконы. На Килоре, насколько я понимаю, они есть или были. Вы, наверное, даже не знаете, насколько вы сильны.

— Что с того?

— Будьте моим союзником. Узнаете все о мощи демонов. Приобретете сами.

— Это вот что, ритуал покупки души? Могущество демонов — это прекрасно. Но давайте прямо — почему тогда вы не остановили свою планету от упадка.

Дейран выдохнул:

— Да нас банально мало осталось. Вот и все. Ну и да, не припомню, чтобы кто-то, кроме меня, потратил триста в лишним лет на магию. Мой старший брат, один из… самый первый, и вовсе считает, что все это — фокусы.

— Зачем вам союзник? Если вы уже того союзника в плен взяли.

— Ну, скажем, я просто решил вас не отпускать, эйлар Аки. Вы бы точно сбежали примерно на третий день.

— Не знаю. Даже, скорее, сомневаюсь. Вы меня вытащили из очень серьезной передряги, Дейран. И сама бы я не выбралась ни за что.