Хранитель для чужой жены

Глава 24

Мы быстро пересекли анфиладу моих покоев. Они почти не пострадали, в отличие от спальни. Однако стену над выходом в коридор расколола глубокая трещина. Дубовая дверь покосилась и болталась на одной петле, порог перегородила упавшая балка.

Но это была мелочь по сравнению с тем, что ждало нас снаружи.

Коридор заволокло сизым дымом. Мы сразу закашлялись.

– Тем путем не пройти, – проговорила Миранда, глядя в сторону лестницы.

Дым там стоял стеной, из которой выступали очертания обрушившегося свода.

Я бросила взгляд в противоположную сторону. Решение пришло моментально:

– Значит, пойдем через покои Элении.

– Но его светлость запретил…

– Запретил что? – зло хмыкнула я. – Спасать свои жизни? Идем!

Сжав ее руку, потянула горничную за собой.

Дорога была мне знакома, так что мы быстро добежали до нужного поворота. Арка, ведущая в комнаты моей несчастной предшественницы, по-прежнему тонула в темноте. Но запаха гари здесь не было, да и следов разрушения тоже. Ни трещин на стенах, ни упавшей штукатурки. Даже картины и вазы – все на местах. Будто этой части крыла не коснулись последствия боя.

– Вы уверены, госпожа? – прошептала Миранда.

Ее глаза выдали страх. Она боялась входить в покои Элении.

– А есть варианты?

Сердце дрогнуло, когда я переступила черту между светом и тенью. Тьма тут же обхватила меня своими щупальцами. Обманчиво мягкими, обманчиво теплыми и ласковыми.

О да. Она умела ластиться, как кошка, и даже мурлыкать. А могла быть холодной, колючей…

Но именно холодная Тьма была не такой опасной, как та, что сейчас меня обнимала.

– Как здесь темно… – прозвучал рваный голос Миранды.

И правда, темно. Я не видела ни очертания стен, ни мебели, такой густой была тьма, однако здесь можно было дышать, не боясь задохнуться от дыма. Так что я шагнула вперед.

Дальше мы продвигались мелкими шажками, вытянув руки перед собой, чтобы ни на что не наткнуться.

К нашей радости, мучиться пришлось недолго. Едва мы достигли галереи, как зарево пожарища осветило наш путь. Я услышала странный гул и не сразу сообразила, что это гудит огонь, пожирающий наружные стены. Набата не было слышно. А глянув в сторону сторожевой башни, я поняла, что ее больше нет.

Небо над крепостью скрылось за клубами дыма. Я увидела десятки столбов, тянувшихся вверх. Развалины были повсюду, насколько хватало глаз. Восточные ворота, западные, все башни, казарма, часть главного здания – все будто разметал гигантский кулак, превратив в груды камней.

А люди? Ведь там были люди!

Я вспомнила слуг, которые здоровались со мной в коридорах. Марцеллу и ее Флориана, Терезу, старого Руперта и других. Мысль, что они все погибли, заставила меня замереть.

Неужели их всех убили драконы? Неужели драконы и вправду настолько жестоки, а у меня просто помутился разум, когда я решила, что это не так?

Будто в ответ на охвативший меня ужас, дымные тучи пронзили крылатые тени. Впервые в жизни я увидела их. Драконов. Темные, по-змеиному длинные, поджарые тела, узкие вытянутые морды и кожистые, неожиданно белоснежные крылья…

Сразу больше десятка спикировало вниз, выдыхая огонь из пасти. Струи пламени лизнули крепостную стену, сметая прочь крошечные фигурки солдат.

– Нет! – закричала я, наконец-то осознавая действительность. – Нет! Не надо!

Собственный вопль ударил меня по ушам, смешиваясь с чужими предсмертными криками.

Мы все здесь погибнем. Все! Драконы не знают пощады!

В глазах потемнело. Захотелось забиться в угол, спрятаться в щель, стать маленькой и незаметной, лишь бы не видеть этого, не чувствовать и не знать. Забыть все, что видела.

Но Миранда не дала этого сделать. Схватив меня за руку, силой поволокла за собой, уводя прочь от разыгравшейся трагедии.

Я не сопротивлялась. Увиденное так и стояло перед глазами. А сердце сжималось от мысли: зачем? Зачем они это делают?

Вскоре мы оказались на улице. Но вместо ночной прохлады нас встретил жар плавящихся камней, запах крови, крики и лязг железа. Люди отчаянно продолжали сражаться, хотя уже проиграли. Драконы прорвали их оборону и теперь кружили над храмом, где укрылись счастливчики.

А счастливчики ли?

Я уже сомневалась.

Один из драконов, выглядевший крупнее остальных, вдруг развернулся и направился к нам. Заметив его, я резко остановилась.

– Госпожа, – Миранда дернула меня за руку, – надо бежать!

– Уже нет смысла, – раздался бесцветный голос.

Казалось, это говорил кто-то другой, не я. Кто-то невероятно спокойный, то ли не способный на эмоции, то ли слишком уверенный в бессмысленности бегства.

А я продолжала смотреть, как к нам приближается прекрасная смерть. Прекрасная, потому что дракон был просто великолепен – настоящее воплощение силы. Смертоносная мощь. И чем больше сокращалось расстояние между нами, тем легче становилось у меня на душе.

Широко раскрытыми глазами, не мигая и не дыша, я ловила каждый взмах мощных крыльев, каждое движение гибкого тела. Он не летел и даже не парил, как это делают птицы, а будто скользил по небу, как змея по воде.

Я смотрела, и внутри меня нарастало тепло. Не отдавая отчета собственным действиям, я протянула руку к дракону. Будто передо мной был не враг, решивший убить меня, а спасение…

Мои губы раскрылись, собираясь произнести желанное имя. Но с них не сорвалось ни звука – чья-то рука оборвала дыхание.

Жесткие, грубые пальцы впились мне в горло. Миг – и я ощутила, как холодное острие проходит сквозь ткань камзола и упирается прямо в живот…

– Эй! – прогремел над ухом голос, от которого внутри все омертвело. – Она у меня! Твоя истинная у меня! Я убью ее, если ты не прикажешь своим тварям остановиться!

Мне не нужно было оглядываться, чтобы понять: позади меня стоит Гидеон. И это он сейчас сжимает мое горло. Это он держит нож у моего живота.

Поэтому я продолжала смотреть вперед. На дракона, который медленно опускался.

***

Я смотрела – и не верила глазам. Сердце ликовало, одновременно обливаясь кровью. Радость и страх, счастье и ужас слились воедино. Потому что мой ненавистный муж грозил мне смертью, но мой возлюбленный – тот, кого я считала погибшим всё это время, тот, кто приходил лишь во снах – оказался живым.

Дракон опустился на площадь в сотне шагов от меня и Гидеона. Люди вокруг разбегались, объятые ужасом неминуемой смерти. Со всех сторон царил хаос, раздавались крики и предсмертные стоны.

А я стояла среди этого столпотворения и смотрела на дракона. Величественного. Внушающего ужас.

Он был огромен, мой дракон, высотой в три человеческих роста. Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в его пылающие глаза.

Миг – и он обратился в человека. Я всего лишь моргнула, а вместо крылатого зверя на площади уже стоял Авенар. Это был он. Тот, кого я любила всем сердцем и не могла забыть.

– Авенар, – позвала, выдыхая одними губами.

Однако жёсткие пальцы на моём горле сжались сильнее, перекрывая дыхание.

– Заткнись! – прорычал Гидеон, встряхивая меня. – Не смей произносить его имя! Ты сдохнешь с моим именем на губах – и никак иначе!

Я захрипела, царапая ногтями его руку, пытаясь хоть на малость разжать пальцы и сделать глоток воздуха. Хотя бы один, чтобы успеть еще раз взглянуть на любимого перед смертью.

Сквозь пелену слёз почувствовала, как ребенок во мне встрепенулся.

Авенар шагнул вперёд. За его спиной развернулись белоснежные кожистые крылья – те самые, вместо которых прежде я видела кровавые раны. Его окружали потоки воздуха, похожие на полупрозрачных змей. Белые волосы развевались от мощи драконьей магии. Алые глаза пылали огнём.

Он вернулся, чтобы отомстить убийце за свою смерть. За свою любовь и своего сына.

Авенар вернулся! Он жив!

Истина медленно доходила до моего сознания сквозь боль, отрицание и надежду.

Теперь стали понятны слова Лиары о ярких всполохах над горами. Драконы не выбирали нового вожака! Авенар вернулся и сразился с тем, кто занял принадлежащее ему место лаэрда. Вот, что это было.

В руке мой любимый держал сверкающий меч. Острие клинка было направлено прямо в грудь Гидеона.

Нет, не Гидеона – в мою грудь. Потому что герцог прикрывался моим телом.

– Отпусти её, – пророкотал Авенар.

Его голос напоминал рев водопада.

– Вели своим тварям свалить из крепости! И немедля! Иначе я вспорю брюхо твоей подстилки, и мы прямо сейчас узнаем, чьего отпрыска она носит!

Гидеон захохотал мне прямо в ухо. Его смех отдавал безумием, сильное тело тряслось, распространяя тяжелые волны Тьмы, а острие кинжала процарапало кожу на моем на животе. Я ощутила, как сталь оставляет отметину и как из неё появляется кровь.

Рана была неглубокой. Но Авенар тоже ее ощутил. Его ноздри раздулись, втягивая запах моей крови, зрачки превратились в тонкие линии и рассекли радужку пополам.

Он мог бы напасть прямо сейчас. Мог смести, растоптать Гидеона одним ударом. Но почему-то сдержался.

Я увидела, как лицо Авенара окаменело.

– Хорошо, – произнес он ровным тоном, глядя на Гидеона – не на меня. – Я отзову драконов, но и ты вели своим людям сложить оружие. Мы сразимся один на один. Только ты – и я.

Герцог снова расхохотался. На этот раз в его смехе было злорадство.

– Отлично, я снова вырву тебе крылья! – услышала я рычание мужа. – А потом займусь твоей шлюхой!

Он встряхнул меня, по-прежнему держа за горло, из которого вырвался булькающий звук.

Давление Тьмы росло, сознание уплывало.

Я пыталась цепляться за образ Авенара, за ощущение тепла в моем животе, за боль от раны и страх. За что угодно – лишь бы не упасть на брусчатку сломанной куклой. Ведь когда Гидеон уничтожит меня, Авенару не за что будет сражаться.

Такого я не могла допустить. Потому через силу оставалась в сознании.

– Отпусти ее, – голос Авенара не дрогнул, но я почувствовала его напряжение.

Он боялся за нас – за меня и ребенка. Наверное, впервые в жизни испытывал это чувство. Ведь драконы ничего не боятся. Им просто неведом страх.

Его слова срывались с губ ледяными осколками:

– Если она пострадает, я сожгу твое герцогство вместе с людьми. Не пощажу никого. Ни женщин, ни детей. Превращу эти земли в пустыню.

Подтверждая угрозу, от ног Авенара к нам зазмеились черные трещины. Их края задымились. Треснувший камень потек, превращаясь в жидкую лаву.

Я со свистом втянула воздух.

Вот как драконы разрушили крепость! Их огонь плавит камни.

Гидеон досадливо захрипел. Его хватка на моём горле ослабла. Но не успела я обрадоваться передышке, как он отшвырнул меня себе за спину и черной тенью метнулся вперед.