Границы (без)опасности

Глава 23

Конечно, я не ожидала, что Стас вернётся мгновенно, но прошёл час, два, три, а его всё не было. Если бы по магазинам поехала девушка, я бы и пяти-шести часам отсутствия не удивилась, но мужчина, который просто решил поискать крючки для гардины и купить что-нибудь на ужин? Стоит ли говорить, что на третий час его отсутствия я уже начала волноваться, а на четвёртый даже попыталась позвонить? Ни-че-го. Если бы не знала телохранителя, решила бы, что он тупо сбежал от меня, чтобы спокойно сходить куда-нибудь в кино или театр.

С беспокойством справлялась музыкой (без сети пришлось довольствоваться жалкими остатками сохранённых на компьютере песен) и книгами. Сюжет очередного романа – сколько я за последние дни их уже прочитала? сотни? – увлёк ненадолго, ровно до первого писка ожившего телефона.

Не заботясь о книге (мы со Стасом затарились в книжном арлекиновскими малютками на всю мою оставшуюся жизнь, наверное, штук сорок купили!), я отшвырнула её в сторону, подскочила с дивана и рванула к оставленному на столе телефону. На маленьком экране раскладушки высветилось имя: Стас.

– Господи, Стас, ты где пропадаешь? – выпалила я, прикладывая телефон к уху. – Я уже извелась вся!

– Регина? – раздался в ответ мужской голос.

Звучал он странно знакомо, но я не могла вспомнить откуда. Таких голосов была сотня: тонковатый, неприметный и совершенно не привлекательный. Если его услышишь на улице, забудешь тут же – он не вызывал ни единой эмоции, ни мурашек по коже, ни отторжения.

У меня внутри всё похолодело. Почему он звонит с телефона Стаса?

– Кто вы? Где Стас? С ним что-то случилось? – заподозрила я худшее.

Я не проверяла, как именно записана в контактах Вероцкого. Возможно, просто Регина, возможно, вообще по имени-отчеству. Но звонил он мне явно одной из последних, и если что-то случилось – машина сбила? резко стало плохо? – врачи могли звонить именно мне. Или ещё хуже – сотрудники морга.

– Пока ещё нет, – раздалось в ответ.

– Что?

Я не ослышалась? Пока ещё?

– Это такая шутка? – возмутилась я. – Передайте, пожалуйста, ему телефон, если ничего не случилось. Зачем вы звоните?

Хотя где-то в глубине души я уже понимала, зачем звонит незнакомец. Предчувствовала. Потому что грудь неприятно сдавило, а в лёгких словно выжгли весь воздух. То самое ощущение последнего поцелуя, которое преследовало меня, когда Стас ещё только собирался уходить.

Нужно было довериться интуиции. Нужно было его остановить.

– А вот это уже хороший вопрос? – усмехнулись в ответ. – Я звоню тебе, Регина. Слушай и запоминай: хочешь увидеть своего горе-любовничка живым, приезжай по адресу, который пришлю в смс. Тебя будет ждать сюрприз у колодца рядом с домом. И не смей никому звонить или сообщать, иначе вместо мальчика тебя будет ждать труп.

Я должна была возмутиться, сказать что-нибудь, накричать… но горло словно сжала невидимая рука, а в глазах потемнело. Я не могла не только вымолвить хотя бы слово, у меня даже двинуть пальцем не получалось. Они намертво вцепились в телефон.

«Если хочешь увидеть своего горе-любовничка живым…»

Это шутка? Да, точно шутка! Стас решил поиздеваться надо мной, правда? В отместку за побег, за сорванную штору, за то, что поставила себя под угрозу.

Это просто не может быть правдой. Зачем кому-то угрожать мне смертью телохранителя? Как вообще можно было поймать «сокола», который отучился в военном? Тут же мозг услужливо подкинул воспоминания: как Стас стоял напротив в толстовке поверх лёгкой майки, совершенно безоружный, и советовал воспользоваться пистолетом, если это понадобится. Пистолетом, который остался в шкафу в комнате.

– Что за шутки? – кое-как выдавила я, разлепив пересохшие губы.

В трубке раздался тихий смех. Видимо, реакция мужчину позабавила. А потом голос резко изменился:

– Слушай сюда, шлюха, – прорычал-прошипел собеседник. – Через два часа ты должна быть по указанному адресу. Не приедешь, твой очередной трахаль сдохнет. А потом я с наслаждением распахну дверь в твою квартиру, накручу твои волосы на руку и отымею тебя во все дыры так, что ни ходить, ни говорить не сможешь. И ты никому и ничего не успеешь сообщить. Ясно?

– Не ясно, – как бы сильно я ни боялась, голос прозвучал удивительно ровно, будто на мгновение все страхи отступили, вытесненные единственным желанием: понять, правду ли говорит угрожающий мне мужчина. – Вы не знаете, где я живу, и Стаса не могли поймать. Где доказательства?

Ох, как бы я сама хотела верить этой браваде. Стаса не могли поймать. Неужели? Полностью безоружного? Да запросто! И от этого становилось ещё ужасней.

– Наглеешь, девочка? Не хватает телефона? Верь на слова. Не придёшь – получишь доказательства в виде трупа. Приеду вместе с ним. Будешь стонать подо мной, глядя на своего бездыханного любовничка.

– Он не у вас.

– Давай проверим, сучка, – рассмеялись в ответ. – Один вариант: ты ждёшь до последнего, и всего через два с лишним часа я буду у порога. Даже если кому-нибудь сообщишь, жизнь мальчишке уже не вернёшь. Второй вариант: получаешь смс, запоминаешь адрес, приезжаешь к назначенному месту, выполняешь всё, что требуется… и твой любовник останется в живых. Возможно, покалеченный, это будет зависеть от твоего послушания, но живой. Что скажешь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я не смогла ничего сказать. Язык просто не шевелился.

– Отлично. Сейчас получишь адрес. Выбирай с умом. И запомни: сообщишь кому-нибудь, и парень – труп. Даже если выполнишь условия.

В трубке послышались короткие гудки – он отключился. А я осела на пол, крепко стискивая в пальцах телефон. Весь ужас внезапно выплеснулся наружу, я охнула, тело сотрясла крупная дрожь, такая сильная, что даже зубы застучали. Из головы вылетели все мысли, в мозгу пульсировала паника.

Это правда? Это правда? Это правда?

Пиликнул телефон. Я медленно опустила голову, с трудом разжала пальцы, открывая сообщение: «Ул. Речковского, д. 18, через два часа».

Речковского? Где это? Не знаю такую.

Было плохо, было ужасно, просто отвратительно, но я доползла до дивана, на котором стоял ноутбук, вывела его из сна и открыла карту, скачанную ещё в день приезда. Пальцы едва попадали по клавишам, но я сумела ввести: Речковского, восемнадцать. И уставилась на экран, мгновенно отобразивший узкую извилистую улочку и россыпь маленьких домиков на самой окраине города. Посмотреть, как оно выглядит вживую, без сети было невозможно, но примерное нахождение стало известно.

Итак, меня пытаются заманить в самую глушь. Угрожая при этом Стасу. Что делать?

Я свернулась на диване клубочком, оттолкнув в сторону ноутбук, и попыталась привести в порядок мысли и дыхание. Лёгким катастрофически не хватало воздуха, казалось, я близка к панической атаке. Но нет, нельзя паниковать. Нужно думать. Думать!

Постепенно дыхание всё же восстановилось. Я перекатывала в голове факты и старалась мыслить логически. Итак, какова вероятность того, что Стаса действительно поймали? Оптимально? Пятьдесят на пятьдесят. Либо поймали, либо нет. Каким бы крутым и сильным он ни был, завалить можно любого человека, особенно когда он этого не ожидает, а Вероцкий явно не ожидал, что напасть могут на него.

И всё же… вдруг он вернётся? Вдруг я сейчас панически кинусь собираться, рвану в лапы настоящему маньяку, а он вернётся? Телефон могли и украсть, голоса Стаса я не слышала. Более того, если этот козёл знает наш адрес, почему давно уже не заявился сюда? Зачем заставляет меня самостоятельно приехать? Любит командовать или на самом деле просто ничего не знает? Но откуда тогда у него телефон Стаса?

Вопросы, вопросы, вопросы. Но здесь определённо что-то нечисто.

Я глубоко вздохнула, собралась с силами и села. Бросила взгляд на экран ноутбука – до назначенной «встречи» ровно час сорок. Итак, Регина, хватит распускать нюни. Времени осталось мало, а тебе нужен план. И желательно, чтобы в нём были учтены даже малейшие детали. Серж всегда говорил, что ты умная, ты стратег. Так докажи это!

Стоило немного успокоиться, как мозг мгновенно мобилизовался и собрал воедино все кусочки мозаики, подкидывая мне идеи для плана. Помогая решить, рисковать или нет, оставаться дома или следовать приказам.

Что ж…

Во-первых, через двадцать минут я была морально готова всё же выдвигаться навстречу опасности. А виной всему неискоренимые мысли о Стасе. Вдруг его действительно схватили?

Конечно, сам телохранитель пресёк бы план на корню, запретил выбираться из квартиры и потребовал бы срочно сбегать подальше отсюда. Вызывать такси и мчаться к Лерке (если готова её подставить), в гостиницу, где меня точно не достанут, или даже обратно домой, под крыло его суровой матушки и напарника, который должен будет защищать клиентку в случае, если Стас временно отойдёт от дел. Ему передавалась информация обо всех наших передвижениях и угрозах.

Но кем я буду, если струшу? Если не попытаюсь спасти мужчину, в которого успела по уши влюбиться?

Сердце кольнуло при мысли, что я так и не решилась сказать ему всего три слова. Тогда, в запале, выплюнула что-то косвенное, а теперь не могла признаться честно. Я. Тебя. Люблю. Разве так сложно?

Сложно. Но я обязана сказать их ему, даже если для этого придётся самой прийти в лапы настоящего маньяка-извращенца. Нет, я не лелеяла надежду, что звонивший сразу же отпустит Стаса, как только я явлюсь. Скорее он прибьёт нас обоих, но ведь и я не лыком шита! Придумаю, как действительно можно выторговать жизнь телохранителя. Если он там, конечно же.

Отсюда выходило «во-вторых»: он может быть и не там. Но рисковать я не могла, так что выбрала самый оптимальный вариант – ждать до последнего. Такси может домчаться до нужного места за полчаса, пробок сейчас нет, так что подъезжать будет ещё минут пять. Итого, за тридцать пять минут до назначенного времени я вызову такси. Не раньше! А до тех пор буду собираться и терпеливо ждать в надежде, что Стас всё же объявится. Это, конечно, было бы лучшим исходом.

В-третьих, Стас может всё же быть не у маньяка, но приехать позже. Мало ли что задержало? В таком случае я уже успею уехать «на встречу», буду в опасности, и волноваться придётся уже телохранителю.

Лучше всего, если он будет знать, где я. На мобильном забиты ещё два номера, Сержа и Вениамина… идеально было бы предупредить Веника, но сообщать никому нельзя: раз маньяк знает мой номер, то он может спокойно отследить, кому и зачем я звоню. Да, возможно, это паранойя, но деньги сейчас многое делают, а у моего преследователя они явно есть.

Значит, сообщать стоит непосредственно Стасу или тому, кто решит нас искать здесь, в квартире. И сообщать так, чтобы телохранитель, если он не попался, ни за что не пропустил послание.

Идея пришла мгновенно и в жизнь воплотилась самым быстрым и простым способом – запиской, прикреплённой к стене прямо напротив входа. Да, её могут увидеть и другие, мой злодей в том числе, если решит на всякий случай обшарить квартиру (хотя я всё же сомневалась, что он знает правильный адрес), но зато это самый бросающийся в глаза вариант.

В-четвёртых, раз меня в который раз за последние недели называют шлюхой, нужно поддержать этот образ. Не стесняться, не показывать, что боюсь, не дёргаться. Я должна вытащить из глубины души хищницу, должна выглядеть идеально и вести себя нагловато. И так сглупила, когда разговаривала по телефону, как настоящая жертва. О нет, жертва здесь – мой преследователь. По крайней мере, если попадусь, придётся показать ему, что это именно так.

В-пятых, я просто обязана не попасться. Ввалиться к этому маньяку в дом/на склад/в машину (или где там он будет меня встречать) как на праздник жизни и выдвигать свои условия. Наглость – второе счастье. Попробуем хотя бы первые минуты повернуть в свою пользу ради неё. Чего там от меня хотели? Секса? Отлично, возьмём нахрапом, сделав вид, что сейчас же всё готовы предложить.

В-шестых… В-шестых уже не было. Я просто пошла приводить себя в идеальный вид.

Тот самый наряд, который брала для торжественных случаев: прекрасное платье-футляр ярко-синего цвета с открытыми плечами и заметным декольте, тонкие капроновые колготки (хотя бы для того, чтобы сопротивления было больше, если меня вдруг решат насиловать) и чёрные балетки (хотелось бы напялить каблуки, но мало ли что и как придётся делать). На руках – браслеты, на пальцах – несколько колец, на губах – винная помада, а глаза густо подвести чёрной подводкой. Образ, который принадлежит не шлюхе, а совершенной леди, акуле бизнеса, которая может перегрызть глотку любому конкуренту.

Я – хищница, и это не обсуждается. Если какой-то гадёныш решил меня поиметь и прибить, ему придётся сначала преодолеть сопротивление. Макияж и внешний вид многое значит в жизни девушки. Иногда он позволяет тебя ощутить себя совершенно другим человеком, превратиться из запуганного мышонка в кошку, которая сама готова поймать добычу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Время неумолимо приближалось. Я замерла перед шкафом, порылась в вещах Стаса и выудила на свет божий кобуру с пистолетом. Достала оружие, взвесила его в руке, прицелилась, направив дуло в сторону часов, висящих на стене… а потом сложила пистолет обратно и положила на стол. Если Стас вернётся, ему оружие будет нужней, я же в стрельбе полный профан. Устроить фотосессию с оружием – за милу душу; попасть в цель… а сколько там раз можно промазать? Так что оружие сыграет только против меня, если возьму его с собой. Например, позволит не только отыметь меня, но и вынести мозг с одной пули.

Я зловеще улыбнулась, вспоминая обещание преследователя «отыметь во все дыры». Что ж, после выстрела и дыр в организме больше появится. Не будем предоставлять маньяку такую прекрасную возможность разнообразить сексуальный опыт.

Юмор мой окончательно почернел. Последний раз кинув взгляд на часы, я прикрепила записку скотчем прямо к обоям и вышла за дверь, плотно её притворив, но не закрывая. Ключей у меня всё равно не было, их забрал с собой Стас.