Кофе по понедельникам

Глава 14. Немного о музах

В четверг Валерии на пленэре не было, и Сергей, расстроенный этим, провел всё занятие в каком-то тумане. Он рассеянно черкал сангиновыми мелками по листу бумаги, набрасывая величественный силуэт центральной городской библиотеки, построенной в неоклассическом стиле. Группа работала на главной площади Города, устроившись на тротуаре перед одним из входов в Литературный сквер. Некоторые, как и Серёга, выбрали центром композиции библиотеку, другие – расположенный на противоположной от неё стороне площади оперный театр. Третьи предпочли комплекс областной администрации, уменьшенную вариацию столичных высоток, с центральной башней над главным корпусом и башенками поменьше на угловых зданиях квартала.

– Что-то вы сегодня медленно работаете, – заметил Александр Петрович, когда, по обыкновению, спустя примерно час от начала пленэра оставил свой мольберт, и принялся расхаживать среди учеников, рассматривая работы и мимоходом давая советы.

– Наверное, вдохновения нет, – заметил Сергей, меняя мелок на более тёмный и заштриховывая находящиеся в тени части здания. Художник на это замечание многозначительно хмыкнул, но вслух сказал:

– Вы, помнится, намеревались подать работу на конкурс.

– Да…

– Уже решили, какую?

– Не уверен, – Серёга в нескольких словах обрисовал художнику замысел своей картины. Коротко стриженая седая голова склонилась: мастер задумчиво рассматривал пробившиеся между тротуарными плитками травинки.

– Вы напрасно полагаете, – наконец заговорил Александр Петрович, – что это будет совсем «не в тему». Замысел вполне укладывается в условия конкурса, насколько я их помню. Да-да, – пояснил он с усмешкой на вопросительный взгляд Сергея, – я прочёл объявление в тот же вечер, после вашего визита.

– Вы тоже будете участвовать?

– Нет, – коротко ответил наставник, и хотя парень подождал немного, художник не посчитал нужным ничего добавить к своему ответу. – Так вот, насчёт вашего замысла, – продолжил он, заложив руки за спину и исподлобья глядя на собеседника. – Техническое соответствие заданию – это ведь далеко не всё. Куда важнее, какой посыл вы закладываете в свою работу. Какое настроение хотите передать. Картина может быть не просто запечатлённым мгновением, но целой историей, раскрытой в композиции и особенно – в её деталях.

Парень рассеянно постукивал мелком о край листа, размышляя над словами мастера.

– Мне думается, – подытожил Александр Петрович, – вы ещё сами не до конца решили, какую историю хотите рассказать. Поэтому и замысел кажется вам не совсем подходящим. Возможно, когда вы поймёте, что именно должно быть заложено в эту работу – не с точки зрения условий конкурса, а с точки зрения лично вас – тогда и замысел либо изменится, либо дополнится.

Сергей потёр переносицу правой рукой. На коже остались красноватые полосы сангины.

– Кстати, о вдохновении, – глаза художника слегка прищурились, и Серёга под этим взглядом вдруг почувствовал себя провинившимся школьником. – Не надо полагаться на вдохновение. Нужно приучать себя к регулярной работе, к методичности. Я ведь уже говорил вам при первой встрече – в нашем деле решают упорство и практика. Если же вы будете ждать музу, – Александр Петрович произнёс это вроде бы спокойно, никак не меняя тона, но Сергею почудилось, что под «музой» мастер подразумевает Валерию. – Вы рискуете впустую потратить время в ожидании.

* * *

Несмотря на предостережение наставника, справиться с отсутствием «музы» парень не сумел: пейзаж с библиотекой так и остался только наброском, а ночь с четверга на пятницу полнилась муторными снами, в которых Валерия появлялась и тут же исчезала, едва он пытался её обнять или поцеловать. Рассыпался и таял затухающими искорками мелодичный смех, мелькали в неясных, обрывочных видениях то высокая грудь, то соблазнительный изгиб бедра, то насмешливая линия чуть приоткрытых, выжидающих, губ.

Утром Серёга проснулся с тяжёлой головой и ощущением, будто за ночь вообще не сомкнул глаз. Он непонимающе уставился в потолок, пытаясь сообразить, что именно не так, и только через несколько секунд понял, что не слышит будильника. Сергей нашарил на прикроватной тумбочке смартфон: до сигнала было ещё полчаса, и парень раздражённо простонал. Он терпеть не мог просыпаться раньше будильника – даже пять минут, даже минута при этом будто превращались в целые часы недосыпа, и день можно было считать неудавшимся с самого начала.

Взгляд задержался на иконке уведомления. Похоже, именно звук входящего сообщения и разбудил парня – вопреки своей обычной привычке Серёга, вернувшийся домой в раздумьях, почему Валерии не было на пленэре, забыл перевести телефон в беззвучный режим. Сообщение от абонента «Жанна» было коротким:

«Привет! Ты сегодня работаешь?»

Удивлённый, Сергей устроился полусидя, опершись об изголовье кровати, и набрал, то и дело промахиваясь по нужным буквам:

«Да. Весь день».

«Супер», – и статус Жанны сменился на «Не в сети».

«Вот ведь дурак…» – подумал Серёга. – «Всего-то и надо было – записать телефон Леры». Следом мелькнула мысль, что он не знает не только телефона, но даже и фамилии своей партнерши. Парень скривился и растерянно поскрёб взлохмаченную голову.

– Да уж… – тяжело вздохнул он и вылез из кровати.

* * *

Жанна появилась в кофейне ближе к полудню и, как прежде на набережной, Сергей на несколько мгновений потерял дар речи. Белые брюки были ему определённо знакомы, но вместе с белыми пиджаком и чёрным трикотажным топом они превращали сероволосую девушку в деловую леди, что совершенно не вязалось с тем образом Жанны, который уже сложился в голове у парня. Серёга окинул посетительницу взглядом, и невольно чуть вздрогнул, когда Жанна, закрыв дверь, направилась к витрине: девушка сегодня была в белых босоножках. В очень знакомой модели босоножек. С обвивающим ногу тонким длинным ремешком и четырьмя маленькими замочками.

– Деловая встреча? – Серёга постарался, чтобы вопрос прозвучал как можно небрежнее, хотя в горле бариста внезапно пересохло. Жанна встретилась с парнем взглядом. Макияж у неё сегодня был заметно ярче, чем обычно, а тщательно подобранное сочетание теней визуально делало синие глаза девушки больше, практически бездонными. Взгляд этот завораживал, притягивал – и отказывался отпускать.

– Да, сегодня работа в центре.

Парень потянулся за банкой с кофе, но на полпути замер и снова повернулся к посетительнице:

– Латте? Или что-то другое?

– Вот жаль иногда, что у вас с алкоголем кофе не делают, – нервно хихикнула Жанна, разом развеивая то полугипнотическое состояние, в которое невольно погрузился Сергей. – Я бы сейчас с удовольствием выпила с ликёром. Клиенты очень уж тяжёлые. Но чего нет – того нет, давай латте.

– А кем ты вообще работаешь, если не секрет? – все рецепты в «Старом Городе» Серёга уже давным-давно выучил наизусть, и теперь готовил почти машинально. Руки его, будто сами собой, проделывали многократно повторенные и заученные до автоматизма движения, пока бариста то и дело оглядывался на девушку.

– Риелтором, – Жанна сняла пиджак. Топ оказался открытым, и парень впервые увидел худенькие плечи и спину с проступающими лопатками. Сероволосая девушка вдруг показалась Сергею хрупкой и беззащитной – несмотря на регулярные занятия спортом Жанна, похоже, не стремилась обзавестись рельефными мышцами, чему парень мысленно даже порадовался.

– Ого! Собственная контора?

– Если бы, – она повесила пиджак на спинку стула и села, держа спину прямо. «Хоть сейчас на фотосессию», – подумалось Серёге, который невольно ощутил досаду на собственную привычку сутулиться. Парень постарался незаметно выпрямиться, а Жанна тем временем продолжала, просматривая что-то в смартфоне:

– До собственной конторы у меня деловая репутация ещё не доросла. Пока что, – многозначительно добавила девушка, снова взглянув на собеседника. – Так что сейчас в штате. Сегодня сделка по квартире в доме у Императорского парка. Тот, который прямо за парком, новая высотка.

– Так себе домик, – выдал бариста. – Как его только разрешили в историческую застройку втиснуть?

Девушка пожала плечами:

– Не его одного. Квартиры там шикарные и дорогущие. Соответственно, и жильцы у дома – сам понимаешь…

– Понимаю.

– У нас обычно такие сделки ведёт начальство, но в этот раз мне повезло. А проведу всё идеально – повезёт ещё больше. Репутация.

– Ясно, – Сергей, следя за тем, чтобы держать спину прямо, поставил на стол перед девушкой кофе и положил на край блюдца маленькую шоколадку.

– Ты опять за своё? – брови Жанны сошлись на переносице.

– Она с ромовой начинкой. Ну, раз уж ликёра нет, – улыбнулся Сергей, и увидел, как синие глаза теплеют.

– Спасибо, – смущённо улыбнулась в ответ девушка. – Только я оплачу!

– Как скажешь, – небрежно махнул он рукой, возвращаясь за стойку. – Кстати, а в честь чего было утреннее послание? Неужели если бы не моя смена – ты бы сюда не пришла?

– Ты же понимаешь, что от парка до вас минут десять прогулки, и там в окрестностях тоже есть кофейни? – иронично поинтересовалась собеседница.

– Конечно.

– Замечательно. На самом деле – да, наверное, не пошла бы Просто хотела рассказать, что случилось с Олегом. Писать было бы долго, а голосовые слать… – она скривилась, – Не знаю. Как-то не то. Я подумала, надо лично, вживую.

– Спасибо, – машинально произнес Серёга и на вопросительный взгляд пояснил:

– За доверие. И за… уважение.

Она кивнула. Потом, поразмыслив, сказала:

– В общем, как я писала – ты был прав. Хотя и не совсем.

– В смысле?

– Телефон у Олега не садился и без связи он не оставался. И ездил он совсем не по работе.

Сергей удивлённо смотрел на девушку.

– В общем, – слегка улыбнувшись, пояснила Жанна, – один их клиент, с которым фирма Олега работала чуть не с открытия, обанкротился. И чтобы покрыть долги, принялся распродавать имущество. Олегу он предложил свой коттедж в «Лукоморье». Знаешь, где это?

– Без понятия.

– Это закрытый клубный поселок, выше по реке. Раньше там была небольшая деревня, у речной старицы. Потом крупный застройщик выкупил все участки, прорыл пару каналов от старицы, заново «нарезал» территорию, и теперь там все дома – с собственным выходом к воде.

– Нехило. Денег, наверное, вбухано было…

– Много, – кивнула собеседница. – Коттеджи в «Лукоморье» и стоят соответственно, но тут ситуация, видимо, совсем плохая – Олег купил его практически за полцены.

– Откуда ты знаешь?

Она усмехнулась:

– Так он во вторник утром приехал в наше агентство оформлять сделку.

– К тебе?

– Нет, – в тёмно-синих глазах промелькнуло недовольство. – Шеф отдал этот проект Марине. Своей племяннице.

– Ясненько… – протянул Серёга. Жанна задумчиво помешивала кофе, следя, как искажается, превращаясь в набор светлых и тёмных пятнышек, рисунок божьей коровки на молочной пенке.

– В общем, – она снова посмотрела на парня и в голосе зазвучала прежняя спокойная уверенность, – в воскресенье Олег ездил договариваться с владельцем, а тот под это дело устроил баню, шашлык и выпивку. А Олег, выпив, на мотоцикл никогда не садится – так что пришлось остаться ночевать.

– Он что, не мог просто тебе всё объяснить сразу?

– Хотел сделать сюрприз, – рассеянно сказала девушка, надрывая на шоколадке обёртку.

– А зачем было телефон отключать? – спросил Сергей, и тут же пожалел: во взгляде Жанны проскочило мучительное сомнение, и парень понял, что она тоже задавалась тем же вопросом, и что объяснения кавалера не до конца успокоили её сомнения.

– Сказал, что ничего лучше не смог придумать. Ну, сюрприз же. Так чтобы не отнекиваться каждый раз, когда я звоню, просто выключил телефон – вроде как вне сети, в области.

«И обеспечил тебе бессонную ночь», – подумал Серёга, но вслух только сказал:

– Понятно. Ну и хорошо. Видишь, зря волновалась.

Парень и сам понимал, что сказанное звучит несколько фальшиво, но сероволосая девушка, откусив маленький кусочек от шоколадки, благодарно улыбнулась ему:

– Да. Совершенно зря. Глупо получилось, – смартфон девушки пропиликал и она погрузилась в чтение сообщения

«Глупо», – подумал Сергей, наблюдая за Жанной, быстро набиравшей ответ. Ему вспомнились собственные вчерашние терзания, и бариста рассеянно окинул взглядом улицу за окном: «Как ни крути – глупо».

* * *

В субботу парень снова с полудня устроился на проспекте у здания бывшей семинарии, сделав перерыв только на обед и туалет в ресторанчике самообслуживания по соседству. Желающих заказать портрет у уличного художника было мало, но Сергея это вполне устраивало: за те несколько часов, что он провёл возле маленького сквера, в скетч-буке появились наброски всех окрестных пейзажей – так что при желании из них можно было бы, пожалуй, смонтировать неплохую панораму.

Сегодняшний пленэр Александр Петрович назначил на привокзальной площади, которую с юго-востока замыкал полукругом великолепный послевоенный ансамбль зданий в духе сталинского ампира, точно по центру прорезанный идеально прямой улицей Освобождения. Группа устроилась на круглом пятачке в центре площади, под памятником одному из генералов, сражавшихся за Город. Серёга, решивший писать перспективу улицы Освобождения, устроился позади статуи, и уже крепил лист к планшету, когда услышал знакомый голос:

– Привет!

Валерия снова была в светло-голубых джинсах, но блузку сегодня она сменила на клетчатую рубашку, завязав её на груди. Она поставила свой складной стульчик рядом с парнем и уселась, вытянув ноги в белых кроссовках.

– Еле припарковалась! – пожаловалась женщина, открывая папку с бумагой, и доставая из неё лист и планшет. – Просто кошмар какой-то. Тут ни в будни, ни в выходные вечно встать негде – прямо хоть вой. Даже на платной у самого вокзала всё забито.

– Где пропадала? – поинтересовался Сергей, постаравшись придать вопросу максимальную непринуждённость.

– В командировке, – поморщилась Валерия. – Скучал по мне? – чуть понизив голос – так, что мог слышать только Серёга – игриво спросила она.

– Нет, – буркнул парень, наклоняясь над сумкой в поисках пенала с карандашами.

– Ого! – многозначительно протянула Лера. – Ревность тебе не идёт, – в голосе женщины проскользнула насмешка.

– И не думал ревновать.

– Да я вижу.

Сергей помолчал, справляясь с подступившим раздражением. Потом спокойно заметил:

– Я думал, что-то случилось.

– Ну да. Случилась командировка.

– А у меня даже телефона твоего нет – позвонить, узнать.

Валерия склонила голову набок, задумчиво рассматривая парня.

– А вот это хорошая мысль, – сказала она. – Набирай.

Серёга, отложив пенал, принялся забивать в смартфон номер. Женщина, диктуя цифры, тем временем быстро окинула взглядом открывающуюся панораму площади и, повернувшись чуть вправо, принялась изучать угол пятиэтажки с огромным лепным барельефом, занимавшим пространство от второго до четвёртого этажа.

– Какие планы на сегодня? – как бы между прочим спросил Сергей, нажимая кнопку вызова. Лера достала свой смартфон, быстрым движением пальца, не глядя, сбросила входящий звонок и покосилась на парня:

– Домой поеду. Раз по мне никто не скучает.

– Издеваешься?

– Ну так. Чуть-чуть, – уголки губ дрогнули, обозначая затаившуюся улыбку.

– А какие планы на завтра?

– Грандиозные, – она повернулась к нему и Серёга встретился взглядом с серыми глазами. Ореховые крапинки снова превратились в уже знакомых насмешливых бесенят. – Собираюсь начать утро с блинчиков. А там как пойдёт.

– Мне нравится эта идея, – одобрительно кивнул он, скользнул взглядом вниз – и глаза парня чуть прищурились. Яркие цвета рубашки и плотная ткань не позволяли рассмотреть этого раньше, но теперь, вблизи, Сергей увидел, что под рубашкой на Лере не было белья. Перехватив его вопросительный взгляд, женщина улыбнулась, и едва слышным шёпотом заметила:

– Только рубашка, джинсы и кроссовки.